«Понтий Пилат побоялся осознать, кто такой Христос!»

28.09.10

«Понтий Пилат побоялся осознать, кто такой Христос!»

Эксперты МГИМО: Симонов (Вяземский) Юрий Павлович, к.ист.н., профессор

Ведущий программы «Умники и умницы» подобно булгаковскому герою написал роман о человеке, судившем Иисуса

У зав. кафедрой мировой литературы МГИМО, писателя, философа, ведущего программы «Умники и умницы» Юрия Вяземского вышла новая книга «Детство Понтия Пилата». С нее мы и начали наш разговор…

— Это гиперисторический, как я его называю, роман, — говорит Вяземский. — О Пилате, о Христе, об апостолах. Я углубляюсь в историю, но пытаюсь описывать проблемы вечные, которые нас с вами касаются. Если заглянуть в душу маленького Понтия Пилата, в его одиночество, в его тоску, в его любовь, в его надежды, окажется, что такой мальчик мог бы жить и сейчас, и может жить через 10 лет, и через 20 лет.

— Как вам кажется, судьбу Понтия Пилата можно было переломить или в ней все было предначертано?

— Когда-то нам объясняли с марксистско-ленинских позиций, что основной вопрос философии — что первично, материя или сознание. Потом, когда я вырвался из плена этой лжи, понял, что это далеко не основной вопрос философии. Основной, по большому счету, — свободен человек от своей судьбы или нет. И вы мне его сейчас задаете.

— Значит, ответа опять нет.

— Есть, но диалектический — и да, и нет. Понимаете, человек сотворен свободным — достаточно более или менее внимательно читать Библию, чтобы понять, что Адам и Ева делали свой выбор и Господь им предоставил свободу. Иначе было бы все хорошо, и плод с древа познания не съели бы, и они бы жили в раю по-прежнему. Но нет, именно свобода. И за нее, конечно, приходится платить. Поэтому в Страстную пятницу у Пилата был выбор, и прежде всего он должен был узнать, кто стоит перед ним. Но он этого сделать, я думаю, не захотел или побоялся. Как считает, например, коптская церковь (египетское христианство), он в этом потом раскаялся, принял мученическую смерть — и копты Пилата канонизировали.

— Как в вас сосуществуют разум и вера? Не исключают друг друга? Либо ты знаешь, либо веришь…

— Нет, они абсолютно друг друга не исключают. Иисус сказал: возлюби Бога своего всем сердцем своим, всей крепостью своей, всей силой своей, всем разумением своим.

— Между тем людей, убежденных, что религия — опиум для народа и средство, чтобы им управлять, до сих пор очень много.

— Опиум? Нет, конечно. (Смеется.) Религия — это чистота, красота, это свежий глоток воды, это крылья, которые у тебя вырастают за спиной, это радость, которая тебя охватывает. Это любовь, которая иногда приходит к тебе и помогает тебе заглянуть в душу человека. Но тут надо оговориться, какая религия. Если псевдорелигия типа марксизма-ленинизма со сказками о том, что мы будем жить при коммунизме, только надо немножко потерпеть, то да, безусловно, опиум.

Я в свое время беседовал с Германом Степановичем Титовым. Он был дублером Юрия Алексеевича Гагарина. И рассказывал, что перед полетом Гагарина их вдвоем ночью привезли на Красную площадь, открыли Мавзолей, чтобы они вошли, поклонились Ленину, а потом отправились на космодром, и Гагарин полетел в космос. Представьте себе — космонавтов ночью привозить на поклон мумии перед историческим полетом! Если мы вспомним Древний Египет, то поймем, что был совершен натуральный предпоходный ритуал — поклонение в поминальном храме фараону для того, чтобы все было хорошо в пути. Марксизм-ленинизм был религией, которой пытались вытеснить Христа, Аллаха и Будду!

Всякий человек верит. Атеистичны только животные. Мой отец был ученым, умнейшим человеком, но в плане Бога мы всегда с ним не сходились. И один раз я с ним летел в самолете, самолет начал падать. Падал долго. Люди решили, что он падает совсем. Папочка сидел и что-то шептал. Когда самолет перестал падать и полетел дальше, я его спросил: папа, что ты делал? Он говорит: я молился, Юрка, чтобы хотя бы ты спасся — я-то успел пожить. Я говорю: а как же ты мог молиться, когда ты ни одной молитвы не знаешь? А он: у меня молитва тут же составилась: ты, святая Ядвига, и вы, индейские боги… Я потом довольно быстро вычислил, откуда взялись индейские боги: он когда-то увлекался индейцами, посещал их капища, видел истуканов. А святая Ядвига — покровительница студентов. Отец очень любил студентов и город Краков. Свято место пусто не бывает — вот и явилась на него Ядвига.

Человек начинается с того, что у него появляется вера. Что он начинает хоронить своих умерших сородичей. Вам любой археолог скажет: самые древние стоянки начинаются с того, что появляются кладбища.

— А может, это просто санитарная штука — кладбища?

— Вы сейчас ляпнули, как крыса. Крыса, когда умирает сородич, его зарывает. Но это погребение исключительно санитарное, она никогда на это место больше не придет. А люди хоронят людей для того, чтобы о них помнить, чтобы навещать в день смерти могилу, приносить цветы. У крыс есть погребение, но исключительно санитарное. А если у тебя мама умерла, ты вызываешь спецкоманду, которая забирает труп, уезжает, и все? А зачем тело обмывать, наряжать, заказывать гроб, собирать людей?

— Источник ваших знаний — все-таки книга. В Интернете вы ничего такого для себя не ищете?

— У меня ни один компьютер не подключен к Интернету. Не хочу. Но компьютер для меня — это все. Там у меня свои файлы — Древняя Греция, Рим, «Умники». Это святое, и Интернет я туда не пускаю. Хотя сын меня давно ругает и говорит, что это упрямство. Да, я консервативный, ретроградный и очень упрямый!

Анна БАЛУЕВА 

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Комсомольская правда»
Распечатать страницу