Секьюритизация «водного вопроса»

11.03.11
Эксклюзив

Секьюритизация «водного вопроса»

Эксперты МГИМО: Боришполец Ксения Петровна, к.полит.н.

22 марта под эгидой ООН отмечается Всемирный день водных ресурсов. Профессор кафедры мировых политических процессов МГИМО Ксения Боришполец рассказала «Экспертам МГИМО», какой проблеме посвящен этот День в 2011 году, что такое секьюритизация «водного вопроса» и как Россия может помочь соседям, испытывающим водный дефицит.

— Всемирный день водных ресурсов отмечается с 1993 года. Каждый год ООН выдвигает ориентиры международной деятельности в сфере «водного вопроса». Какие ориентиры приняты на 2011 год?

— 2011 год ознаменован кампанией «Вода для городов: решение урбанистических проблем». Урбанизация сегодня идет угрожающими темпами. По информации ООН, сейчас в городах живет более 3,3 миллиардов человек. Поэтому целью Всемирного дня воды 2011 года является привлечение внимания мировой общественности к проблемам роста городского населения и индустриализации и связанным с ними сокращением водных ресурсов (прежде всего, проблеме очистки водных отходов).

— Генассамблея ООН объявила 2005–2015 годы Международным десятилетием действий «Вода для жизни». В чем заключается основная задача этого проекта? Какие главные направления деятельности этого проекта?

— Задача проекта заключается в том, чтобы поощрять усилия по выполнению принятых на международном уровне обязательств по вопросам воды и водоснабжения. Главные направления деятельности — преодоление дефицита питьевой воды, обеспечение доступа к средствам санитарии и медицинскому обслуживанию, гендерные аспекты водоснабжения, финансирование и комплексное управление водными ресурсами. Кроме этого, сюда включаются связанные с водой трансграничные вопросы, окружающая среда и биоразнообразие, предупреждение бедствий, продовольствие и сельское хозяйство, загрязнение и энергетика, водопользование в Африке. К сожалению, общий список профильных целей оказался столь обширен, что возможности его комплексной реализации остаются пока под большим вопросом.

— В течение последних нескольких лет вода становится объектом национальной безопасности: все больше говорят о секьюритизации «водного вопроса». Что это значит?

— Это значит, что в постбиполярный период вопросы трансграничного и общемирового водопользования стали не только вопросами экологии и социально-экономического развития, но и обеспечения безопасности.

— В чем причины этого процесса?

— Секьюритизация «водного вопроса» имеет под собой как объективные (связанные с климатическими изменениями, демографическими процессами и ростом мирового потребления воды), так и субъективные (обусловленные неэффективным использованием воды) основания. На сегодняшний день наиболее острые проявления водных противоречий связаны не с реформированием водохозяйственной деятельности, а с комплексом политических конфликтов, в структуру которых эти противоречия традиционно встроены. Так, на Ближнем Востоке водные ресурсы входят в область существенных разногласий Израиля и палестинцев, являются постоянным источником трений между Израилем, Ливаном и Иорданией. Турция недовольна политикой Сирии и Ирака в использовании вод Тигра и Евфрата. Среди других зон напряженности следует отметить Северную Африку и Центральную Азию. Этот список может быть продолжен.

— Есть ли на территории России примеры «водных» конфликтов? А у российских соседей?

— Наиболее острые по своим проявлениям водные конфликты локализованы за пределами России. Вызванная водохозяйственными противоречиями напряженность постоянно присутствует в центральноазиатском регионе. Кроме того, к странам, водные ресурсы которых существенно зависят от трансграничных источников, относятся Азербайджан, Латвия, Украина и Молдавия. Другими словами, развитие международного сотрудничества по водной проблематике для многих российских соседей является очень актуальной темой. Одновременно возникает и вопрос, какую поддержку может оказать им российская сторона, которая обладает вторыми по величине водными ресурсами в мире.

— Как этим странам может помочь Россия?

— Пока ограничений на этом направлении значительно больше, чем возможностей. С одной стороны, растут объемы потребления воды в самой России, а с другой — экспортная цена воды не может быть высокой. Предлагаемые на сегодняшний день крупные инфраструктурные проекты чрезвычайно затратны и, в конечном итоге, нерентабельны. Пока более целесообразной представляется не прямая ресурсная поддержка (например, за счет прокладки водопроводов и «поворота рек»), а другие формы взаимодействия — подготовка специалистов в области водохозяйственной деятельности, участие в международных проектах по обводнению, стимулирование коммерческих инвестиций в объекты водной инфраструктуры. Но, вероятно, самым полезным направлением сотрудничества может стать совместное изучение опыта инновационных компонентов российской государственной программы перехода на режим гарантированного снабжения населения питьевой водой нормативного качества.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу