В отношениях с Сухумом и Цхинвалом Тбилиси хватает только на слова

13.02.14

В отношениях с Сухумом и Цхинвалом Тбилиси хватает только на слова

Эксперты МГИМО: Муханов Вадим Михайлович, к.ист.н.

Заявление министра по примирению и гражданскому равенству Грузии Пааты Закареишвили о том, что республика хочет наладить отношения с Абхазией и Южной Осетией, носит декларативный характер. Подобные высказывания со стороны грузинских властей звучали и ранее, но до сих пор нет никаких признаков того, что Тбилиси готов разговаривать с Сухумом и Цхинвалом на равных, считает эксперт Вадим Муханов.

Новые власти Грузии намерены изменить отношение к Абхазии и Южной Осетии. Тбилиси задумался о том, чтобы развернуть республики в свою сторону. Такое заявление сделал в Вашингтоне новый министр по примирению и гражданскому равенству Грузии Паата Закареишвили.

Как изменится отношение Тбилиси к Сухуму и Цхинвалу в ближайшей перспективе, «Голосу России» рассказал старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО (У) МИД России Вадим Муханов.

— Как вы думаете, что на этот раз задумали грузинские политики? Что означает фраза «развернуть лицом к себе Абхазию и Южную Осетию»?

— Я бы не стал выискивать смысл в каждой фразе представителей официальных властей Грузии. Эта позиция озвучивалась Закареишвили в тот период, когда его министерство называлось «по делам интеграции», и его предшественниками. В принципе, подобные заявления, к сожалению, носят только декларативный характер. Никаких реальных шагов официальный Тбилиси на протяжении стольких лет не принимает. Это очередное заявление. Пока реальной почвы для изменения отношений между Тбилиси, Сухумом и Цхинвалом ни один из экспертов просто не видел.

— Получается, и на этот раз Тбилиси просто лукавит? Его позиция остается прежней, и территории Абхазии и Южной Осетии Грузия считает аннексированными Россией. То есть сдвинуться с места им пока никак не удается?

— Да, вы абсолютно правы. Действительно, Тбилиси своей собственной риторикой загнал себя в угол. Он объявляет территории двух независимых республик оккупированными, несамостоятельными, поэтому не может разговаривать с официальными властями Республики Абхазия и Республики Южная Осетия. Поэтому процесс застопорен.

Уже неоднократно представители российского руководства предлагали Тбилиси разговаривать с Сухумом и Цхинвалом напрямую, но почему-то этого не происходило. Сейчас министр Грузии говорит о том, что, дескать, мы хотим изменить отношения с Сухумом и Цхинвалом. Но никаких шагов навстречу соседям, о которых уже заявлялось неоднократно, причем как до 2008 года, весьма судьбоносного для Грузии, так и после этого года, Тбилиси просто не делает.

— Закареишвили сказал, что в нынешней ситуации Тбилиси готов предложить проживающим в Абхазии и Южной Осетии хорошую медицину, образование — различные блага, он даже их перечислил. Но, учитывая риторику последних лет, говорить о том, что Грузия сейчас изменит свое отношение, наверное, просто было бы недальновидно.

— Доля истины здесь есть. Но это не какое-то изобретение данного министра. Вы же понимаете, что соседи на то и соседи, что они посматривают друг на друга. Бесспорно, прошлые связи, которые частично сохранились, позволяют говорить о том, что абхазы, осетины и грузины все равно будут ездить друг к другу по семенным, хозяйственным и другим делам. И это не какое-то преимущество грузинской стороны.

Понятно, что есть уважение к медикам, если говорить конкретно о здравоохранении. Если взять, например, Абхазию, понятно, что людям, живущим в Гальском районе, который является приграничным с Грузией, ближе ездить в грузинские районы и получать там лечебную помощь, чем ездить в Сухум и тем более в Россию.

Но это все равно не меняет того, что Тбилиси придется на равных разговаривать с властями Абхазии и Южной Осетии, чего пока не делается. А вот рассказы о том, куда жители этих двух республик будут ездить, рассказами и останутся. Если они могут ездить по каким-то делам в Грузию, это не значит, что они будут менять свои основные жизненные и политические приоритеты.

— Уверена, что вы слышали о возможной встрече президентов России и Грузии. Как вы думаете, без вопроса Абхазии и Южной Осетии грузинский лидер Георгий Маргвелашвили готов будет встретиться с Владимиром Путиным и какие темы политики могли бы обсуждать?

— Спектр обсуждаемых вопросов может быть очень широким. Сейчас базовый уровень двусторонних отношений очень низок, между Россией и Грузией на данный момент не существует даже дипломатических отношений. Форматы связи между Москвой и Тбилиси можно пересчитать по пальцам одной руки. Есть формат, который не является официальным, — это формат Карасин — Абашидзе. Это, скорее, формат консультаций, чем официальных переговоров.

Конечно, встреча первых лиц двух стран уже давно назрела. Бесспорно, она необходима. Но вы правы в том, что все будет зависеть от той повестки, которую сможет предложить и сможет обсуждать Тбилиси. Москва давно говорила о том, что она готова на всесторонние переговоры с Тбилиси. Но все зависит от той повестки, которую сможет с собой привезти первое лицо Грузии.

Вы же понимаете, тут дело не в том, что президент Грузии приедет, а очень возможно, что приедет премьер-министр Грузии, который сейчас обладает серьезными политическими полномочиями. И может быть, подчеркиваю, более результативной была бы встреча с премьер-министром Грузии.

— Кстати, Ираклий Гарибашвили подхватил эту идею встречи и заявил, что готов лично провести переговоры с Путиным.

— Это как раз подтверждает мой тезис о том, что в данном случае необходим сам формат официальных переговоров между Москвой и Тбилиси. А кто приедет — премьер-министр или президент, это уже второй вопрос.

— Вы сказали, что стороны могли бы обсудить широкий спектр вопросов. Что именно могли бы обсудить президенты России и Грузии? В обществе бытует мнение, что могут говорить о продаже вина, фруктов, сухофруктов. А какие более глобальные вопросы могут обсуждать лидеры двух стран?

То, что вы назвали, это действительно практичные вопросы, которые тоже могут обсуждаться. Это экономический спектр, он далеко не закрыт с возвращением грузинского вина и грузинской минеральной воды на российский рынок (это всего лишь один из вопросов, который сейчас решен). Возвращение сельскохозяйственной продукции — это второй вопрос, который сейчас только решается, он еще не решен.

Кроме того, наверное, жителей России и Грузии интересует регулярное авиасообщение, которое сейчас только налаживается. Раньше было достаточно тесное авиасообщение между Москвой и Тбилиси, но в последние годы это все прервано, и только сейчас это восстанавливается. По-моему, только две авиакомпании — российская и грузинская — летают, и то частным образом. Этого явно недостаточно.

Кроме того, вопрос границы и вопрос пунктов. Кроме того, вопрос, связанный с участком абхазо-грузинской границы, югоосетино-грузинской границы. Кроме того, есть вопрос дороги через Абхазию для того, чтобы грузы шли напрямую на территорию России. Этот вопрос тоже обсуждается.

Кроме того, вопросы безопасности. Не стоит забывать, что Россия и Грузия соседствуют на огромном участке, сотни километров, и на этой территории, в том числе российской, территории Северного Кавказа, есть масса вопросов к грузинской стороне. Я думаю, что аналогичные вопросы есть и со стороны Тбилиси. Понятно, что это стоит обсуждать на официальном уровне.

Резюмируя, могу сказать, что спектр вопросов достаточно широк, но надо понимать, насколько, скажем так, со связанными руками приедет грузинский политик в Россию или в какое-то другое место для переговоров. Понятно, что определенные вопросы могут оказаться, как любят говорить грузинские политики, за «красной линией», и грузинский политик просто не сможет их обсуждать. Поэтому очень важен спектр вопросов, которые войдут в повестку переговоров.

Аудио

Марианна ОЖЕРЕЛЬЕВА

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу