Андрей Силантьев: «Благодаря стажировкам наши студенты становятся специалистами глобального масштаба»

19.04.11

Андрей Силантьев: «Благодаря стажировкам наши студенты становятся специалистами глобального масштаба»

Андрей Силантьев: «Благодаря стажировкам наши студенты становятся специалистами глобального масштаба»

Андрей Владимирович Силантьев, проректор МГИМО по международному сотрудничеству и общественным связям, в 70-е годы учился на факультете МЖ, изучал испанский язык и мечтал поехать на стажировку за границу. Но в то время попасть на учебу в зарубежный вуз было практически невозможно. «С другой стороны, — говорит А.В. Силантьев, — МИД в советское время давал возможность лучшим студентам поехать на практику в посольство в самых различных странах мира. Мне посчастливилось на пятом курсе побывать на практике в нашем посольстве в Перу. Получив положительные отзывы, я был командирован туда уже на работу».

— Андрей Владимирович, какие сегодня есть возможности у студентов МГИМО выехать на стажировку за рубеж в период учебы?

Возможность поехать на практику в посольство для тех, кто хочет связать свою судьбу с МИДом, есть и сегодня. Но это уже не государственная программа. Финансирование практики наших студентов в посольствах осуществляется за счет щедрых пожертвований Фонда В. Потанина, нашего известного выпускника. Что касается стажировок в зарубежных вузах, то на сегодняшний день МГИМО подписал соглашения со 171 университетом из 58 стран. Эти соглашения, как правило, предполагают образовательный обмен: наши студенты едут на семестровую или годовую стажировку в зарубежный университет, а мы принимаем у себя студентов-иностранцев. Теоретически география возможных стажировок необъятна, но не все эти соглашения активно реализуются. Во-первых, есть очень далекие страны, и выезд стоит значительных денег, а во-вторых, не везде есть студенты, изучающие русский язык, которые могли бы к нам приехать для прохождения обучения на русском языке. Активно происходит обмен с 50 зарубежными вузами из почти 20 стран.

— Какая самая отдаленная экзотическая точка, где расположен университет-партнер МГИМО?

— Смотря что считать экзотикой. На Фиджи у нас пока нет партнеров. Но у нас есть соглашения с университетами из таких далеких стран, как, например, Чили или ЮАР. По собственной инициативе к нам вскоре приедут представители австралийских вузов для проработки вопроса о сотрудничестве. На дальние расстояния тоже можно выехать, но основной обмен идет все же с Европой. И проезд туда не такой дорогой, и условия проживания сопоставимы с условиями в Москве. К тому же вхождение в Болонский процесс позволяет синхронизировать образовательные программы, и за прохождение курсов студентам засчитываются кредиты в своих университетах.

— С какими странами в Европе обмен студентами наиболее интенсивен?

— Прежде всего, это университеты Германии и Франции. В эти страны выезжают до 30 студентов в год. В Германии наших студентов принимают Университет Ройтлингена, Университет Тюбингена, Университет Гумбольдта, Университет Эрфурта, Университет Дрездена, Мюнхенская школа менеджмента, Свободный Университет Берлина и другие. Во Франции это Университет Париж 1 Пантеон-Сорбонна, Институт политических наук Парижа (Sciences Po Paris), Высшая школа экономики Парижа, Университет Страсбурга, Институт политических наук г. Лилль (Sciences Po Lille) и другие. Кстати, в этом году мы переподписали соглашение с Sciences Po Paris, увеличив квоту обменных студентов до десяти в год. Очень активно идет обмен на испанском и итальянском направлениях, есть стажировки в Венгрии, Норвегии, Польше, Сербии, Финляндии, Швеции, Чехии и других странах. Точное количество выезжающих студентов привести сложно, т.к. квоты на обмен варьируются из года в год, исходя из паритетности. В среднем на зарубежные стажировки направляются порядка 150 студентов МГИМО в год. Это не считая нескольких десятков человек, которые выезжают по двойным магистерским программам.

— А если студент изучает редкий восточный язык?

— Университет стимулирует изучение таких языков. У нас очень активное сотрудничество с Китаем, к нам приезжает 15-20 человек в год, столько же едет от нас в Пекинский институт иностранного языка, Университет внешнеэкономических связей и внешней торговли, Пекинский университет международных исследований, Даляньский университет иностранного языка. Есть стажировки в университеты Кореи, КНДР, Японии, каждый год студенты-арабисты выезжают в Иорданию. Вы спрашивали об экзотических странах? У нас, например, один-два студента ежегодно выезжают в Мехико, в Технологический университет Монтеррея, который располагает очень сильным гуманитарным направлением.

— Как отобрать на одно-два места для учебы в зарубежном университете достойных кандидатов среди многочисленных студентов, подавших заявки?

— У нас недавно утверждено Положение о стажировках студентов за рубежом, где расписаны все критерии. Во-первых, отбор проходит на конкурсной основе. У студента должен быть рейтинг по специальности и по языку не менее 75 процентов, необходима также поддержка деканата и языковой кафедры. На самом деле, выезжают, конечно же, лишь те, у кого рейтинг выше 90. Во-вторых, это процесс открытый и прозрачный. Все деканаты и заинтересованные кафедры имеют список мест, открытых для стажировок. Информацию о количестве мест в вузах-партнерах можно узнать и в Управлении международных образовательных программ (УМОП). Там же можно проконсультироваться у сотрудников: какие условия пребывания — что оплачивается, что не оплачивается — и подать соответствующую заявку. В ней указывается направление, которое вас интересует, — страна, вуз. Если по рейтингам у вас не получается поехать в вуз вашей мечты, вам могут предложить другой. Сотрудники УМОП списываются с университетом, и позже стажеру приходит официальное приглашение, с которым он может идти в посольство за визой. У этой процедуры есть сроки: чтобы ехать на стажировку в сентябре, срок подачи заявки в УМОП — до 15 февраля, если собрались ехать в феврале, на весенний семестр, то до 15 сентября. Кто не успел, тот опоздал. Это жесткое требование наших зарубежных партнеров — подавать заявки в срок. Сейчас в УМОП новый начальник, Гончаров Александр Васильевич, с приходом которого, надеюсь, наши международные контакты будут развиваться еще энергичнее.

— Есть ли преимущество у активных студентов, которые являются членами Студсоюза и других общественных организаций МГИМО?

— Их кандидатуры рассматриваются на общих основаниях, но существует система, при которой активным в общественной жизни студентам к академическому рейтингу добавляются баллы. Кстати, наши студенты участвуют не только в стажировках, они регулярно ездят на различные мероприятия, которые проводятся за рубежом, — это и Международная модель ООН, которая проводится в Великобритании и других странах, и международная молодежная конференция SURF в Стэнфорде, в Сан-Франциско, куда в апреле отправились шесть наших студентов и аспирантов. Только что 15 студентов прошли короткую стажировку в ЮНКТАД, в Женеве. Наши студенты регулярно участвуют в чемпионате мира по парламентским дебатам; в феврале группа студентов побывала на международном форуме ISFIT в г. Тронхейме, Норвегия; в марте — участвовали в международно-правовом конкурсе по международному инвестиционному праву в г. Франкфурте, Германия, а также в семинаре по гуманитарным наукам в г. Токио, Япония. Я уже не говорю о постоянном участии наших студентов в различных международных конкурсах за рубежом, например, в конкурсе имени Джессопа по международному праву, где они последний раз заняли достойное место, первое среди российских команд.

— Вы упомянули про финансовые условия зарубежных стажировок.

— Отбор студентов для стажировок — это одна сторона вопроса. Необходимо решить и вопрос по финансированию поездки. У нас с недавнего времени работает комиссия, которая в индивидуальном порядке и на основе объективных данных рассматривает все заявки по оплате стажировок и принимает решение. Что в результате может получить одаренный студент МГИМО? Бесплатный доступ к образованию в вузе-партнере, бесплатное проживание, проезд и даже суточные. Понятно, что оплату стажировок, частичную или полную, получают только самые достойные, исходя из задач МГИМО в подготовке высококлассных специалистов-международников.

— Сколько университет потратил на стажировки в прошлом году?

— Порядка десяти миллионов рублей на выезды студентов по различным программам и проектам. В этом году планируется истратить больше, поскольку мы выходим из кризиса и надеемся, что сумма будет больше. Конечно, это в основном не средства собственно университета, а целевое финансирование от фондов, сотрудничающих с МГИМО.

Надо понимать, что у университета ограниченные возможности по финансированию поездок как студентов, так и преподавателей. Бюджет во многом зависит от доходов, которые университет получает в результате предоставления платных образовательных услуг. Кстати, мы не повышаем плату за обучение уже в течение нескольких лет, только учитываем инфляцию, и не расширяем количество платных мест.

— За счет чего же тогда увеличивается финансирование?

— За счет специальных программ наших партнеров-спонсоров, которым мы очень благодарны за помощь. Хочется отметить фонды В. Потанина, А. Усманова, Ф. Шодиева и Ф. Паулсена. Кроме того, у нас есть соглашения с зарубежными партнерами. Это различные организации, которые способствуют нашим студентам или преподавателям выезжать в краткосрочные стажировки и командировки. Среди таких партнеров я бы выделил Банк Сантандер. Он спонсирует не только научно-исследовательскую деятельность и научные контакты по ибероамериканскому направлению, но и напрямую финансирует стажировки наших студентов в испанские вузы — университет Комплутенсе и университет Кастилья-ла-Манча. Каждый год, дополнительно к 1-2 местам, которые предусмотрены соглашением с этими вузами, 12 студентов проходят в них семестровую стажировку с финансовой помощью банка. Это значительная цифра.

— Вы ни разу не сказали о возможности стажировок в университетах США.

— К сожалению, с университетами в Америке и Великобритании сложно сотрудничать, они не поддерживают идею обменов, предпочитая получать оплату за обучение студентов у себя. Почему? Дело в том, что интерес к России, который они испытывали двадцать лет назад на волне перестройки и демократизации, уступил место в этих странах сначала интересу к Китаю, а теперь к Ближнему Востоку. А спонсоры, которые финансируют лучшие частные университеты, дают деньги под конкретные программы, и обмена студентами с Россией в их приоритетах нет. Тот финансовый поток, который возник в конце 80-х и начале 90-х, когда на Западе существовала мода на Россию, иссяк. Значительно уменьшилось и количество студентов, которые изучают русский язык в этих странах. Да и центры по изучению России, к сожалению, настроены сейчас скорее против нас, что тоже не способствует интересу к контактам с нами. Вызывает сожаление, что эти факторы, которые не видны на поверхности, мешают развитию сотрудничества. Хороший пример — программа обменов с Университетом Джонса Хопкинса в Вашингтоне, которая начала работать два года назад. Это один из лучших центров, связанных с международной тематикой.

— Сколько студентов приезжает в МГИМО по обмену?

— Около ста человек. Разница объясняется тем, что в вузах-партнерах недостаточно студентов, владеющих русским языком, а у нас мало программ на английском языке. Это сдерживает обмен. И мы очень благодарны нашим партнерам, которые принимают наших студентов сверх квот, поскольку понимают важность обменов. А мы, со своей стороны, откликаемся на их просьбы. Помимо «обменных» студентов, ежегодно в МГИМО приезжает примерно 30-40 «контрактников», то есть тех, чьи вузы не связаны с нами соглашениями о партнерстве. Они платят за свое обучение в МГИМО. В основном это студенты элитных вузов (University College of London, Harvard, Yale), которые приезжают, чтобы лучше изучить русский язык и посещать курсы по своей специализации.

— Что говорят иностранные стажеры о МГИМО?

— Это лучше у них спросить. Для меня было открытием, что многие студенты-иностранцы, приехавшие к нам из зарубежных вузов, приятно поражены открытостью университета и наших профессоров, их доступностью, готовностью общаться, помогать. Этого нет, как они говорят, в западных вузах. Отмечают они также высочайший уровень наших профессоров-практиков. В университет приезжают высшие руководители иностранных государств, главы крупных корпораций, крупные политики, которым студенты могут задавать волнующие их вопросы — это тоже уникальная особенность МГИМО. Наконец, уровень специалистов, которые преподают в МГИМО, очень высок, иностранцы знают, что первые профессора МГИМО участвовали, например, в подготовке Устава ООН, среди них бывшие послы в ведущих странах мира.

— Каковы перспективы развития международных обменов, интернационализации МГИМО?

— Направление развития достаточно четкое. Сейчас обмены происходят в основном на бакалаврском уровне, но при переходе на Болонскую систему, такие программы должны осуществляться на магистерском уровне. Магистранты — люди, более целеустремленные и знают, что хотят. С другой стороны, поскольку магистратура длится всего два года, из-за выезда на стажировку теряется время или курсы, которые студент не изучит в МГИМО. По возвращении ему надо досдавать дисциплины, которые не совпадают с курсами, выбранными в вузе-партнере. А нагнать упущенное значительно сложнее, так как курсы в магистратуре более насыщенные. В общем, это неудобно в плане образования. Поэтому надо постепенно перестраивать обмены и партнерство в направлении создания двойных магистерских дипломов, когда университетские программы полностью совпадают. Двойные магистерские программы уже есть с вузами Франции, Германии, Италии, Норвегии. Но унификация программ — очень тяжелое дело. У каждого вуза исторически сложившиеся программы, и совместить их часто бывает сложно. Пока у нас шесть таких программ, и МГИМО видит главную перспективу в дальнейшем расширении их количества. Двойной диплом — это другое качество образования и более высокая конкурентоспособность выпускника на рынке.

Важно развивать программы МГИМО на английском языке. Сейчас открыта первая такая программа на магистерском уровне, в рамках которой студенты-иностранцы учатся в МГИМО на платной основе. УМОП, со своей стороны, проводит Летние школы. Они состоят из трех модулей, посвященных российской внутренней, внешней и энергетической политике. В прошлом году в Летней школе участвовало около 40 человек из университетов США, Германии, Франции, Италии, Эстонии, Латвии, Норвегии, Хорватии, Румынии, Болгарии, Швеции, Турции, Мексики и Египта. Летняя школа приносит дополнительный доход университету, и эти деньги (более трех миллионов рублей в прошлом году) идут опять-таки на стажировки наших студентов за рубежом. Летняя школа может быть не единственной такой формой, мы хотели бы проводить отдельные модули для иностранных студентов, скажем, зимой. Но графики каникул в разных странах не совпадают. Другая форма таких обменов — приезд студентов из университетов-партнеров для изучения русского языка, при этом, помимо языка, для них организуется культурная программа, экскурсии, они, в частности, ездят в Санкт-Петербург. В прошлом году проводилась такие курсы для 16 студентов из Японии.

— Может быть, вопрос странный, но все же — в чем польза зарубежных стажировок?

— Хотя она очевидна, тем не менее, скажу, что, помимо возможности общаться со сверстниками в течение целого семестра в стране изучаемого языка, студенты приобщаются к другой системе образования, расширяют свой кругозор. В ходе стажировок наши студенты получают знания в другой стране по специализации, которую они выбрали в МГИМО. Они становятся специалистами глобального масштаба, способными работать в любой точке планеты. Мне же все-таки всегда приятно, когда приехавшие со стажировок студенты, говорят, что у нас обучение лучше. Почему? Лучше спросить у них. Все познается в сравнении. Именно поэтому и надо стремиться выехать на стажировку за рубеж. Чтобы принять «информированное решение» о своей дальнейшей карьере.

Портал МГИМО


1120
Распечатать страницу