ЕГЭ стал кормушкой для чиновников, отвечающих за ЕГЭ

27.12.11

ЕГЭ стал кормушкой для чиновников, отвечающих за ЕГЭ

Эксперты МГИМО: Легойда Владимир Романович, к.полит.н.

С введением ЕГЭ, который объявили панацеей в борьбе с коррупцией, коррумпированными стали не только преподаватели вузов, но еще и преподаватели школ, а заодно и чиновники, отвечающие за ЕГЭ. Об этом сказал преподаватель МГИМО, председатель Синодального информационного отдела Московского патриархата Владимир Легойда в интервью «Орловскому вестнику».

«В связи с ЕГЭ было сломано уже очень много копий, — подчеркнул Владимир Легойда. — Но ведь, по большому счету, проблемы быть не должно. Любой преподаватель, имевший дело с оценкой знаний, скажет, что ничего более объективного, нежели тестовая система, человечество не придумало. Это очевидно, потому что любой устный экзамен и даже оценка написанного сочинения несут гораздо больший элемент субъективизма, чем оценка результатов теста.

Другое дело, и это принципиально важно, что тесты проверяют только определенные знания и навыки. А существуют такие знания и навыки, которые с помощью тестов проверить нельзя. Поэтому применяются сложные тесты, нетестовая система проверки знаний. Человек может разглядеть в человеке то, что не увидит машина.

Нужно было бы просто изначально все делать по уму и не говорить, что ЕГЭ вводится для борьбы с коррупцией. Эту тему недодумали совершенно, в результате чего у нас коррупция из одной сферы просто переместилась в другую. Если раньше были коррумпированы преподаватели вузов, то теперь у нас коррумпированы еще и преподаватели школ, а заодно и чиновники, отвечающие за ЕГЭ. Все становится ясно, когда к нам в вуз, например, приезжают поступать из регионов, привозят стопроцентный результат ЕГЭ, а потом эти „отличники“ в слове „ещё“ делают четыре ошибки».

Отвечая на вопрос корреспондента «Орловского вестника» об уровне знаний современной молодежи и о том, есть ли у молодых людей будущее, Владимир Легойда сказал:

«Уже на протяжении многих лет входя в студенческую аудиторию и наблюдая за молодежью, могу сказать, что в каком-то смысле она не меняется: до 30 процентов студенческой аудитории — это те, кто хочет и может учиться, еще примерно столько же — это те, кто учиться не хочет и не сможет никогда, остальные 40 процентов — это серая масса, люди, колеблющиеся между крайними категориями».

Между тем, Владимир Легойда отметил и опасные тенденции.

«Изменились фоновые знания, те знания, которые приобретаются не в школе. Как культуролог я все время апеллирую к фоновым знаниям: прочитанным книгам, просмотренным фильмам, ценностным установкам. Они сейчас другие. У учеников и учителей дня сегодняшнего очень мало общего. Условно говоря, когда я был на первом курсе, с преподавателем 50–60 лет нас объединяло намного большее, чем сегодня со мной сорокалетним объединяет первокурсников.

Есть еще одна проблема, которая заключается в изменении методики получения информации. К сожалению, в последнее время очень часто, задавая вопрос студенту о том, где он почерпнул те или иные сведения, можно услышать ответ: из „Википедии“. И с этим очень сложно что-либо сделать.

Я впервые на вступительных экзаменах в этом году столкнулся с тем, что абитуриент не смог назвать ни одного романа Достоевского. Он, конечно, не поступил, но сам факт появления такого абитуриента ужасающий.

Возможно, все-таки сейчас такое переходное время, когда в результате, наверное, появится поколение, которое что-то безвозвратно потеряет, а что-то приобретет».

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Агентство национальных новостей
Распечатать страницу