Алан Касаев: Сергей Багапш «создал» Абхазию

31.05.11

Алан Касаев: Сергей Багапш «создал» Абхазию

Эксперты МГИМО: Муханов Вадим Михайлович, к.ист.н.

Какой была страна во время президентства Сергея Багапша? Какой она будет после него? Акции протеста в Грузии и российско-грузинские отношения

Гости программы:

Вадим Муханов — старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО МИД России;

Алан Касаев, руководитель редакции стран СНГ и Балтии агентства «РИА «Новости».

Ведущий — Александр Гурнов.

Гурнов: Добрый вечер, дорогие друзья! Сразу хочу представить наших гостей — это Вадим Муханов, старший научный сотрудник Центра кавказских исследований МГИМО и Алан Касаев, руководитель редакции стран СНГ и Балтии агентства «РИА «Новости». Мы как всегда будем говорить о главных политических событиях прошедшей недели. Вы можете звонить к нам в эфир, и мы с удовольствием ответим на ваши вопросы.

Давайте начнем с Абхазии и скоропостижной смерти абхазского президента Багапша, которая произошла в Москве. Он умер, если я не ошибаюсь, от рака легких. Ему сделали операцию, но начались метастазы. Вообще, операция прошла успешно, сказали, что вроде бы все хорошо, и вдруг через три дня он умер. Он был вторым президентом Абхазии. Кто-нибудь из вас знал его лично?

Касаев: Да, я знал Сергея Васильевича.

Гурнов: Алан, расскажите об этом, пожалуйста. Во-первых, есть ли смысл говорить о том, что это могла быть провокация, что какие-то силы могли отправить его на тот свет? Или вы считаете, что человек был болен и умер своей смертью?

Касаев: Я думаю, что не стоит говорить о провокациях и прочем. Это все равно, что через 70 лет после смерти Фрунзе пытаться установить, дал ли товарищ Сталин команду его зарезать на операционном столе или нет. Я думаю, что Сергей Васильевич мог бы жить и жить, конечно, но это чудовищная болезнь нашего времени, распространенная в том числе и среди политиков.

Гурнов: Сколько лет ему было?

Касаев: Ему было 62 года.

Гурнов: Он был вторым президентом. Первым был Ардзинба?

Касаев: Да. Владислав Григорьевич Ардзинба скончался в 2009 году. До этого он очень долго болел — лет семь или восемь. Смерть его была ожидаема в отличие от смерти Сергея Васильевича Багапша, но тем не менее вызвала большое ментальное, душевное волнение в абхазском обществе. Надо сказать, что Абхазии в этом смысле, с одной стороны, повезло. У нее было два ярких лидера подряд.

Яркий Владислав Ардзинба, который сверкнул и даже выделялся среди многих звезд того самого знаменитого первого Съезда народных депутатов СССР. Оттуда он удачно вошел в большую союзную политику, вернулся в Абхазию и фактически создал то, что мы называем абхазской политикой.

Гурнов: Я бы хотел спросить Вадима Муханова. Феномен Багапша интересен. Как ему удалось стать таким ярким президентом, который точно войдет в историю Абхазии, на фоне Ардзинбы, который был политической звездой девяностых. После него вдруг приходит Багапш, который, по изначальным данным, был более вялым. Это комсомольский работник, руководитель среднего звена. Что же ему помогло, какие были обстоятельства?

Муханов: Сейчас можно сказать, что с именем Багапша ассоциируется слово «стабильность». Абхазы в последние годы достаточно спокойно реагировали на события вокруг региона. Уровень популярности Багапша был достаточно высоким. Надо сказать о том, что Багапш не был вялым человеком, как вы сказали. Он достаточно активно участвовал в политике в девяностые годы.

Кроме того, нужно вспомнить, что Багапш участвовал в подписании знаменитого Лыхненского обращения 1989 года, которое стало неким трамплином для начала активной фазы грузино-абхазского конфликта. Абхазская общественность, тогдашние партийные деятели подписали это обращение. Они сказали о том, что надо повышать статус Абхазии. Это было еще в советские времена. Багапш подписал это обращение и потом активно участвовал в политике в девяностые. В принципе, репутация у него была весьма хорошей, и поэтому его поддержали. Кроме того, он не был таким кандидатом, как навязанный номенклатурой Рауль Хаджимба.

Гурнов: Мы вспоминаем Сергея Багапша, который умер на этой неделе в Москве от рака. Он был вторым президентом Абхазии. Говорим о том, что повлияло на его президентство, и что знаковым в нем. Во время последней войны Багапш, отправился в войска. Ему удалось прирастить несколько районов, областей к Абхазии (не знаю, как точно это назвать, чтобы не ошибиться). В его президентство республика была наконец признана, хотя и малым количеством стран. Тем не менее она была признана в первую очередь Россией. Ведь все это его заслуги?

Касаев: Давайте скажем два слова о том, как разворачивалась ситуация к августу 2008 года. И в России, и с Абхазии, в Южной Осетии, и наблюдатели в других странах всерьез полагали, что будет некий военный конфликт, связанный с Абхазией со стороны Грузии. Видимо, великие стратеги в грузинском генштабе МВД пытались затуманить мозги, и поначалу даже казалось, что у них это получается.

Войска концентрировались в верхней части Кодорского ущелья. Это та часть, которая заселена сванами и в которой располагалась временная администрация Абхазии, или правительство Абхазии, подчинявшееся Тбилиси. Это несколько десятков квадратных километров территории, несколько сот жителей. К лету 2008 года там было сконцентрировано от 1,5 до 2 тысяч грузинских спецназовцев, подразделения регулярной армии, артиллерия, еще какая-то техника. Ожидалось, что по Абхазии будет нанесен удар.

Когда в августе в ночь с 7 на 8 августа удар был нанесен по Южной Осетии, естественно, были ожидания, что это обманная атака с целью отвлечь внимание России и что основной удар все-таки последует в Абхазии. Совершенно естественно, что Багапш как главнокомандующий тогда привел армию в полную боевую готовность. Это армия, прошедшая фактически через две войны в девяностые годы, достаточно мобилизованная. В этой армии есть достаточное количество людей, прошедших школу и российской, и советской армии.

В общем то, это народная армия, которая плоть от плоти и кровь от крови своего народа. В каком-то смысле я бы даже сравнил ее с израильской армией, потому что абхазы, служащие в армии на регулярной основе, составляют, наверное, не более трети численности этой армии. Все остальные, которое моментально становятся под ружье, в обычной жизни исполняют другие функции, но спят с автоматом, как это принято говорить и про израильскую армию тоже…

Аудиоверсия программы

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу