Российско-китайские отношения: не ослаблять усилий

17.12.09

Российско-китайские отношения: не ослаблять усилий

Эксперты МГИМО: Лукин Александр Владимирович, д.ист.н., PhD

В октябре 2009 года исполнилось 60 лет со дня образования КНР и установления отношений между коммунистическим Китаем и СССР. В Китае с большой помпой отметили первое событие, да и по поводу второго в обеих странах прошло много торжественных мероприятий. Сегодня, когда они закончились, настало время подвести некоторые итоги, реально оценить уровень отношений между Москвой и Пекином, выделить проблемы и предложить пути их решения.

В настоящее время российско-китайские отношения находятся на высоком уровне развития, возможно, в наилучшем состоянии за всю их историю, которая в целом насчитывает не 60 лет, а около четырех веков. В то же время в последние три-четыре года в их развитии наблюдается определенный застой: нет очевидных прорывов в политических отношениях, в экономической области большой урон нанес мировой кризис. В этой обстановке полезно задуматься о наиболее проблемных областях отношений, причинах проблем и путях их решения.

Точки соприкосновения

И РОССИЯ, И КИТАЙ крайне заинтересованы в сотрудничестве на международной арене. Китай разделяет российский взгляд на будущее устройство мира, которое выражено понятием «многополярность». Реально это означает, что обе страны хотели бы видеть мир, в котором не доминирует одна сила, а несколько центров влияния взаимодействуют между собой, руководствуясь международным правом и уставом ООН. За идеалом «многополярности» скрывается простая реальность — Россия и Китай, так же как и некоторые другие государства мира, достаточно велики, чтобы иметь собственные интересы и подходы к проблемам регионального и мирового развития. Мир, в котором полностью доминирует одна сила, не учитывающая их интересы, их не устраивает. Но их вполне устраивает послевоенная структура мира и сложившаяся система международного права, в рамках которой высшим авторитетом является Совет Безопасности ООН. Статус постоянных членов Совета Безопасности ставит их в равное положение с США, государством во всех других отношениях более мощным и, естественно, стремящимся эту сковывающую его систему видоизменить.

И Россия, и Китай по внутриполитическим причинам отрицательно относятся к советам извне относительно своего внутриполитического устройства, называя их «вмешательством во внутренние дела», а также поддерживают друг друга в борьбе с сепаратизмом (Россия поддерживает Китай по тайваньскому, тибетскому и синьцзянскому вопросам, а Китай Россию — по чеченскому). Именно поэтому Россия и Китай все последние годы выступают за сохранение принципов международного права и статуса ООН, координируют голосование в ООН по основным мировым проблемам, выступают с единой позицией на переговорах по Ирану, Южной Корее, Косову, многим другим острым вопросам мировой политики.

Хорошие отношения с Китаем нужны России как по политическим, так и по экономическим причинам. Китай — важный стратегический партнер России, именно благодаря связям с ним (как и другими странами Азии) российская политика способна стать менее односторонней, приобрести собственное лицо, а Россия — превратиться в один из центров мирового влияния. Тот, кто хочет видеть Россию более самостоятельной и мощной, должен поддерживать развитие ее отношений с Китаем, конечно, не доводя дела до военного союза, которого не хочет и сам Китай, так же как и Россия, заинтересованный в тесном сотрудничестве с другими государствами, прежде всего Западом. Китай — один из важнейших экономических партнеров России, сотрудничество с ним необходимо для развития Сибири и Дальнего Востока России. Китай — важный региональный партнер России, в рамках Шанхайской организации сотрудничества он совместно с нашей страной способствует решению общих задач в Центральной Азии — борьбе с религиозным экстремизмом и терроризмом, поддержанию там светских режимов, экономическому и социальному развитию государств региона. Таким образом, сотрудничество с Китаем объективно усиливает позиции России на международной арене в качестве независимого центра силы.

Россия также нужна Китаю и как геополитический, и как экономический партнер, хотя следует признать, что Россия в ее нынешнем состоянии играет в китайской политике гораздо меньшую роль, чем Китай в российской. Тем не менее по ряду причин Китай заинтересован в стабильной и сильной (хотя, возможно, и не слишком мощной) России. Стабильная Россия, способная стать независимым центром силы, интересует Пекин как определенный противовес в его сложных партнерско-конкурентных отношениях с США и Западной Европой, как один из гарантов проведения им «независимой и самостоятельной» внешней политики. Стабильная ситуация на границе с Россией, так же как и с другими соседями, важна для экономического развития Китая, то есть для осуществления основной цели, поставленной нынешним руководством страны. Наконец, Россия для Китая является важнейшим источником некоторых товаров, которые он не может приобрести у других стран либо вообще (например, вооружение), либо в достаточном количестве (например, нефть, лес и другие виды сырья). Именно поэтому Пекин все последние годы настойчиво и конструктивно подходит к решению проблем — пограничных, миграции и двусторонней торговли. Китай хотел бы видеть Россию стабильной и экономически развитой, он готов конструктивно содействовать развитию приграничных российских регионов, и российские опасения относительно его намерений в сочетании с бездействием в решении собственных проблем ему непонятны.

В то же время и в Москве, и Пекине прекрасно понимают значение конструктивных партнерских отношений с Западом, которые крайне необходимы обеим странам как для обеспечения целей укрепления своего положения на международной арене, решения важных международных задач (например, в области нераспространения ОМУ), так и задач экономического развития. Именно поэтому и в Москве, и Пекине выступают против создания антизападного военного союза. Таким образом, тесные конструктивные отношения сотрудничества, не впадающие в крайности как враждебности, так и союзничества полностью соответствуют интересам России и Китая.

Точки расхождения

И КИТАЙ, И РОССИЯ строят свою политику исходя из собственных интересов. В связи с этим некоторые их подходы к международным проблемам и вопросам двустороннего сотрудничества расходятся или не полностью совпадают. Вот несколько примеров.

Китай не планирует подключаться к соглашениям по сокращению ядерных вооружений, считая, что Россия и США должны первыми сократить свои ядерные арсеналы до некоего низкого уровня, который не уточняется. Это на каком-то этапе может затормозить переговоры по сокращению ядерных арсеналов.

Китай не стремится ограничивать количества ракет среднего и малого радиуса действия, стремясь приобрести их как можно больше на случай боевых действий против Тайваня.

Китай, как и Россия, заинтересован в безъядерном Корейском полуострове, но он крайне не заинтересован в объединении Кореи. Поэтому, открыто выражая недовольство авантюристическим курсом северокорейского режима, Пекин все же проявляет крайнюю осторожность в давлении на него, опасаясь его коллапса. В то же время создание сильного единого Корейского государства, более свободного от влияния США и в определенной степени являющегося противовесом Китаю, по меньшей мере не противоречило бы интересам Москвы.

В целом, поддерживая российский курс на многополярность, Китай не может поддержать признание Абхазии и Южной Осетии. Больше того, само возникновение этого вопроса крайне раздражает Пекин, так как для него самого проблема территориальной целостности является крайне болезненной, особенно в свете событий 2008 года в Тибете и 2009-го — в Синьцзяне.

Как крупнейший производитель товаров, Китай является естественным сторонником либерализации рынков и «свободной торговли», за которую он выступает в АТЭС, ШОС и других международных организациях. В этом вопросе он является скорее союзником Запада и «Севера», чем развивающегося «Юга», и в какой-то степени России, где все больше говорят о «защите отечественного производителя».

Китай конкурирует с Россией как потребитель иностранных инвестиций. Китай и Россия конкурируют в развитии приграничных районов (Дальний Восток России и Северо-Восточный Китай). В Китае заинтересованы в России прежде всего как в поставщике сырья и рынке сбыта продукции. В то же время Россия заинтересована в использовании китайской рабочей силы, капиталов и технологий для развития своих дальневосточных районов, а также поставках в Китай не только сырья, но и продукции машиностроения, технологий. Сегодня продукция китайского и российского машиностроения по ряду товаров находится в прямой конкуренции на российском рынке (например, по автомобилям).

Пути преодоления расхождений в интересах России

ПЕРВЫЙ и наиболее очевидный в настоящее время блок проблем в отношениях с Пекином сконцентрирован сегодня в области торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества. С начала 2009 года двусторонний торговый оборот по сравнению с предыдущим годом снизился более чем на 30%. Торговый оборот Китая с большинством стран мира падает в связи с кризисом, торговля с Россией тоже сокращается самыми быстрыми темпами (Табл. 1).

Источник: http://www.customs.gov.cn/

Мировой экономический кризис еще более обострил уже имеющиеся проблемы двусторонних торгово-экономических отношений, что привело к нынешней ситуации. В результате сегодня очевидно, что поставленная лидерами двух государств задача увеличения товарооборота к 2010 году до 60–80 млрд. долларов не будет достигнута. То же касается и планов по инвестициям. Россия может отойти с восьмого на 15-16-е место как торговый партнер КНР, уступив таким странам, как Малайзия, Сингапур, Индия, Нидерланды, а, возможно, и Великобритании, Бразилии, Таиланду и Франции (Табл. 2). Это приведет к еще большему разрыву между приоритетностью России для Китая и Китая для России как торговых партнеров.

Источник: http://www.customs.gov.cn/

Кроме резко уменьшающегося товарооборота, для российско-китайской торговли характерны две другие тенденции: 1) значительный российский торговый дефицит, возникший в 2007 году; 2) резкое падение доли машин и оборудования в российском экспорте. В условиях кризиса российский торговый дефицит несколько снизился за счет более резкого падения российского импорта по сравнению с экспортом (-48,2% и -24,1% соответственно за первую половину 2009 г.). Однако подобное решение, конечно, не может быть долгосрочным.

Таким образом, кризис лишь высветил основные проблемы российско-китайского торгово-экономического сотрудничества, которые были хорошо известны ранее и на которые давно указывали специалисты. К ним относятся:

1. Системная коррумпированность всего механизма взаимной торговли, значительная часть которой ведется организованными преступными группами, включающими как предпринимателей с обеих сторон, так и представителей в основном российских государственных структур, региональных администраций и т. д. Эта система работает на то, что значительная часть взаимной торговли фактически ведется контрабандным путем, благодаря чему занижается ее официальный объем и снижаются поступления в российский бюджет от таможенных сборов.

2. Неблагоприятный инвестиционный климат в России (китайские предприниматели жалуются на запутанность законодательства, коррупцию администраций и правоохранительных органов).

3. Низкое качество продукции российского машиностроения, в результате чего ей крайне трудно конкурировать на китайском рынке с продукцией других государств.

4. Плохое знание российскими бизнесменами китайского рынка и китайской деловой культуры.

5. Неразвитость инфраструктуры в России, особенно в ее азиатской части.

6. Неразвитость рынка туристических услуг и высокая стоимость сервиса, из-за чего начиная с 2004 года поток китайских туристов в Россию постоянно уменьшается, в то время как поток российских туристов в Китай увеличивается[1].

Без решения этих проблем дальнейшее поступательное развитие двусторонних торгово-экономических отношений даже после завершения кризиса будет невозможным. Тогда увеличение товарооборота станет возможным лишь путем резкого увеличения импорта китайских товаров, а это лишь обострит другие проблемы. Главным препятствием на пути развития торгово-экономического сотрудничества на нынешнем этапе является состояние российской экономики и российского общества в целом. Без решения проблем коррупции, развития инновационной экономики, рывка в области инфраструктуры дальнейший рост двусторонней торговли вряд ли возможен. В конечном счете большинство этих проблем являются политическими, так как их решение, требующее политической воли с российской стороны, назрело, и оно необходимо не только для наших отношений с Китаем, но и для развития страны в целом. В то же время именно общероссийский характер большинства отмеченных проблем делает их решение крайне сложным. Нерешенность же их приведет к тому, что Россия станет намного более зависимой от китайского рынка, чем Китай от российского (в 2008 г. Китай стал третьим по значению торговым партнером России, на который приходилось 7,6% российского внешнеторгового оборота (Табл. 3). В то же время Россия, будучи восьмым торговым партнером Китая (2,2% общего внешнеторгового оборота (Табл. 2), превратится только в поставщика сырьевой составляющей Китаю, таким же, каким она уже стала по отношению к Европе.

Источник: http://www.rusimpex.ru/

13 октября 2009 года премьер Владимир Путин провел переговоры со своим китайским коллегой Вэнь Цзябао в Пекине. Во время этого визита было подписано более 20 соглашений по конкретным проектам двустороннего сотрудничества, в том числе совместное коммюнике, межправительственные соглашения о взаимном уведомлении о пусках баллистических ракет и ракет-носителей и об учреждении культурных центров, меморандумы о сотрудничестве в сфере совершенствования процедур таможенного контроля, о взаимопонимании в области организации и развития скоростного и высокоскоростного железнодорожного сообщения на территории РФ, соглашения о сотрудничестве между соответствующими особыми экономическими зонами РФ и зонами технико-экономического освоения Китая, ряд соглашений между финансовыми организациями по финансированию различных проектов в России.

Странный ажиотаж в российских СМИ вызвало принятие Программы сотрудничества на 2009–2018 годы между регионами Дальнего Востока и Восточной Сибири России и северо-востока КНР, в которой предусматриваются крупные взаимные инвестиции в ряд проектов на территории обеих стран. Говорилось, что именно они приведут к превращению России в сырьевой придаток Китая.

Естественно, что определенная часть объектов на российском Дальнем Востоке и в Сибири — это месторождения полезных ископаемых. Однако опасность заключается отнюдь не в том, что эти месторождения будут разработаны с использованием китайских инвестиций, а в том, что полученные доходы могут быть вновь разбазарены, а не использованы на создание в России инновационной экономики, о необходимости которой сейчас так много говорят. Но в этом будет повинен отнюдь не Китай.

Второй комплекс проблем связан с недостатком взаимного доверия и взаимопонимания. Нынешнее потепление в отношениях Москвы и Вашингтона, например, может вызвать некоторые опасения в Пекине относительно возможности сближения России с Западом за счет интересов Китая. Поэтому развивая новые отношения с США, нужно особенно аккуратно относиться к возможным чувствам Пекина, подробно разъяснять китайским друзьям, что Россия здесь борется не только за собственные интересы, но и за идеал многополярного мира, которому Пекин также привержен. Так, например, отказ от размещения элементов американской системы ПРО в Восточной Европе соответствует пожеланиям и интересам КНР, так как останавливает американское наступление на Восток, в том числе и к границам Китая. Что касается ужесточения российской позиции в отношении иранской ядерной программы, то Китай как страна, обладающая небольшим количеством ядерного оружия, должен в еще большей степени, чем Россия, быть заинтересован в его нераспространении, так как появление новых ядерных государств резко девальвирует его ядерную мощь и, следовательно, влияние в мире.

В настоящее время, как показывают опросы общественного мнения, и в России, и Китае распространены стереотипные представления о соседней стране, слабы знания друг о друге, в отдельных кругах существуют опасения относительно действительных целей политики партнера. Так, согласно опросам РОМИР 2004–2005 года, при упоминании Китая россияне чаще всего вспоминают об одежде китайского производства, количестве населения и рисе, и практически никто не думает о современных достижениях этой страны. Китайцы же при упоминании России думают о терроризме, различных выдающихся политических и литературных деятелях, о распаде СССР и о том, что наша страна — мощная военная держава, отказавшаяся от коммунизма[2]. Все эти представления мало отражают современную жизнь двух государств или отражают их крайне односторонне.

Проведение Года Китая в России в 2006 году и Года России в Китае в 2007 году значительно улучшили ситуацию в этой области (Табл. 4). Для сравнения, согласно опросу, проведенному тем же институтом в 1997 году, лишь 27, 03% респондентов заявили о хорошем отношении к России, в то время как 13,52% заявили, что относятся к нашей стране плохо, а 59,46% вообще не выразили никакого мнения[3].

(* Источник: Дун Минь и Ван Цзе. «Чжунго Элосы нян» дуй Чжунго шэхуйдэ инсян [Влияние Года России в Китае на китайское общество]. Рукопись. Китайский институт опросов общественного мнения. 2006. Рукопись. С.1. Опрос проведен в 12 крупных городах КНР).

Однако проблемы остаются. В последнее время в Китае большое значение уделяется вопросам улучшения своего имиджа в России. Китайские власти финансируют издание и распространение в России трех иллюстрированных журналов на русском языке (один выпускается в Пекине, два других финансируются местными правительствами — провинции Хэйлунцзян и Синьцзян-Уйгурского автономного района). В сентябре 2009 года начал вещание канал Центрального телевидения Китая на русском языке. В российских университетах при содействии правительственной Канцелярии по распространению китайского языка открыто восемь школ Конфуция, занимающихся обучением и пропагандой китайского языка и культуры. На все это государство выделяет значительные средства.

Приветствуя подобную активность китайского правительства, следует отметить, что, если Россия не сможет столь же активно заниматься улучшением своего имиджа и популяризацией собственной культуры в Китае, вскоре в представлениях общества возникнет определенный необъективный перекос в пользу Китая, ситуация доминирования официальной китайской информации и пропаганды. До сих пор российская сторона не смогла адекватно ответить на китайский информационный вызов. Журналы о Китае даже на русском языке, которые попытались издавать на частные средства, успеха не имели. Наиболее успешный журнал «Россия — Китай. XXI век», издававшийся более двух лет на средства ОАО «Российско-китайский центр торгово-экономического сотрудничества» и завоевавший большой авторитет в России и Китае, прекратил свое существование из-за утери интереса к нему учредителя. То же произошло и с широко разрекламированным частным телеканалом «Китай». Наиболее успешно работает в Китае Фонд «Русский мир», занимающийся популяризацией русского языка, который уже открыл в Китае один русский центр и планирует открыть еще несколько. Готовится к подписанию соглашение об открытии в Пекине Российского центра науки и культуры по линии Россотрудничества. Приведенные примеры свидетельствуют о том, что без значительного государственного финансирования и поддержки эффективная работа по улучшению имиджа России в Китае на уровне проводимой Китаем в России вряд ли возможна. Только частные проекты здесь вряд ли могут быть эффективны в связи с недостаточным интересом со стороны крупных российских бизнес-структур. Между тем госфинансирование, например Фонда «Русский мир», сократилось в связи с экономическим кризисом.

Из-за сложившейся ситуации целесообразно было бы продолжить на постоянной основе проведение комплекса мероприятий, начатых в рамках Национальных годов и Годов национальных языков*. (* 2009 г. объявлен Годом русского языка в Китае, в 2010 г. пройдет Год китайского языка в России). Продолжить работу по охране памятников российским и советским воинам, российских (советских) кладбищ, а также восстановлению и охране церквей и других памятников российской архитектуры на территории КНР.

Кроме того, важно принять государственную информационную программу по КНР, которая состояла бы из двух частей: 1) освещение событий жизни и истории Китая с российской точки зрения; 2) улучшение имиджа России в Китае. В рамках этой программы можно было бы принять ряд мер. Необходимо осуществлять поддержку создания теле- и радио программ, документальных фильмов, интернет-сайтов и другой медийной деятельности по освящению событий истории и современной жизни Китая, российско-китайских отношений, представляющих российскую точку зрения, активно использовать в этой работе российских экспертов по Китаю. Целью такой программы должен стать уход как от панических настроений в стиле «китайской угрозы», так и от излишне прокитайского уклона, к которому склоняет засилье китайской государственной информации.

Кроме того, необходимо создать российский государственный телеканал на китайском языке, который мог бы вещать в том числе и на Китай. Учитывая, что в России единовременно находится значительное количество граждан КНР, а в Китае, согласно опросу общественного мнения, проведенному в апреле 2008 года Китайским институтом опросов общественного мнении, 81,4% жителей крупных городов хотели бы знать о России больше, а около 50% в различной степени следует за ее политической жизнью, такой канал мог бы иметь большой успех и политическое значение (во всяком случае, не меньшее, чем уже созданный арабский канал). Вполне возможно активизировать деятельность российского радио на китайском языке, которое имеет большой опыт работы и неплохие кадры, а также создать иллюстрированный журнал о Китае на русском языке, причем поставить вопрос о его распространении на территории КНР. Можно было бы использовать опыт издания журнала «Россия-Китай. XXI век» и заинтересовать в финансировании данного проекта одну из крупных российских компаний, работающих на китайском рынке.

Другим направлением могла бы стать поддержка создания российских интернет-сайтов на китайском языке, в том числе сайтов государственных информационных агентств и газет (например, «Российской газеты»), а также некоторых министерств и ведомств (например, ФМС, МВД, Министерства экономики и торговли и т. д.). Целесообразно поставить вопрос о законном распространении (в том числе через подписку и киоски) на территории КНР российского журнала на китайском языке, в настоящее время издаваемого посольством России в КНР. Как известно, активно распространяя свои издания в России, китайская сторона блокирует распространение зарубежных изданий на своей территории. Здесь необходимо настойчиво ставить вопрос о паритетных условиях распространения. Кроме того, было бы целесообразно принять программу поддержки китайских студентов, обучающихся в России, и китайских исследований по российской тематике (по примеру Британского совета и подобных организаций). Проводить конкурсы на лучшее знание русского языка, на лучшее исследование о России и т. д.

Согласно опросу Китайского центра опросов общественного мнения, проведенному в апреле 2008 года в десяти крупных городах КНР, 55,7% опрошенных слышали о Годе России в Китае, причем 41,5% из них высказали мнение, что мероприятия Года «расширили их знания о России», а 18,6% благодаря Году «ознакомились с ситуацией» в нашей стране. В то же время 81,4% опрошенных высказали пожелание узнать больше о России, а 46,7% заявили, что в различной степени следят за политическими событиями в соседнем государстве[4]. Эти данные ясно свидетельствуют о том, что, во-первых, мероприятия Года России значительно улучшили имидж нашей страны в Китае, а во-вторых, что еще большие усилия по информированию жителей КНР о жизни России будут восприняты там со значительным интересом и найдут благодатную почву.

Исторический вопрос

С ВОПРОСАМИ взаимного доверия связаны и проблемы освещения истории и «негосударственных» радикальных взглядов на российско-китайские отношения. Суть их заключается в следующем. Позиция официальных китайских историков выражается в том, то в XIX веке Россия захватила значительные китайские территории. Об этом пишется в учебниках, соответствующим образом составляются географические карты. Ряд российских экспертов и особенно журналистов делают из этого вывод, что Китай претендует или в будущем может претендовать на возврат этих территорий. И это несмотря на то, что Китай никогда — даже в годы резкого ухудшения двусторонних отношений — не предъявлял никаких официальных претензий на какие бы то ни было части советской или российской территории.

На сегодня все вопросы, связанные с прохождением границы, решены двумя странами. Поэтому по историческому вопросу нет смысла вдаваться в политические дискуссии. Здесь было бы целесообразно занять следующую позицию: «Кто бы у кого что и ни захватил в прошлом, к нынешней признанной обеими сторонами линии границы это не должно иметь никакого отношения. Исторические же вопросы нужно оставить историкам, которые и должны в них разбираться». В то же время можно было бы предложить создать российско-китайскую экспертную комиссию (например, по линии РАН и АОН КНР) для проведения совместных исследований спорных проблем истории двусторонних отношений.

Географический вопрос

НЕСМОТРЯ НА ДРУЖЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ, на ряде китайских карт Курильские острова изображаются как «оккупированная СССР» часть территории Японии. В то же время в Китае крайне остро относятся к попыткам Японии пересмотреть историю Второй мировой войны. На это противоречие необходимо указывать китайским партнерам. Кроме того, можно было бы предложить провести совместные российско-китайско-корейские исследования истории Второй мировой войны на Тихом океане. Такие исследования значительно сблизили бы российскую и китайскую позиции и по ряду современных проблем.

Проблема радикальных взглядов

ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ в Китае часто появляются публикации, в которых утверждается такое видение развития страны, которое в мире, в том числе и России, многими считается опасным. Так, в вышедшей в 2009 году книге «Китай недоволен», ставшей бестселлером, достаточно голословно утверждается, что китайцы якобы лучше всех в мире распоряжаются природными ресурсами, которых стране не хватает, поэтому в будущем Китай должен взять под контроль мировые ресурсы, чтобы управлять ими на благо человечества. Китайская армия, по мнению авторов, должна активно поддерживать борьбу Китая за ресурсы за его пределами[5]. Ранее один из авторов книги Ван Сяодун уже писал о том, что главная проблема Китая — нехватка «жизненного пространства»[6]. В отличие от различных блогов и интернет-сайтов, на которых в любой стране можно встретить всякое, любые публикации в Китае подвергаются строгой предварительной цензуре. Поэтому можно с большой степенью вероятности говорить, что, не обязательно отражая официальную точку зрения, подобные взгляды по меньшей мере имеют поддержку каких-то влиятельных групп, способных санкционировать их публикацию. Китайские эксперты обычно говорят, что пропагандируемые авторами книги «Китай недоволен» идеи — лишь частные мысли граждан, однако в более откровенных разговорах признаются, что подобные националистические теории поддерживаются определенными кругами в силовых структурах.

Вопрос о публикации подобных материалов и их негативном влиянии на атмосферу российско-китайских отношений и на отношение российского общества к Китаю необходимо ставить, в том числе и на официальном уровне. Однако следует иметь в виду, что в России националистических, в том числе откровенно антикитайских, публикаций выходит гораздо больше, и в Китае этим также обеспокоены. В действительности же китайское руководство сдерживает поток негативных публикаций (которыми заполнен китайский интернет) о России, хотя, по наблюдениям экспертов, в последнее время этот контроль был несколько ослаблен.

Кроме перечисленных проблем двусторонних отношений, существует одна более общая. Долгие годы, хотя и не всегда, но по крайней мере на протяжении XIX и большей части ХХ веков Россия (Советский Союз) была более мощным государством, чем Китай. И мы привыкли к этому, многие россияне до сих пор относятся к Китаю свысока. Но сегодня на наших глазах происходит геополитический поворот в пользу Китая. Россия — не первое в истории государство, влияние которого ослабевает. Такое ранее происходило с Британской империей, Францией, Голландией, Португалией, и все жители этих стран постепенно научились жить в новых условиях. Но для нас это пока непривычно. Россия — все еще крупная, влиятельная страна, но она постепенно становится менее влиятельной, чем Китай. Мы можем до бесконечности ругать руководство и самих себя за то, что Россия не развивалась так, как Китай в конце ХХ века, но такова реальность, которую вряд ли возможно изменить в ближайшее время. С ней надо жить, и российская дипломатия должна решать проблемы, исходя из наших реальных сил.

Что здесь можно сделать? Прагматично учитывая различные возможности и расхождения интересов, необходимо использовать китайские цели и возможности себе во благо, прежде всего для собственного развития. В сфере внешней политики Китай любит провоцировать Россию на антизападные действия, на которые он сам никогда бы не пошел. Это — стремление действовать чужими руками, и выполнять все китайские пожелания не следует. Необходимо, напротив, предлагать Пекину выступать с двусторонними инициативами по международным вопросам.

Кроме того, с целью создания баланса растущему китайскому влиянию в Восточной Азии необходимо активно развивать отношения с другими российскими партнерами, прежде всего Японией, Южной Кореей и государствами АСЕАН. Желательно довести эти отношения до такого же уровня, как и наши отношения с КНР. Такой курс способствовал бы и экономическому развитию азиатской части России и создал бы в этом отношении здоровую конкуренцию между нашими партнерами за участие в крупных экономических проектах России.

Важнейшим направлением сотрудничества по международным вопросам является диалог с Китаем по северокорейской ядерной проблеме и проблемам Корейского полуострова. Здесь можно было бы предпринять ряд шагов. Во-первых, Китаю необходимо продолжить целенаправленную и совместную работу с северокорейскими партнерами с целью возвращения их в шестисторонний переговорный формат. Во-вторых, предпринять совместные усилия по созданию условий для постепенной отмены санкционного режима, введенного в отношении КНДР. В-третьих, необходимо продумать вопрос о возможности предоставления российско-китайских гарантий безопасности КНДР, в том числе ядерной безопасности этой страны. В-четвертых, можно было бы изучить возможности создания в КНДР или вблизи границ КНДР в России или Китае атомной станции силами и средствами всех участников шестисторонних переговоров. В-пятых, целесообразно активизировать консультации России и Китая с США на предмет обеспечения американских гарантий безопасности КНДР. В-шестых, можно предложить провести совместные консультации и контакты с японскими партнерами с целью установления стабильного северокорейско-японского диалога по политическому разрешению существующих между ними проблем.

В сфере экономических отношений серией мер необходимо стимулировать замену поставок сырья на китайские инвестиции и перенос переработки и других производств на российскую территорию. Это уже делается в лесной сфере, но пока не дает желаемых результатов. Полезным направлением могло бы стать более широкое экономическое взаимодействие в рамках ШОС.


[1]По данным ЦСУ России, в 2008 г. китайские граждане приезжали в Россию 815 469 раз (в 2007 г. — 765 120 раз), из них с туристическими целями 127 155 (в 2007 г. — 129 749 раз). В 2009 г. количество китайских туристов снизилось еще более значительно (http://www.russiatourism.ru/section_23/)

[2]Милехин А. В. Россия и Китай в меняющемся мире. Россия — Китай. ХХI век. Ноябрь 2005, С. 25.

[3]Ли Дунминь, Лю Вэй. Паньван цзэнцзин ляоцзе, гуаньчжу шуанбянь гуаньси. «Чжунго гунчжун яньчжундэ Элосы» дяоча баогао. Китайский центр опросов общественного мнения. 15.03.1997. Рукопись. c.3.

[4]Чжунгожэн янчжундэ Элосы дяоча (Опрос «Россия глазами китайцев»). Пекин. Китайский центр опросов общественного мнения (SSIC), 2008. Рукопись. С. 5–7.

[5]Сун Сяоцзюнь, Ван Сяодун, Хуан Цзиce, Сун Цян и Лю Ян. Чжунго бу гаосин: да шидай, да мубяо цзи вомэньдэ нэйювайхуань [Китай недоволен. Великая эпоха, великие цели и наши внутренние и внешние трудности]. Нанкин. Цзянсу жэньминь чубаньше. 2009. С. 80–81, 98–99, 106–108.

[6]Ван Сяодун. Дандай Чжунго миньцзучжуи лунь [Теория современного китайского национализма]. Чжаньлюе юй гуанли. 2000. №5.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Международная жизнь» №11, 2009
Распечатать страницу