АТЭС-2012: послесловие. Кто свяжет Тихий океан и Европу?

12.09.12

АТЭС-2012: послесловие. Кто свяжет Тихий океан и Европу?

Эксперты МГИМО: Лузянин Сергей Геннадьевич, д.ист.н., профессор

Закончился саммит АТЭС во Владивостоке. Возникают естественные вопросы — продвинулся ли Форум в плане новых идей и подходов по интеграции и либерализации? Какие дивиденды приобрела Россия? Можно ли после саммита говорить о том, что ее имидж стал более привлекательным для иностранных инвесторов?

Для России саммит, похоже, сложился удачно. Автор этих строк еще до открытия Делового Форума высказал предположение о возможности неких новых российских идей азиатской интеграции. Смысл выступлений В. В. Путина на Форуме совпал с предположениями. Российский президент, отметив важность диалога между крупными интеграционными структурами, в качестве ключевого выделил евразийский вектор интеграции, сближение экономик АТЭС через Единое Экономическое Пространство (ЕЭП) и Таможенный Союз (ТС) России, Казахстана и Белоруссии с Европейским Союзом. Причем, Россия (Евразийский Экономический Союз), отметил президент, — «может стать связкой между Европой и АТР».

Российский лидер, таким образом, сумел переключить внимание Форума с тихоокеанской интеграционной затеи США о создании Транс-Тихоокеанского партнерства (Гонолулу, 2011) на преимущества данного (евразийского) маршрута интеграции. Эти преимущества Владимиром Путиным были озвучены — более короткие торговые и транспортные пути, единое таможенное пространство трех стран (России, Казахстана и Белоруссии), возможности использования стратегически важных транспортных коридоров — Транссиба, БАМа и Северного Морского Пути.

Высказанная идея накануне и в ходе саммита была подкреплена заявленным желанием более 30 государств АТР выйти на подписание соглашений с российско-казахстанско-белорусской «тройкой» о свободной торговле. Евразийский вектор означает реальное расширение интеграционного пространства АТР. Россия, позиционируя себя в АТЭС представителем еще двух государств (Казахстана и Белоруссии), не входящих в Форум, автоматически укрепляет «собственное» интеграционное ядро на пространстве СНГ. И политически, и в плане PR подобное «тройное представительство» в АТЭС — сильный ход и новое качество российского влияния на постсоветском пространстве.

Саммит подтвердил уже идущую смену ориентиров мирового экономического развития. В ее основе известные факты, с одной стороны, консервация и даже (в отдельных случаях) рецессия еврозоны, с другой, — рост экономик АТР. Важно то, что на фоне общих рассуждений о нарастающих проблемах мирового экономического развития, тезис председателя КНР Ху Цзиньтао о том, что «Китай остается локомотивом экономик АТР» определенно показал, где именно находится новый центр. Теоретически свои соображения и аргументы на этот счет мог бы представить президент Барак Обама, что было бы весомо. Он единственный, кто мог бы поспорить с Ху Цзиньтао по поводу нового и старого центра силы. Но, как известно, с участием хозяина Белого Дома в саммите АТЭС не сложилось. А Хиллари Клинтон, представлявшая США, объективно не могла тягаться с китайским политическим «тяжеловесом».

На «полях» саммита. С кем России двигаться дальше?

Большая политика не миновала Форум. И хотя все участники подчеркивали неполитический, а его исключительно экономический характер, политические нюансы присутствовали. Можно выделить встречу президента РФ на «полях саммита» с китайским председателем Ху Цзиньтао, подтвердившую высокий уровень стратегического партнерства и взаимодействия, особенно в преддверии ключевого события в жизни Китая — XVIII съезда КПК, который заменит партийное руководство. В ответе Владимира Путина на вопрос китайской журналистки прозвучала мысль о том, что одной из ключевых задач России является «борьба за иностранные (в том числе китайские) инвестиции».

Другая задача — разработка совместных новых технологий и производств, развитие судостроительного кластера, создание авиационной техники (вертолетов и широкофюзеляжных самолетов), продвижение энергетики (атомной, углеводородной). Российско-китайский формат определял многие панели и дискуссии Форума. В частности, банкиры отметили перспективность идеи превращения китайского юаня в одну из мировых, а российского рубля в одну из региональных резервных валют.

От экологии к образованию. Что подсказывают стены Университета?

На форуме нашлось место не только высокой политике, но и «прикладным», более узким и практическим вопросам. В «инвестиционной повестке» ключевым было обсуждение российской «дорожной карты» — создание благоприятного инвестиционного климата, снижение таможенных и бюрократических барьеров. В обсуждении экологической темы фигурировали идеи мониторинга природных и техногенных катастроф, согласованный список 54 групп экологических товаров, программы по защите биоресурсов «общего» Тихого океана, исчезающих видов животных, очистке русел трансграничных рек. Не остались без внимания транспортная логистика и продовольственная безопасность, в частности расширяющиеся возможности российского зернового экспорта на рынки АТР.

Научно-образовательная проблематика на Форуме получила особое звучание. Возможно, что стены нового современного кампуса Дальневосточного Восточного Федерального Университета (ДВФУ) создавали необходимую ауру. Идея создания единого образовательного пространства в АТЭС не вызвала явных противоречий и разночтений.

«Калькуляция» саммита. Оправданы ли затраты?

В принятом в свое время решении российского руководства провести саммит во Владивостоке был определенный риск. Между Дальним Востоком и европейской частью России традиционно (еще с советских времен) существовал большой социально-экономический и инфраструктурный разрыв. Казалось, что проще и дешевле было бы провести саммит в Москве, Санкт-Петербурге или Екатеринбурге. Но, как известно, «кто не рискует…». Владивостокский риск оказался оправдан и «бокалы шампанского» были наполнены и искрились на дальневосточном солнце.

Конечно, нельзя говорить, что вложенные деньги и усилия полностью ликвидировали все разрывы. Они, к сожалению, остались. Подъем дальневосточных регионов — дело не одного поколения. Речь идет скорее о другом — о демонстрации политической воли. Президент и его команда доказали, что пусть и не без сложностей, но за три года можно фактически с нуля создать в России принципиально новый дальневосточный центр развития. Что не все можно измерять двумя российскими бедами.

Появилась реальная основа для реализации главного мега-проекта — «Сибирь и Дальний Восток». Ясны отдельные «точки роста» региона — развитие транспортной инфраструктуры, новых технологий и интеллектуальных центров, космических программ (космодром «Восточный»), торговли и энергетики, связанных с рынками АТР. Проведенный саммит создал у россиян ощущение, что и на Дальнем Востоке появилось что-то передовое, что не стыдно показать миру.

В ответе российского президента на каверзный вопрос журналиста относительно суммы затраченных денег, была кратко и популярно изложена «калькуляция вопроса». Большая часть денег (300 миллиардов долларов) пошла на развитие инфраструктуры, газопровода (Сахалин — Владивосток) и прочего, не связанных напрямую с Форумом. Другими словами, саммит стал мощным стимулом для общего развития региона. Ученые подобный феномен называют фактором институционального развития.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу