До свидания, Майкл!

05.02.14

До свидания, Майкл!

Эксперты МГИМО: Токарев Алексей Александрович, к.полит.н.

Назначение в 2009 году стэнфордского профессора Майкла Макфола на должность помощника президента США по национальной безопасности было для российско-американских отношений знаковым событием. Без того занимавшийся Россией, живший, учившийся и работавший здесь, Макфол получил должность директора по России и Евразии в Совете национальной безопасности США. В начале 2000-х Макфол ещё говорил, что не считает себя специалистом собственно по России, поскольку не специализировался ни на русской истории, ни на русской культуре, как большинство советологов и русистов. «Я не могу цитировать Пушкина…» — признавался он в одном из интервью, не подозревая, что прощальный пост в ЖЖ от 4 февраля 2014 года озаглавит его цитатой.

Архитектор перезагрузки

Сменивший в 2008 году Владимира Путина в Кремле Дмитрий Медведев совершенно точно не был ястребом, с недоверием относящимся к «американской военщине», и не был разочарован Западом, что за первые два срока произошло с тем президентом Путиным, который поначалу всерьёз говорил о членстве России в НАТО и был первым, кто позвонил Джорджу Бушу 11 сентября 2001 года. Война с Грузией внесла ещё больше напряжённости в отношения России и Запада, но воинственного Михаила Саакашвили поддерживали республиканцы и члены уходившей на покой администрации — сверхактивные ястребы вроде Джона Маккейна и Дика Чейни. Как и в России, в США тогда же к власти пришёл молодой юрист, на которого возлагались большие надежды. Не начать в этих условиях налаживать отношения было бы непозволительной, давно изжившей себя роскошью существования сверхдержав, рассматривающих взаимный антагонизм в качестве основной идеологии внешней политики.

Тогда американцы предложили замечательный, прекрасно ложащийся на PR-лекала термин «перезагрузка» для обозначения принципиально нового этапа в отношениях. В воздухе веяло переменами. Даже откровенные ляпы, как не разбившаяся о борт судна бутылка шампанского, не сулящие ничего хорошего, принимались с дипломатической улыбкой. На кнопке, подаренной Сергею Лаврову Хилари Клинтон было написано ровно следующее: «PEREGRUZKA». Под общий смех два российских пальца Лаврова и четыре американских пальца Клинтон кнопку нажали. Архитектором и идеологом перезагрузки был Майкл Макфол.

В сложное положение на Родине его ставила работа в созданной рабочей группе по гражданскому обществу, более известной как «комиссия Макфола-Суркова» при президентской российско-американской комиссии — из-за известной на западе репутации последнего. Однако в рамках этого неформального института у сторон была возможность вести дискуссии, избавленные от груза официального дискурса, а у Макфола — ещё и официальное «прикрытие» для встреч с правозащитниками, что российские власти никогда не любили, а российские охранительные медиа уже позже ставили послу в вину.

В течение 2011 года на волне скандала с Викиликс стало понятно, что отзыв посла Джона Байерли не за горами. Внешне вполне сдержанный, как и подобает кадровому карьерному дипломату, в своих депешах в Вашингтон, он являл использование разнообразных средств выразительности, в т. ч. в отношении российских лидеров (самое популярное и, вероятно, обидное — аналогия с Бэтмэном и Робином). После того, как Макфол убедил Обаму в необходимости перезагрузки отношений с Россией, его назначение на пост чрезвычайного и полномочного посла было делом времени, а Джон Байерли, делегированный ещё Джорджем Бушем в последний год своего срока, — атавизмом республиканской администрации (если, конечно, понимать сферу дипломатических сношений как пространство для креативности, а не только в качестве нудной работы — для новых отношений требовался принципиально новый посол).

Назначение Майкла Макфола сразу вышло за рамки привычно-скучных дипломатических экзерсисов. В Сенате республиканцы на несколько месяцев притормозили его утверждение, а в России в откровенно провластных СМИ сразу же появились комментарии о пристрастии Макфола к «цветным революциям» (в них же постоянно будут иметь место вбросы информации об отставке). Между тем, Майкл Макфол был известен как настоящий академический учёный-политолог (совсем не в том смысле, который вкладывает в название этой профессии российская реальность). Если он и был специалистом по «цветным революциям», то в теоретическом их аспекте — в рамках своих работ по исследованиям четвёртой волны демократизации, под которой понимались постсоветские транзиты. По крайней мере, 198 способов ненасильственных действий он не изобретал, не описывал, не применял. Справедливости ради надо отметить, что в однажды в ходе презентации новой книги в Институте Гувера Макфол сказал, что «последние 20 лет анализировал и практиковал продвижение демократии, выполняя несколько ролей одновременно — как ученый, активист и с недавнего времени — как представитель власти». Эту цитату российские охранители заострят до детерминизма «Макфол — специалист по цветным революциям».

Неординарный посол

Майкл Макфол был очень необычным послом. Общая ставка Госдепа на «опубличивание» дипломатии по всему миру дала результат и в России — на основные события посол активно реагировал в Twitter, а сообщение об отставке опубликовал в «Живом журнале». Макфол не только представлял власть и режим, но и старался быть представителем нации, пытаясь изменить стереотипы в отношении американцев (свою неудачу на этом поприще он с сожалением признал). Крайне открытый человек, с прекрасным чувством юмора, свободно говорящий по-русски, этот университетский лектор в статусе посла в смысле связей с общественностью выкладывался полностью. Ему была вовсе не чужда самоирония: посол Макфол любил рассказывать, как вальяжно опирался на президентский стол в Овальном кабинете Белого дома, что категорически нельзя делать. «А я не знал!» — умилялся он под смех аудитории. На концертах в посольстве, открытых лекциях, приёмах, встречая с супругой гостей, он всегда уделял хотя бы несколько секунд каждому, и после фразы «ну, всё, это было последнее фото» с неизменной радушной улыбкой продолжал позировать до последней вспышки.

Майкл Макфол старался общаться со всеми. Краткий курс истории посла Макфола в России в Twitter: «Макфол пытался быть послом при оппозиции…» (Алексей Пушков); «Разве Шувалов, Рябков и Ушаков оппозиция?» (Майкл Макфол). Официальный подход он выразил по поводу мероприятия на день независимости: «На нашу вечеринку 4 июля позвали президента Путина, премьер-министра Медведева, господина Навального и всех остальных… А дальше люди уже решали, приходить или не приходить». Он встречался не только с властями, к чему обязывает должность, но и с несистемной оппозицией, которой американцы всегда были склонны выдавать протокольные авансы, и с прокремлёвскими спикерами (в Интернете долго шумел ролик, на котором Сергей Марков, знакомый с Майклом Макфолом ещё по работе в Московском центре Карнеги, зажигательно отплясывает вместе с послом). Его лекционная программа всегда была много шире, чем традиционно у послов, предпочитающих посещать только ведомственный МИДовский вуз — МГИМО.

Безусловно, его открытость часто мешала дипломатической работе. Демонстративная встреча с несистемными оппозиционерами на следующий день после прилёта в страну пребывания, его откровенные комментарии оппозиционных митингов и процесса над Алексеем Навальным, откровения в отношении базы Манас периодически заставляли МИД справедливо напоминать послу о необходимости держать себя в дискурсивных рамках дипломатии.

Официальное заявление о причинах отставки (воссоединение с семьёй) — это дипломатический дискурс. Конечно, публично никто не признает, что Макфола выдавили российские бюрократы, о чём в кулуарах говорят и охранители, и либералы. Но даже если не строить теорию заговора, очевидно, что Майкл Макфол как архитектор и основное лицо перезагрузки потерял опору в политической реальности. Достижения Майкла Макфола не оказались прорывными, что точно обусловлено не личностью, а обстоятельствами, в которых ему пришлось работать. Глава американской дипломатии Джон Керри перечислил плюсы в двух строчках своего благодарственного заявления в адрес уезжающего на Родину посла: «Договор по СНВ, обеспечение сотрудничества с Россией по иранской ядерной программе, снабжение войск в Афганистане и расширение взаимной торговли». Из-за Сноудена, из-за закрытия USAID, из-за запрета на усыновление российских детей американцами, из-за Сирии, которую посол США назвал своим провалом, отношения между нашими странами вернулись на медианный уровень взаимодействия между великими мировыми акторами, когда в повестку дня включаются вечные темы вроде СНВ или прав человека, а тем для прорывов нет.

Перезагрузка как процесс завершена, как результат не состоялась. Это не отменяет того, что посол Макфол делал максимум как дипломат, учёный и простой американец. «Прощайте, Михаил!» — написал Twitter российского МИДа. Но Майкл Макфол прекрасно знает русский. Так что лучше написать: «До свидания, Майкл!».

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Политком.RU
Распечатать страницу