«Немецкий народ помнит уроки истории»

12.10.10
Эксклюзив

«Немецкий народ помнит уроки истории»

Эксперты МГИМО: Большова Наталья Николаевна, к.полит.н., доцент

В результате скандала, вызванного публикацией книги Тило Заррацина «Германия самоликвидируется», обнаружилось, что более половины немцев разделяют опасения автора-националиста. Но в этом есть и положительный момент: тему, которая долгое время входила в категорию табу, сейчас активно обсуждают на всех уровнях. О миграционной политике Германии и проблеме интеграции иммигрантов в немецкое общество мы поговорили с экспертом МГИМО, кандидатом политических наук Натальей Большовой.

— Можно ли сказать, что в Германии растут исламофобские настроения, и если да, то почему это происходит?

— Судя по последним соцопросам в Германии, среди немецкого населения действительно растет общее недовольство иммигрантами из мусульманских стран. Это происходит и из-за культурно-исторических особенностей формирования немецкой нации, и по причине информационного воздействия на массовое сознание.

Во-первых, германский подход к национальному строительству изначально отличался от подходов других государств-наций. В становлении германской нации преобладала модель, основанная на «праве крови», а не на «праве почвы», как, например, во Франции. По отношению к представителям других этносов и культур в Германии традиционно применялась практика сегрегации. Под влиянием массовой миграции официальные лица Германии стали пересматривать подход к пониманию нации как к этнокультурной общности. Однако, естественно, что среди немецкого населения по-прежнему сохраняются опасения, что интеграция такой сильной и «чуждой» культуры как ислам приведет к размыванию христианской культуры и утрате собственной национальной идентичности, поэтому сохраняется подозрительное отношение к мусульманам.

Во-вторых, в Германии достаточно широко распространены опасения, что иммигранты наносят большой вред социальному и экономическому благосостоянию населения. Значительную роль в этом играет негативный тон СМИ при освещении связанных с иммигрантами сюжетов, под влиянием которых в сознании немецких граждан формируется стереотип неприязни к иммигрантам. Эмпирические исследования частично развеивают миф об иммигрантах как об исключительно дотационной социальной группе. Кроме этого, в условиях старения и сокращения рождаемости немецкого населения мигранты могут внести значительный вклад в разрешение грядущего кризиса пенсионного и социального обеспечения (хотя иммигранты со временем перенимают показатели рождаемости принимающего общества).

— После скандального успеха книги Тило Заррацина «Германия самоликвидируется» президент Кристиан Вульф выступил с речью, в которой заявил, что ислам — наравне с другими религиями — является частью Германии. Насколько это обоснованное высказывание?

— Мне кажется, что иммигранты, в том числе мусульманского происхождения, давно стали частью немецкого общества. Ислам сегодня является второй по численности последователей религией в Германии после христианства. Федеральное правительство уделяет пристальное внимание интеграции мусульман в немецкое общество. О серьезности намерений власти свидетельствуют такие инициативы «сверху», как принятие нового иммиграционного законодательства, ориентированного прежде всего на интеграцию иммигрантов, проведение «интеграционных саммитов» и «Немецкой исламской конференции», целью которых является налаживание постоянных контактов с представителями иммигрантских объединений и их прямое вовлечение в процесс интеграции. Однако заявления некоторых популистски настроенных политиков, как Тило Заррацин, во многом способствуют негативному настрою общества в отношении к иммигрантам.

В настоящее время в Германии активно ведутся дискуссии относительно права мусульман, постоянно проживающих в Германии, на сохранение своей исламской идентичности в повседневной жизни. В этом смысле показательной является острая политическая дискуссия, разгоревшаяся в Германии в конце апреля 2010 г. Ее поводом послужило заявление Айгюль Эзкан, министра по социальной политике и делам интеграции в правительстве Нижней Саксонии, о том, что в немецких школах нужно не только запретить ношение платков ученицами-мусульманками, но и убрать со стен все распятия, поскольку в светском государстве образовательные учреждения должны быть религиозно нейтральны. Под давлением критики со стороны однопартийцев по ХДС Экзан была вынуждена взять свои слова обратно, но это лишь обострило спор о влиянии религии на политику.

— В ответ на заявление президента Германии Кристиана Вульфа представленные в парламенте оппозиционные партии (СДПГ и Зеленые) выступили с требованием придать мусульманской общине официальный статус. На данный момент такой статус имеется только у христиан и евреев. Как скажется официальный статус, если мусульмане его получат, на их интеграцию в немецкое общество?

— Безусловно, признание ислама частью Германии наравне с христианством и иудейством, прозвучавшее в речи президента, имеет важное значение. Я думаю, прежде всего, он хотел подчеркнуть, что мусульмане, постоянно проживающие в Германии, являются полноправными членами общества и что как граждане страны они должны исполнять ее конституцию и следовать немецкому образу жизни. СДПГ и Зеленые пошли еще дальше, выступив с требованием придать мусульманской общине официальный статус. По их мнению, официальное признание поможет мусульманам быстрее интегрироваться в немецкое общество. Этот шаг, безусловно, сделает Германию мультикультурной страной не только на словах, но и на практике. Однако действия политиков должны учитывать настроения в обществе, если они не хотят допустить беспорядков на этнической и религиозной почве. По результатам соцопросов, 60% респондентов поддерживают критику иммигрантов-мусульман, высказанную Тило Заррацином. По-моему, в сегодняшних условиях преодоления последствий глобального финансового кризиса немецкое общество еще не готово пойти на такой шаг. В то же время, следует отметить, что начавшаяся общественно-политической дискуссия на эту тему является важным шагом в этом направлении.

— Вы говорите, что взгляды Заррацина разделяют 60% респондентов, но ведь опросы подобного рода носят анонимный характер. Где предел толерантности? Может ли — и при каких условиях — настать момент, когда немцы станут открыто выступать против иммиграции?

— Опасность существует в случае провала политики государства по интеграции иммигрантов. В то же время, государство не может в одиночку выполнить общественную задачу интеграции без поддержки «снизу». Интеграцию нельзя предписать сверху, она должна стать неотъемлемым элементом жизни всего общества. Сейчас в Германии проживает более 4 млн. мусульман. Появление в Германии обширной турецкой общины усиливает их нежелание приспосабливаться к правилам принимающей страны. Если раньше для основной массы иммигрантов являлось правилом, что их второе и третье поколение мало отличались от немцев, то случаи ассимиляции турок в любом поколении считаются исключением. Трудности возникают в результате их нежелания учить немецкий язык и требований преподавать ислам и турецкий язык в средней школе. Частично власти идут навстречу требованиям мусульман. В некоторых землях в школах действует система, при которой для детей из мусульманских семей организуется преподавание на турецком и арабском языках (Северный Рейн-Вестфалия, Берлин). Однако постепенное «отуречивание» целых районов в городах страны вызывает протест немецкого населения, который все более нарастает. Власти не могут не реагировать на этот протест и предпринимают шаги, ограничивающие «напор» ислама. Например, сейчас в большинстве земель ФРГ запрещено ношение исламских платков (хиджабов) для преподавательниц школ, а в Гессене этот запрет действует для всех государственных служащих.

Интеграция мусульман может быть успешной только при условии объединения усилий и взаимопонимания с обеих сторон. Со стороны иммигрантов требуется готовность принять жизнь страны, следовать ее основному закону и правопорядку, а также учить немецкий язык. Чувство взаимосвязи с основным населением возникнет, если люди начнут воспринимать себя как дома. Для этого принимающее общество должно проявить к ним толерантность и доброжелательность. При отсутствии взаимного желания разделить ответственность, действительно, может настать момент, когда немцы станут открыто выступать против иммигрантов.

— Есть ли перспективы у немецких националистов на парламентских выборах? Может ли история повториться?

— Думаю, повторение истории маловероятно. Во-первых, потому что немецкий народ хорошо помнит уроки своей истории. Во-вторых, в условиях глобализации проведение политики национализма на практике оказывается трудно реализуемым и слишком дорогостоящим. Такие факторы, как международная миграция, интернет и революция в массовых коммуникациях делают невозможным существование этнически и культурно гомогенных государств. В глобализирующемся мире границы государств-наций размываются, а с ними и национальная идентичность, история современного мира уже не укладывается в жесткие рамки «государств-наций», она становится в значительной степени наднациональной. И, в-третьих, в политическом истеблишменте, как и в экономических кругах Германии, есть понимание того, что без привлечения иностранцев экономике Германии не обойтись уже в ближайшей перспективе, что запрет на иммиграцию не является выходом из создавшейся ситуации с безработицей и с кризисом системы социального обеспечения в стране. «Нужны Германии иммигранты или нет»? — так вопрос уже не стоит на повестке дня. Сегодня проблема заключается в поиске наиболее эффективной модели регулирования иммиграции и интеграции иммигрантов.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу