Китайская модель

25.02.11

Китайская модель

Эксперты МГИМО: Лузянин Сергей Геннадьевич, д.ист.н., профессор

Роль Китая в неформальной структуре БРИКС, или новая попытка создания «неамериканской» модели мира

Только что родившаяся неформальная структура БРИКС фактически демонстрирует модель многополюсного неамериканского мира. За каждым участником — «свой» регион на четырех континентах, своя экономическая модель, своя стратегия развития.

Китай и Россия, создав в 2000-е годы неформальную структуру Россия — Индия — Китай (РИК), а затем расширив ее за счет бразильского (БРИК) и южно-африканского (БРИКС) компонентов, фактически презентовали международной общественности мини-модель многополюсного, неамериканского мира. Для такой модели пять государств (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР) наиболее «репрезентативны». За каждым государством — «свой» регион, своя экономическая модель, своя стратегия развития.

«Срез» мира

Модель, на первый взгляд, выглядит искусственной и противоречивой. Но, собственно, таким и является наш мир — разорванный на куски из нищих и богатых стран, дающих и просящих, производящих технологии и поставляющих только сырье. Получается, что БРИКС — это «срез» нашего мира.

Среди российских, западных и китайских ученых существуют различные, противоположные оценки проекта БРИКС. Говорят, например, что БРИКС — китайский проект и выгоден только ему, хотя Пекин это тщательно скрывает.

Другие эксперты видят в БРИКС проект «развивающегося мира», направленный исключительно против США. Он уже начал «антиамериканскую революцию» принятием решения (Бразильский саммит 2010 г.) о расчетах в национальных валютах. Вторым этапом будет обрушение американского доллара и создание мировых (региональных) валют.

Создание БРИКС означает формирование новой мировой архитектуры, отражающей реалии постбиполярного мира, утверждают некоторые эксперты. И в этом есть резон. Абсолютная несхожесть входящих в БРИКС стран по культурно-религиозным, общественно-политическим, экономическим характеристикам объективно делает эту структуру перспективной в плане формирования новых региональных и глобальных моделей будущего международного общения.

Упомянем и такую радикальную точку зрения: БРИКС — мертворожденная организация, некая «политическая тусовка», которая ничего не решает и ни на что не влияет. В отличие, скажем, от проекта РИК — Россия, Индия, Китай.

РИК: ключевая роль «российско-китайской связки»

Треугольник «Россия — Индия — Китай» сконцентрирован на Центральной Азии и отчасти на Афганистане. ШОС, куда входят все три государства (Индия как наблюдатель), является неким инструментом безопасности Китая на данном направлении.

— Китайский фактор

РИК для Китая, кроме экономической, транспортной и энергетической составляющих, важен с точки зрения поддержания безопасности на его западных границах как против «трех сил зла» (терроризм, экстремизм, сепаратизм), так и американского присутствия в Афганистане и Кыргызстане (база в Манасе).

Кроме того, РИК важен как ограничитель традиционных китайско-индийских противоречий и территориальных споров с Индией. Россия в рамках РИК сумела вывести давний (с начала 1950-х годов) спор двух азиатских гигантов на уровень трехстороннего обсуждения, сняв напряженность между Пекином и Дели. Можно говорить, что российско-китайская связка в политическом плане являлась и остается ключевой в проекте.

Видимые интересы Китая очевидны — это возможность развивать неамериканскую модель мира, усиливая свои позиции, инициировать новые валютно-финансовые конструкции, направленные против всесилия доллара, поддерживать и продвигать часть бывшего «третьего мира» — традиционного союзника Китая. Все это для КНР укладывается в рамки ее новой глобальной роли, повышения международной «ответственности» за судьбы мира.

БРИКС — «китайский проект»?

Китайские эксперты считают, что РИК выполнил свою задачу. Сейчас актуален более масштабный и перспективный проект БРИКС. Но это не совсем так. Оба проекта могут развиваться параллельно, каждый из которых должен выполнять свои «специальные» функции и задачи.

В отличие от проекта РИК, здесь нет евразийской составляющей. Акцент делается на достаточно расплывчатых общемировых задачах: а) формирование «более справедливого миропорядка»; б) регулирование мировых финансовых рынков и плавный (поэтапный) выход из сложившегося долларового режима; г) реформирование МВФ и других институтов в интересах «новых развивающихся стран»; д) решение проблем энергетической безопасности и климатических изменений; е) обеспечение продовольственной безопасности и др.

В БРИКС Китай объективно выдвигается в качестве основного игрока. Пекин, развивая отношения с ЮАР и Бразилией, усиливает свое присутствие в Африке и Латинской Америке.

С другой стороны, нельзя переоценивать потенциал БРИКС и роль китайского фактора в нем. Для проекта в целом, и для Китая в частности, остаются два сильных ограничителя. Первый — «внешний» ограничитель в лице США, которые объективно сдерживают китайскую политику на расширение повестки дня БРИКС и его институализацию. Существуют взаимные китайско-американские финансово-экономические обязательства. США — реальный партнер Китая, рисковать которым ради неких виртуальных выгод в Пекине не хотят.

Второй — «внутренний» ограничитель в лице Индии.

Что выгодно России?

Проект БРИКС менее выгоден России, чем вариант РИК, который более четко ориентирован на региональные (евразийские) интересы РФ. Уже состоялись 9 официальных трехсторонних встреч руководителей МИД, создан диалоговый механизм, проведено два форума высших руководителей РИК, а также сотни встреч и практических переговоров министерств и ведомств. Формат реально приобрел практические очертания.

БРИКС же отводит России второстепенные, вспомогательные позиции в силу объективных экономических условий. Он вычеркивает из общей повестки проблематику Центральной Азии, ШОС, «энергетического клуба» Евразии, транспортные проекты и другие важные для России вопросы.

В России должны учитывать гипотетическую возможность превращения БРИКС в «китайский проект», в котором бы китайский компонент полностью доминировал и превратился бы в один из инструментов создания «китайского мира». Однако на Россию работают: а) невключенность БРИКС в систему западных институтов (НАТО, ЕС и др.); б) совпадение интересов пяти государств по ключевым вопросам мирового развития.

Поэтому у России есть серьезный шанс участвовать в создании новой модели мира как на региональном (через РИК, ШОС), так и на глобальном (БРИКС) уровне.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу