Приведет ли усиление экологической риторики к принятию конкретных решений на саммите «Группы двадцати» в Сеуле?

08.11.10
Эксклюзив

Приведет ли усиление экологической риторики к принятию конкретных решений на саммите «Группы двадцати» в Сеуле?

Эксперты МГИМО: Мастушкин Михаил Юрьевич, к.техн.н., доцент

10—11 ноября в Сеуле пройдет пятый саммит «Группы двадцати» («Большой двадцатки»).

Наряду с «традиционными» вопросами, рассматривавшимися в рамках предыдущих форумов, последний из которых состоялся в Торонто в июне 2010 г., принимающая сторона — Республика Корея внесла в повестку ряд новых вопросов, расширяющих и дополняющих существующий спектр.

Вполне естественно, что в целях достижения устойчивого глобального развития в перечень тем саммита вошли вопросы «зеленого» роста, создания эффективных механизмов борьбы с климатическими изменениями, а также вопросы из «смежных» областей, теснейшим образом связанные с достижением Целей развития тысячелетия, в том числе вопросы продовольственной безопасности, доступа к водным ресурсам и др.

Будут ли они рассмотрены подробно? Не превратиться ли саммит в очередное мероприятие с мощной экологической заявкой и с минимальным эффектом по количеству и качеству сформулированных обязательств? Это особенно важно проанализировать в связи с предстоящей в декабре этого года 16-й Конференцией стран — участниц Рамочной конвенции ООН об изменении климата в Канкуне (Мексика), от которой все мировое сообщество ждет конкретных результатов, направленных на решение проблем изменения климата, причем основным ожидаемым результатом является определение контуров нового глобального климатического соглашения, которое должно усовершенствовать механизмы действия Киотского протокола.

Декларация июньского саммита «Группы двадцати» в Торонто в очередной раз продемонстрировала «вторичность» экологической тематики в период преодоления кризисных явлений в экономике, когда теоретические подходы и практические действия традиционных экономистов в минимальной степени учитывают закономерности развивающейся экологической экономики, а декомпозиция целей достижения устойчивого развития также не имеет ярко выраженной экологической доминанты.

Справка:

В п. 41 Торонтской декларации заявлены общие обязательства стран, входящих в «Группу двадцати» по поддержке и участию в ноябрьских декабрьских мероприятиях, связанных с проведением 16-й Конференцией стран — участниц Рамочной конвенции ООН об изменении климата в Канкуне.

Представляется, что единственным конкретным экологически значимым решением саммита в Торонто был п.43 итоговой декларации, связанный с реализацией инициативы Президента РФ Д.А. Медведева по созданию действенного механизма по предупреждению и борьбе с последствиями загрязнения морских экосистем в результате воздействия на них нефтедобывающей промышленности в связи с событиями в Мексиканском заливе.

Российская сторона предприняла ряд мероприятий в рамках указанной инициативы, их презентация предполагается в Сеуле.

Какие же позиции обсуждаются в настоящей момент экспертами, готовящими декларацию «Группы двадцати», планируемую к принятию по итогам саммита в Сеуле?.

Во-первых, наверняка будут приняты обязательства общего плана, касающиеся объемов финансирования мероприятий по борьбе с климатическими изменениями. Декларируемый объем составляет 30 млрд. долларов США до 2012 г. и около 100 млрд. долларов США до 2020 г.

Во-вторых, скорее всего речь пойдет об источниках финансирования и преодолении тенденции по заимствованию средств из других, ранее принятых, национальных программ помощи беднейшим странам. То есть заявленные объемы финансирования должны выделяться дополнительно.

В-третьих, возможно принятие решения о создании глобального механизма аккумулирования средств на борьбу с бедностью, последствиями климатических изменений и т.п.

В то же самое время существует еще целый ряд актуальных проблем, которые могут найти отражение в итоговой декларации.

Например, проблемы влияния на климат наводнений и лесных пожаров, роста национальных экономик, обеспеченного избыточным потреблением ресурсов и др.

Относительно новым среди обсуждаемых вопросов будет обеспечение «зеленого» экономического роста. Причем Сеул считает, что этот вопрос должен стать основным в повестке дня.

Здесь следует отметить, что ряд развитых государств, являющихся локомотивами мировой экономики, уже приняли концептуальные документы и программы в данной сфере.

Для Российской Федерации будет важным выбор основных точек «зеленого» роста, не противоречащих заявленным целям социально-экономического развития и интересам национальной безопасности. Взяв на себя обязательства, схожие с развитыми странами, государство рискует их не выполнить и создать себе значительные проблемы на международном уровне.

В отличие от большинства стран «Группы двадцати» Россия не осуществляла целенаправленной политики в области достижения устойчивого экологобезопасного развития, используя последние двадцать лет природно-ресурсную базу как средство для создания развитого института частной собственности. Только сейчас мы начинаем задумываться, что произойдет, если мы не будем вводить элементарных ограничений на различные аспекты экологически значимой хозяйственной деятельности.

Неразвитость механизмов действия экологического права, фактическое отсутствие современных экологичных производств и т. п. не позволяют нам присоединиться к глобальному экологическому договору в полном объеме. Наша задача — стабилизация ситуации на национальном уровне и создание поддерживающего «зеленый» рост национального проекта, выборочно охватывающего отдельные, наиболее критичные отрасли экономики. Такая ситуация продлиться до тех пор, пока мы не сможем решить коренные противоречия между старой производственной системой, приносящей существенные прибыли в условиях доступности и низкой стоимости различных природных ресурсов, а также игнорирующей биологическую емкость экосистем, и необходимостью повышения конкурентоспособности национальной экономики в долгосрочной перспективе, что невозможно без проведения ее всесторонней экологической модернизации, которая ассоциируется у большинства собственников с «неподъемными» затратами частного бизнеса и необходимостью финансовых вливаний со стороны государства.

Несмотря на заявленные Президентом РФ Д.А. Медведевым экологические инициативы, можно наблюдать активное противодействие им со стороны крупного бизнеса. Это выражается и в изменении перечня технических регламентов, из которого вычеркнут общий регламент об экологической безопасности, и в попытках снизить статус нормативных правовых экологических документов в системе экологического права, противодействие принятию Экологического кодекса РФ, жизненно необходимых ФЗ «О плате за негативное воздействие на окружающую среду», «О государственном экологическом контроле», «Об обязательном экологическом страховании» и ряда др. В то же самое время бизнес осознает, что без всесторонней экологизации и соответствия требованиям международных экологических стандартов наша экономика будет неконкурентоспособной. Более того, без этого невозможно вступление во Всемирную торговую организацию.

Так что же? Быть экологическими изгоями или двигаться в русле глобальных тенденций? Безусловно, необходимо учитывать опыт достижения экологических целей развитыми странами, но при этом не нужно следовать слепо в их кильватере. Полезно вспомнить подписание Россией Киотского протокола, в связи с которым, в том числе вследствие неразвитости механизма государственного управления и попытках отдельных групп бизнесменов и государственных управленцев получить собственную выгоду, мы до сих пор не сумели реализовать возможность получения денежных средств за сокращение выбросов парниковых газов.

Для различных групп стран были и будут существовать различные подходы к выбору точек «зеленого» роста. Именно этим и объясняются трудности в достижении глобального экологического договора.

Россия попадает в группу стран с исторически высокой долей обеспеченности природными ресурсами всех видов, «средней» степенью их потребления и устаревшей производственно-технологической базой. В то же самое время именно в связи с обеспеченностью природными ресурсами и высоким национальным потенциалом развития мы должны отстаивать собственные позиции «зеленого» роста. Это касается энергетического баланса и энергоэффективности (для России не является безусловно выгодным переход к преимущественно возобновляемым источникам энергии и отказ от атомной энергетики), степени потребления природных ресурсов и др.

Необходимо реализовывать на международном уровне свои стратегические преимущества. Обсуждаем новое климатическое соглашение — требуем учесть производящую и поглощающую емкость наших экосистем, обсуждаем технологическое развитие — ставим вопрос о более экономически эффективной для России передаче западных технологий, не приводящей к крушению существующей технологической базы и т.п. Можно сколь угодно говорить об экологических проблемах КНР, но все признают, что именно Китай является лидером экономического роста, а его торможение вызовет критическую цепную реакцию во всей мировой экономике.

Именно поэтому для Российской Федерации актуально первостепенное определение внутренних экологических приоритетов, а затем уже их сравнение и сопоставление с заявленными на подобных сеульскому саммитах. Строго говоря, такой же позиции придерживается и большинство стран — участниц «Группы двадцати». Например, в дообамовский период на саммитах «Группы восьми» США длительный период времени настаивали на исключении из повесток экологических вопросов как противоречащих интересам национального развития.

Отрадно, что по сравнению с саммитом «Группы двадцати» в Торонто, повестка дня саммита в Сеуле стала более экологизированной, однако, вопросы изменения климата, «зеленого» роста и др. по-прежнему остаются в ней дополнительными.

По всей очевидности на саммите не будет серьезного экологического прорыва, особенно в связи с тем, что ведущие экономики мира не стремятся брать на себя дополнительных обязательств, чреватых значительными проблемами в ближайшем будущем. Лидеры «двадцатки» ограничатся принятием общих по смыслу обязательств, не конкретизированных по механизму их реализации.

Сколь долго будет длиться неопределенность, связанная с преобразованием экологической риторики в четкий межгосударственный план решения экологических проблем? В ближайшее время ответа на этот вопрос не предвидится.
Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу