«Большой скачок» отбросил китайскую экономику назад

17.08.09

«Большой скачок» отбросил китайскую экономику назад

Эксперты МГИМО: Лукин Александр Владимирович, д.ист.н., PhD

В августе 1958 года Председатель Коммунистической партии Китая Мао Цзэдун провозгласил начало политики «большого скачка». В годовщину начала этого крайне сложного периода в истории Китайской Народной Республики мы беседуем с директором Центра исследования Восточной Азии и ШОС Александром Владимировичем Лукиным.

– Что представлял собой «большой скачок», каковы были его предпосылки и какие цели ставились китайским руководством?

– То, что называется «большим скачком» – это одно из направлений китайской политики, осуществлявшееся после VIII съезда Коммунистической партии Китая и вразрез с его решениями. Несмотря на достаточно разумные решения съезда, высшее руководство партии во главе с Мао Цзэдуном взяло курс на ускоренное строительство коммунизма различными средствами. Эта политика была названа курсом «трех красных знамен»: новая "генеральная линия", "большой скачок" и "народная коммуна". Ничего неоднозначного в этом курсе не было: он привел страну к экономическому кризису. Смысл «большого скачка» в экономике сводился к необходимости в ускоренной модернизации, что в понимании китайского руководства сводилось к идее «догнать и перегнать» страны Запада по производству основных товаров, прежде всего по выплавке стали, по продукции тяжёлой промышленности и т.п. Причём основным средством модернизации считались не экономически обусловленные факторы, а энтузиазм масс, проявляемый в процессе строительства коммунизма.

Главным образом эта политика сводилась к тому, что предприятиям давались завышенные производственные планы по всем показателям. Одним из главнейших показателей считалось формальное достижение высокого уровня выплавки чугуна и стали. Достигалось это тем, что каждый человек должен был в своём дворе устроить маленькую доменную печь и варить чугун и сталь. Эта цель, безусловно, была достигнута, но качество продукции было таким низким, что использовать её было нельзя.

Советские специалисты, находившиеся в Китае, предупреждали руководителей китайских предприятий, что нарушение технологии приведёт к самым плачевным последствиям. Но они не были услышаны. В результате в 1960 г. Советский Союз отозвал всех своих специалистов из Китая, что нанесло довольно серьёзный урон китайской экономике.

В конечном итоге политика «большого скачка» провалилась, потому что имела место попытка начётнически достичь формальных плановых показателей, без учёта особенностей, экономических и ресурсных факторов. Начались аварии на производстве, массовый выпуск некачественной продукции.

– Наблюдались ли отдельные положительные моменты и успехи в системе мероприятий «большого скачка» или же эта политика изначально была обречена на фиаско?

– Успехов и быть не могло. Наоборот, «большой скачок» отбросил китайское производство назад, потому что в процессе управления экономикой не руководствовались собственно экономическими законами. В руководстве компартии Китая существовали различные мнения по этому вопросу, и многие выступали против этой политики. Но Мао Цзэдун, убеждённый левый коммунист, полагал, что энтузиазм масс и желание работать перекроет все существующие экономические законы и Китай вырвется вперёд.

Однако этого не произошло. В результате этой политики – не только «большого скачка», но и всей так называемой политики «трёх красных знамён», включавшей в себя обобществление сельского хозяйства, – в Китае начался массовый голод, приведший к миллионным жертвам. В результате в начале 1960-х годов фактически произошло «отступление» от курса на ускоренное построение коммунизма, начался период экономического урегулирования. С апреля 1959 года Мао Цзэдун временно отходит на второй план в руководстве КНР, уходит с поста Председателя КНР (главы государства), хотя и остается лидером партии.

– В начале 1960-х годов китайское руководство признало ошибки «большого скачка» 1958-60 гг. или же просто сменило повестку дня?

– Открытого признания ошибочности курса не было, но фактически политика была изменена. Примерно до 1965-66 гг. на первый план вышли такие лидеры, как Лю Шаоци и Дэн Сяопин (в то время – генеральный секретарь ЦК КПК), хотя первым лицом в партии по-прежнему оставался Председатель КПК Мао Цзэдун. Эти люди начали проводить более разумный курс. Без особой спешки упорядочивалось производство. Были сделаны некоторые уступки частному сектору, началось возрождение кооперативного производства. Такая линия дала определённые результаты. Но в 1966 году Мао Цзэдун вернулся к активному управлению страной и возглавил «культурную революцию», которая привела к ещё большим бедствиям.

– Как расценивает «большой скачок» современная китайская историческая и экономическая наука?

– Расценивают как ошибочный. Еще в 1981 пленум ЦК КПК принял документ под названием «Решение по некоторым вопросам истории КПК со времени образования КНР». Он до сих пор определяет официальную версию истории компартии Китая и всей страны. В этом документе «большой скачок» и «культурная революция» были отнесены к ошибкам Мао Цзэдуна, хотя и отмечалось, что ошибки в его деятельности занимали второстепенное, по сравнению с достижениями, место.

Сейчас в Китае разрешено писать про недостатки того периода. Политику КПК в целом неверной никто не называет, но отдельные решения и действия отдельных лидеров разрешено критиковать.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Распечатать страницу