Кавказ: история, опрокинутая в политику

8 апреля 2013

Кавказ: история, опрокинутая в политику

Кавказ: история, опрокинутая в политику

В издательстве «МГИМО-Университет» в серии «Кавказский архив» вышла книга В.Дегоева «История, опрокинутая в политику. Три досье «до востребования». В книге рассматривается история утверждения России на Северном Кавказе. Предлагаем вашему вниманию рецензию на данное издание.

Нужна ли культура и знания политике? Как показывает практика — они вовсе не необходимы. Даже от варварства и любования собственным невежеством можно прийти к определенным и даже порой положительным результатам, но все же знание гарантирует лучший результат и более короткий путь к нему. Увы, столь очевидная истина не укрепилась в сознании немногих избранных. Что же говорить о тех, кого не избирали?

Новая книга выдающегося кавказоведа Владимира Владимировича Дегоева состоит из трех частей, которые он назвал «досье «до востребования»: История и историки: quo vadis?; Прошедшее завершенное; Настоящее продолжающееся.

Так и хочется сказать — и я верю, что эти досье будут востребованы. Лет 20 назад я бы, пожалуй, так и сказал. Сегодня лишь признаюсь — прочел с удовольствием. Все, что могу — это посоветовать разделить его. Приятно читать мысли человека, знающего предмет. Признаться, лично мне уже порядком поднадоела оплаченная бессмыслица, подаваемая за политический анализ прошлого-настоящего и переходящая или в ненастоящее прошлое или в то, что Жванецкий как-то раз назвал «лектор вкрадчивым голосом плел общеизвестное».

Если действительно существует корпорация историков, то жаловаться на времена и нравы бессмысленно. В самом деле — «нашими перьями, а вовсе не чужими руками нас поражают сегодня». Что такое история, кого и чему могут научить легионы льстецов, угодливо занимающихся бесконечными «перестройками» прошлого и «переосмыслениями» того, о чем часто имеют весьма смутное представление? Но если так и обстоит дело в центре, то Кавказ являет собой совершенно другую картину — прошлое здесь имеет другой характер, оно может быть удалено от настоящего на столетия, и все же находиться в такой же близости, как вчерашний день. Этот тактильный контакт существующего и прошедшего имеет множественные последствия. Среди них, как верно замечает автор, и то, что интеллектуальной (от себя добавлю — и не только интеллектуальной) элите Кавказа выгоднее подстраиваться под прошлое, чем пытаться формировать представления о нем.

Разрыв двух подходов к истории очевиден, а возможные последствия его таковы, что их, как говорится, не обнимет ни одно самое пылкое воображение. Действительно — посев бескультурья с одной стороны, встретившись с культивацией ненависти к России — с другой, — может привести к самым чудовищным последствиям. Ведь ненависть — редкое чувство, предполагающее взаимность, а бескультурье — вид заразной эпидемии. Грустные мысли рождаются при чтении этой работы. Не дай Бог, конечно, чтобы повторилось то, что уже один раз удалось и на что опять рассчитывают недоброжелатели нашей страны, на стороне которых объективно выступают нелюбители «культур-мультур» в центре и на окраинах. Собственно, не важно, где и на каком уровне у власти находится варварство — оно ослабляет страну повсюду. Капля камень точит.

И тем не менее не все еще потеряно. В том числе и на Кавказе. Именно об этом, по сути дела, и написана эта книга. «В руках умной власти, — утверждает автор, — История может обрести куда более полезную и достойную функцию, на которую указывал еще Карамзин. Нет, не „мирить простого гражданина с несовершенством видимого порядка вещей“ объясняя, что было еще хуже), а „питать нравственное чувство“, „располагать душу к справедливости“, и, самое важное, „утверждать благо и согласие общества“» (С.6). Но эту функцию может выполнить лишь «умная наука», а не корпорация «чего изволите» — именно к такой мысли приходишь, читая рассуждения Дегоева об особенностях развития постсоветского кавказоведения и разного рода играх вокруг него. И потому первое досье Дегоева и современно, и своевременно.

Не хочу скрывать — этот вопрос не единственный. Я считаю себя другом профессора Дегоева, но это отнюдь не означает моей готовности принять все написанное им без возражений. Например, его критика теории «набеговой системы» не кажется мне убедительной, как и сравнение набегов горцев с набегами казаков (C.30–31). Думается, дело не в том, кто «первый начал», а в том, что у казаков работорговля как способ существования не превратилась в важную часть экономики. И в этом различии нет ничего обидного для обоих сторон. Ведь, как отмечает сам автор — и Россия, и горцы в период открытого противостояния вели себя так, как и должна была вести себя Империя и «вольные общества» (C.13).

Впрочем, такого рода разногласия неизбежны, но на данном этапе В ПРИНЦИПЕ не важны. Потому что сейчас важно другое — каким будет будущее нашей страны, будет ли она единой и неделимой, хотя бы на южных своих рубежах, и если мы считаем, что распад, начатый в конце 80-х гг. прошлого века, необходимо остановить, тогда — и тут Дегоев абсолютно прав — необходимо признать, что ради общего блага необходим диалог и уступки, которые могут быть только взаимными. Любой другой способ общения соседей будет контрпродуктивен. Общее будущее может строиться только на понимании и принятии единства в прошлом. Думается, что лакмусом отношения к такому будущему является в настоящий момент отношение к идее единого учебника по истории. Единое образовательное пространство — не гарантия, но необходимое условие сохранения единства страны. Весьма показательна и поучительна в этом отношении обращение Дегоева к биографии Н. Ф. Дубровина. В самом деле, каждый человек, мало—мальски знакомый с историографией русской политики на Кавказе, понимает, насколько важно имя это человека и что без его работ в настоящее время не может обойтись никто, в том числе и его критики и ненавистники.

Что касается второго досье, то не могу не отметить, что, читая его, я всегда задавал себе вопрос — а действительно ли завершено прошлое?

Конечно, XXI век не похож и не может быть похож на XVIII, но, думаю, что постоянно возникающее чувство déjà vu вряд ли можно объяснить oсoбенностями одного человека. Поэтому и рекомендую знатокам и любителям уделить внимание кратким, но блестящим эссе по истории отношений России, Турции и Персии на Кавказе и в Закавказье, о региональной политике Надир-шаха, об отношениях России с Осетией в период Елизаветы и Екатерины II. Краткость этих текстов относительна, как и все в природе. Они кратки лишь относительно того, что можно было бы написать по этим сюжетам. Работа Дегоева — это, строго говоря, не исследование истории Кавказа, вернее, не только исследование. Это анализ настоящего прошлого, сделанный для того, чтобы прошлое не стало настоящим. Как это бывает — всем нам, пережившим 1990-е годы, хорошо известно.

И тут мы подходим к третьему, самому политически важному досье — о современной политике России и Великих Держав на Кавказе и о его месте в данной политике. Не хочу лишать читателя удовольствия сделать собственные выводы из анализа возможных сценариев развития ситуации, могу лишь только отметить, что в основе подхода автора — «неспешное понимание» Кавказа. Оно не может не вызвать уважения и симпатии. Не торопитесь, читая эту работу. И тогда станет понятно, какую часть своих мыслей высказал автор, так как режим умолчания станет очевидным.

Олег АЙРАПЕТОВ, ИА REX


Распечатать страницу