Владимир Легойда: «Журналисты из МГИМО должны быть в теме»

28 сентября 2008

Владимир Легойда: «Журналисты из МГИМО должны быть в теме»

Интервью проекту «Лица МГИМО»: Легойда Владимир Романович, кандидат политических наук, заведующий кафедрой международной журналистики (в сентябре 2008 года)

Еще недавно, начиная с третьего курса, каждый студент факультета МЖ, обучающийся на журналиста-международника, мог по своему желанию выбрать одну из четырех специализаций: новостную журналистику, аналитическую журналистику, интернет-журналистику или журналистику телевизионную. Теперь ситуация изменилась. О том, как эволюционировало отделение международной журналистики МГИМО в связи с принятием новых специализаций, а также о телевидении на факультете и за его пределами порталу МГИМО рассказал заведующий кафедрой международной журналистики, главный редактор журнала «Фома» Владимир Легойда.

Владимир Романович, что именно за последний год поменялось в содержательной части учебного процесса?

Недавно мы приняли новые специализации, как в бакалавриатуре, так и в магистратуре, которую мы открываем в нынешнем учебном году. Мы ушли от типизации, связанной с разновидностями средств массовой информации, – то, что есть в МГУ и было в своем варианте у нас. Теперь специализации у нас тематические, всего их три: «геополитическая журналистика», «социо-культурная журналистика» и «экономическая и деловая журналистика». Проще говоря, мы обучение разграничили по темам. В соответствии с выбранным профилем студентам читают несколько дополнительных курсов. Темы практических заданий также в большей степени будут связаны с выбранной специализацией.

В чем преимущество новых специализаций перед прежними, по типам СМИ?

Мне и не только мне кажется, что такое деление более соответствует ожиданиям современного рынка труда. Ведь любое СМИ сегодня строится по тематическому признаку, в нем есть разделы: «Общество», «Политика», «Экономика» и т.д. И когда человек приходит устраиваться работать на телевидение в отдел экономических новостей, его спрашивают не о том, умеет ли он делать стэнд-ап (репортерскую стойку — прим. корр.), а о том, знает ли он, что такое индекс Доу-Джонса, интересуется ли вообще экономикой, имеет ли представление о фондовом рынке. Теперь уже даже в вакансиях для журналистов указывают: «знание фондового рынка обязательно».

А теперь представьте, что выпускник журфака со специальностью «телевидение» все-таки устроился в отдел экономических новостей. Все время учебы ему в основном объясняли, как работать в кадре, рассказывали про техническую составляющую всего этого процесса, а тут – экономика, которая всегда была для него как бы опосредованной. Что он в таком случае делает? Садится за учебник. Начинает заново учиться, а это, на мой взгляд, сложнее, чем овладеть какими-то техническими навыками.

Понятно, что можно сделать специализации по типам СМИ, но при этом тематически тоже как-то натаскивать. Но есть содержание, а есть форма. Я считаю, от нас должны выходить журналисты, которые хорошо владеют именно содержанием. Но подчеркну: развитие технологий и в связи с этим развитие журналистики предполагает владение техническими средствами. Это мы не могли не учесть, поэтому формой наши студенты тоже будут овладевать в достаточном объеме.

Выходит, что студенту – главное темой овладеть, а технология теперь отходит на второй план?

Не совсем правильно. Вот представьте, была у нас раньше специализация телевизионная — это значит, что четверть студентов отделения журналистики изучали телевидение, а три четверти не изучали. Теперь ситуация другая. Ту же тележурналистику, базовые навыки, должны получить все. Дело в том, что очень сложно спрогнозировать, где будут работать наши выпускники: на ТВ, на радио, в интернете или в печатных изданиях. Зачастую они и сами этого не знают. Но вполне очевидно, что если человек любит спорт – он будет освещать именно эту область. И перегружать его, к примеру, экономической информацией не нужно. Вот поэтому специализации и будут тематическими, а телевидение параллельно с тематическим профилем буду изучать все.

Я категорически не согласен с утверждением, что технология отходит на второй план: она занимает ровно то место, которое должна занимать. Не нужно думать, что, отказавшись от старых специализаций, мы потеряли в объеме – нет. У тех, кто будет со следующего года учиться по новой специализации, вместо «телевизионной журналистики», – меньше часов этой самой тележурналистики не будет. Наоборот, их будет больше. У нас появились новые возможности: раньше не было телестудии с таким серьезным оборудованием, а теперь есть. Студенты смогут в большем объеме заниматься практикой, только теперь эта практика не будет называться их специализацией.

А почему именно телевидение будут изучать все студенты?

Не именно телевидение, а в том числе телевидение. Потому что журналистика – это и телевидение в большой мере. Это не значит, что это СМИ идеальное, а другие плохие. В мире вообще очень мало идеального.

Телевидение сейчас – это чрезвычайно важное направление, равно как мультимедиа и радио, но с радио на факультете пока сложнее. Зато у нас каждый студент сможет учиться работе на ТВ, а не только одна какая-то группа, которую мы по каким-то критериям выбрали, а другим отказали. Мне кажется, что в этом есть свои безусловное плюсы, хотя, наверное, есть и минусы.

А откуда в Университете возьмутся специалисты-преподаватели по ТВ-направлению?

Наш Университет давно и широко привлекает к преподаванию специалистов-практиков. У нас мастер-класс – основной предмет, его всегда вели журналисты-практики. Поэтому проблемы «откуда они возьмутся» нет. Две программы для магистратуры по телевизионной тематике, которые сейчас сданы в учебный план, написаны профессиональными телевизионщиками. Одну из них, связанную непосредственно с новостной журналистикой, писал Никита Анисимов – наш выпускник и корреспондент НТВ. Программу, в которой речь идет больше об азах режиссерской деятельности, писали известный режиссер Алла Плоткина и заместитель генерального директора телеканала «Россия» Александр Любимов. Их обоих мы планируем привлекать к преподаванию на факультете, на что они уже дали согласие. Теперь к ним присоединился еще и Александр Поклад. Также на факультете преподают Сергей Брилёв и Константин Выборнов.

Кстати, целый год большим успехом у ребят пользовался спецкурс того самого Никиты Анисимова – его посещали и первый, и второй курсы. Ребята активно интересуются тележурналистикой. Теперь с помощью телестудии они будут учиться все делать сами, вплоть до монтажа. Но, конечно, работу в кадре — тот самый пресловутый стенд-ап, — студенты должны освоить в первую очередь. Так было и у нас в свое время. Когда я учился на факультете, мы записывали свою программу, а потом смотрели и анализировали её.

Теперь же телестудия дает возможности не только для создания собственных учебных материалов, но и позволяет делать какие-то ролики, которые можно потом на плазменные панели Университета выводить.

Панели – это ведь не единственная площадка для трансляции контента…

Конечно, нет. Естественно, мы постараемся использовать все средства. Другое дело, можно ли говорить вообще об общеинститутском телевидении? Я считаю, можно, но только после того, как у нас появится уверенность, что мы уже завтра это сумеем воплотить. Пока мы только начинаем. Понятно, что потенциально мы можем сделать очень многое. А что нам удастся не на словах? Это будет зависеть от того, как все будет развиваться дальше и ещё в большой мере от студентов, от их мотивации. Хотя я не сомневаюсь, что мотивация будет: по опыту знаю, что именно телевидение больше всего привлекает. К сожалению.

Почему «к сожалению»?

Потому что люди часто не до конца понимают, что это такое. У нас в Клубе МЖ выступал как-то Иван Иванович Демидов — человек, который является одним из создателей современного российского телевидения. Он сказал одну очень важную фразу (я особенно рад, что ее тогда услышали студенты младших курсов): «Запомните, телевидение ничего не дает, оно только забирает». Она немножко, конечно, полемически заостренная, но к ней стоит прислушаться. По своему скромному опыту могу сказать, что телевидение действительно очень сильно затягивает, но при этом ставит множество ограничений, в том числе и по творческой реализации.

Я убежден, что на телевидении невозможен глубокий разговор о смыслах. Существует новостное телевидение, с ним все понятно – оно важное, оперативное и т. п. А если мы говорим о каких-то спокойных содержательных программах? Невозможно таким образом сделать передачу, чтобы люди сидели и час выслушивали друг друга, потому что ее никто в таком виде в эфир не выпустит. У меня был опыт работы ведущим такой передачи – пятьдесят две минуты времени без перебивки рекламой. И все равно ни разу так и не получилось серьезно рассмотреть проблему и сделать вывод. Сбивается внимание, начинаются какие-то ответвления. Ведь задача передачи и человека, который за пультом сидит и тебя выпускает в эфир, не в том, чтобы суть проблемы была раскрыта, а чтобы было интересно. В ухо постоянно кричат, что надо перебить и о том-то спросить. По большому счету, телевидение – это обмен энергией. Содержательного разговора там не получается. Такая вот общая тенденция.

Беседовала Яна ГОРДЕЕВА,
корреспондент Центра интернет-политики
сентябрь 2008


Распечатать страницу