Банковский сектор: кредитные риски и проблемы с конкуренцией

28.03.12

Банковский сектор: кредитные риски и проблемы с конкуренцией

Эксперты МГИМО: Столбов Михаил Иосифович, д.экон.н., доцент, профессор РАН

Банковская система России подвержена множеству рисков. По мнению аналитиков Standart & Poors, в их числе качество кредитных портфелей банков, низкая кредитная культура заемщиков, а также слабая диверсификация российской экономики в целом. Кроме того, доминирующее положение занимают госбанки, ограничивая конкуренцию на рынке кредитных услуг. Все эти факторы могут привести к тому, что в критической ситуации справиться с ними будет невозможно. Даже если учитывать все возможности государственной помощи.

Каков уровень просроченной задолженности и качество заемщиков по банковской системе в целом? Чем обернется для рынка доминирование нескольких крупнейших банков? Или в российской действительности нет необходимости в таком числе кредитных организаций? Какие прогнозы по кредитным ставкам на обозримую перспективу? Есть ли предпосылки для ухудшения ситуации с ликвидностью? Какие прогнозы по дальнейшей динамике акций российских банков?

Участники конференции:
  • Александр Осин, главный экономист УК «Финам Менеджмент»
  • Максим Осадчий, начальник аналитического управления БКФ-Банка
  • Юрий Кравченко, аналитик ИК «Велес Капитал»
  • Вероника Чекина, аналитик ФЦ «Инфина»
  • Михаил Столбов, независимый аналитик по банковскому сектору

Арсений,  акционер: А в чем состоит ограничение конкуренции со стороны Сбербанка и ВТБ, о котором все говорят? Они не демпингуют, не раздают необеспеченные кредиты в тех объемах, как другие банки, ставки по депозитам у них ниже. В чем же их негативное влияние на рынок?

Михаил Столбов: Эти банки, на первый взгляд, действительно держат рыночную дисциплину. Однако если учесть их инвестиционные стратегии - при обретение "токсичных" активов типа Банка Москвы, например, - ситуация менее радужная.

Тина: Какие риски сохраняются для платежного баланса РФ на 2012-2013 годы?

Михаил Столбов: Рисков, как почти всегда, два: с точки зрения текущего счета, резкое падение цен на сырье (в силу сохраняющейся приличной вероятности возобновления глобальной рецессии в 2012-2013 гг.) и выход сальдо в отрицательную зону; с позиции финансового счета - сохранение масштабного оттока капитала. Последнее, правда, смоделировать и адекватно спрогнозировать гораздо сложнее, чем ситуацию с торговым сальдо.

Веня : Уважаемые эксперты, а согласны ли вы с выводами Standart & Poors о фактической монополии нескольких квазигосударственных кредитных институтов? Какие видите в этом плюсы и минусы? Есть ли в таком случае возможность влиять на качество государственного управления этой монополией? Какими могут быть механизмы децентрализации?

Михаил Столбов: Серьезно изменить качество управления квазигосударственными банками может только одна мера - их приватизация. Возможно, поэтапная. Прочие подходы - привлечение независимых директоров и т.п. - паллиативы временного действия. Фундаментально они ничего не изменят.

Андрей: Как вы считаете, может быть в свете перечисленных S&P ключевых рисков все-таки стоило "приоткрыть" банковский сектор для западных операторов в рамках присоединения России к ВТО? Если по мнению большинства с виду наиболее адекватных экспертов в других секторах долгосрочные последствия от либерализации будут преимущественно положительными, почему же мы ждем негатива в банках? Может быть, напротив, здоровая конкуренция, актуальные компетенции, технологии и тем более длинные деньги не помешали бы?

Михаил Столбов: Приоткрыть - значит, допустить функционирование не дочерних компаний, создаваемых по российскому законодательству, а филиалов. Этот шаг существенно бы изменил расстановку сил в российском банковском секторе. Доля иностранного присутствия быстро бы возросла до 60-65%. С точки зрения потребителей банковских услуг, это, наверное, стало бы благом. Но Сбер, ВТБ, Газпромбанк и некоторые другие аффилированные с государством игроки рисковали бы очень многим. О политико-экономическом аспекте условий по нашему вступлению в ВТО здесь не надо забывать.

Stas: Вот в Швеции хотят совсем отказаться от наличных денег, а каковы перспективы этого начинания у нас? Вообще, насколько мы приблизились к европейским показателям по использованию чеков, карточек, других "неналичных" способов платежей. Или у нас по-прежнему, карточки используются гражданами лишь для того, чтобы снять деньги в банкомате, а платежей с использованием карточек совершается крайне мало? Правильно ли я понимаю, что наличные деньги по-прежнему главенствуют в нашей стране, и их доля в платежах является подавляющей?

Михаил Столбов: Лучший способ определить, насколько значим "неналичный" оборот в стране, - выяснить, рассчитывается ли такой агрегат денежной массы, как М3. В России официальной статистики по нему не ведется, в отличие, скажем, от ЕС. У отдельных стран вовлеченность сравнительно неликвидных средств еще выше, поэтому расчсчитываются денежные агрегаты M4 (Великобритания). Чем выше уровень развития финансовых рынков, платежной системы и финансовой грамотности населения, тем ниже доля наличных средств в обороте. У нас до этого пока далеко.

Илья: Зачем ЦБ хочет заставить российские банки вновь увеличить уставный капитал? У банков опять какие-то проблемы? И в ближайшее время вкладчики опять начнут бегать по банкам за своими деньгами? Или в секторе всё спокойно и ЦБ "дует на воду"?

Михаил Столбов: После кризиса 2008-2009 гг. ужесточение требований к капиталу банков - общемировая тенденция. Недаром была оперативно подготовлена новая версия Базельских соглашений (Базель III). Для России это благо, поскольку число зарегистрированных банков не оптимально с точки зрения организации отрасли. Из почти 1000 официально действующих сколько-нибудь заемтное воздействие на кредитную активность оказывают не более 200. Если рассматривать всю совокупность банковских операций, то будет еще меньше. Показательно, что ЦБ дает статистику по деятельности 30 крупнейших банков в секторе. Поэтому увеличение требований к капиталу - стимул для консолидации, укрупнения кредитных организаций. Также это инструмент выявления эффективных акционеров банков - тех, кто будет способен выполнить постепенно возрастающие нормативы, увеличит капитал и сохранит контроль над своим активовм.

Вячеслав,  трейдер: При столь высоких рисках не перейти ли к тотальным малым срокам кредита с малыми процентами и работать на объемах оборота?

Михаил Столбов: Здесь важна стоимость привлеченных средств. Если бы она была низка, такая модель кредитования, может быть, и работала бы. В зарубежной практике бытовало правило такой низкомаржинальной кредитной практики - "кредитуй под 6%, привлекай под 3%." Для банков, ориентирующихся на внутрироссийские источники фондирования, это вовсе не реально. Соотвественно, у крупных игроков, имеющих доступ к внешним ресурсам и не опасающихся конкуренции, нет необходимости занижать собственные процентные доходы.

 

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Finam.ru
Распечатать страницу