Эксперты МГИМО обсудили энергетическую политику в Центральной Азии

21 мая 2012

Эксперты МГИМО обсудили энергетическую политику в Центральной Азии

Эксперты МГИМО обсудили энергетическую политику в Центральной Азии

16 мая в дирекции ИМИ МГИМО состоялся подготовленный Аналитическим центром МГИМО ситуационный анализ на тему «Актуальные проблемы энергетической политики в регионе Центральной Азии и интересы России».

В ходе дискуссии обсуждались следующие темы:

  1. Геополитика трубопроводов и вопросы трансформации российской энергетической политики в регионе после сооружения газопровода «Центральная Азия — Китай».
  2. Распад единой электроэнергетической системы Центральной Азии и проблемы ее реформирования: интересы России.
  3. Водно-энергетическая политика и конфликты в отношениях между государствами региона.

Долгое время после распада СССР ключевым моментом энергетической политике России в Центральной Азии был контроль над путями транспортировки нефти и, особенно, газа. В настоящее время монопольное положение РФ утрачено. В сфере транспортировки казахстанской нефти существует диверсификация за счет китайского газопровода и поставок нефти танкерами в Баку.

В сфере транспортировки туркменского газа монополия Газпрома утрачена за счет строительства китайского газопровода и двух газопроводов в Иран. В результате сложилось положение, когда России надо диверсифицировать свои интересы в центральноазиатской энергетике за счет большего внимания к электроэнергетике. Однако именно в этой сфере в настоящее время разразился глубочайший кризис, связанный с долгосрочной проблематикой водно-энергетических конфликтов.

Обострение водно-энергетической проблемы в Центральной Азии является следствием перехода от централизованной системы обмена энергией и водой, созданной в советское время в рамках союзного государства, к новым отношениям в этой сфере между отдельными независимыми государствами. В настоящее время эта проблема является одним из существенных препятствий для успешного протекания процессов евразийской интеграции на территории бывшей советской Средней Азии.

Фактически, в рамках все еще сохраняющихся, хотя и находящихся в процессе распада элементов объединенной энергетической системы региона, имеет место процесс трансформации советской централизованной водно-энергетической системы в международный режим. Однако страны региона оказались не готовы к выработке и соблюдению «правил игры» в рамках международного режима, они проявляют по отношению друг к другу недоверие и стремятся к решению экономических вопросов в ущерб друг другу. Поэтому ведущую роль в формировании таких режимов, частью которого может стать энергетическая система, играют ключевые внерегиональные игроки. Правда, в результате на электроэнергетику региона переносятся новые риски, связанные с противостоянием в рамках новой «Большой игры» за влияние в регионе. В этом плане России как ключевой мировой державе, представленной в Центральной Азии, необходимо четко сформулировать свою региональную политику в сфере электроэнергетики и не отдавать проблематику полностью на «откуп» другим великим державам. Очевидными интересами России в сфере центральноазиатской электроэнергетики является сохранение в ней стабильного положения и развитие евразийской интеграции

Конфигурация Объединенной энергетической системы Средней Азии (теперь — ОЭС ЦА) была сформирована в 70-х годах XX века. ОЭС ЦА была спроектирована как единое целое и состояла на 30% из энергии ГЭС (гидролектростанций) и на 70% из энергии теплоэлектростанций (ТЭС).

При этом ГЭС вышележащих республик функционировали в поливном, а не в энергетическом режиме. В рамках единого народохозяйственного комплекса оптимизировалась не выработка электроэнергии, а сброс воды в интересах ирригации нижележащих стран. Благодаря этому вода в плотинах играла роль решающего фактора, позволявшего функционировать резко выросшему в советское время поливному земледелию.

Однако очень важно обратить внимание на то обстоятельство, что ОЭС Средней Азии советского периода полностью игнорировала логику хозяйственной самостоятельности республик, так как она была создана в рамках единого и централизованно управляемого хозяйственного комплекса. Центральность роли Узбекистана в рамках энергосистемы доходила до того, что юг Киргизии и юг Таджикистана были соединены с северными частями указанных республик только через Узбекистан. Север Казахстана составлял отдельную энергосистему, не связанную с югом и не входящую в ОЭС ЦА. Узбекистан не мог самостоятельно, без гидроэлектростанций Киргизии или Таджикистана, поддерживать нужную частоту в сетях. Лишь Туркменистан представлял собой один цельный блок, впрочем, уголь для его ТЭС завозился из других республик

Суверенные государства в целях обеспечения энергетической безопасности поставили и последовательно реализуют задачу достижения совпадения границ выработки, потребления и передачи электроэнергии в рамках своих национальных границ. Решая эту задачу, энергосистемы государств региона начали и продолжают в настоящее время строить на своей территории линии электропередачи в обход аналогичных по назначению линий на территории соседних государств. Прилагаются усилия по обеспечению своих потребителей электроэнергией, вырабатываемой только на собственных электростанциях. Это изменило режимы работы ГЭС региона с ирригационного на энергетический, что, в свою очередь, привело к нерациональным попускам воды из водохранилищ ГЭС в зимний период для выработки электроэнергии. С другой стороны, на ГЭС региона имеют место холостые сбросы воды в летний период ввиду отсутствия внешних покупателей электроэнергии при одновременном сжигании органического топлива на тепловых электростанциях.

Наиболее тяжелая ситуация сложилась в Таджикистане. Основная проблема страны — очень серьезная нехватка энергии в зимний период, ее небольшой избыток возникает лишь в весенне-летний период. В 2009 году таджикская энергосистема за большие несанкционированные объемы отбора электроэнергии была практически исключена Узбекистаном из ОЭС ЦА, что не дает возможности импортировать электричество в период сезонного дефицита. Еще ранее расхождение интересов государств центральноазиатского региона привело к выходу из параллельной работы в составе ОЭС Центральной Азии в 2003 году туркменской энергосистемы (она подключилась к Ирану).

Отношения между остающимися в настоящее время в ОЭС тремя государствами (Узбекистаном, Казахстаном и Киргизией) также весьма напряженные, так что можно предположить, что распад ОЭС как международного режима продолжится.

Выделение таджикской энергосистемы из ОЭС Центральной Азии и ее работа в этом режиме в течение 2,5 лет оказывает особо значительное отрицательное влияние на экономику всех государств региона. Последствия дальнейшего распада ОЭС ЦА могут быть катастрофическими.

Особенно сильный конфликт развернулся вокруг строительства в Таджикистане Рогунской ГЭС, против чего выступает Узбекистан, который после ввода ГЭС в эксплуатацию лишается части воды р. Вахш, впадающей в Амударью. Узбекистан беспокоит и то, что Рогунскую ГЭС возводят в сейсмоопасном регионе. В последние несколько лет конфликт между Таджикистаном и Узбекистаном усиливается, приближаясь к опасной черте открытого вооруженного конфликта.

По результатам обсуждения ситуации в энергетике Центральной Азии участники ситуационного анализа сформулировали ряд предложений, направленных на оптимизацию политики России в регионе.

Андрей КАЗАНЦЕВ,
директор Аналитического центра МГИМО


Распечатать страницу