Крымская «экспозиция» Екатерины Великой — в поддержку нарождавшихся Соединенных Штатов

03.04.14
Эксклюзив

Крымская «экспозиция» Екатерины Великой — в поддержку нарождавшихся Соединенных Штатов

Эксперты МГИМО: *Иванов Александр Сергеевич, к.экон.н., доцент

Доцент кафедры менеджмента и маркетинга Александр Иванов — о том, как и почему российское прошлое Крымского полуострова перекликается с рождением США.

Являясь свидетелями воссоединения — по воле населения — Крыма с Россией, нелишне вспомнить давнюю историю полуострова, российское прошлое которого перекликается с рождением Соединенных Штатов.

В далеком 1775 году британские колонисты в Северной Америке выступили против владычества английского короля и начали войну за независимость, приняв вскоре Декларацию независимости. Предреволюционная (и имевшая виды на заморские территории) Франция поддержала повстанцев в 1778 году, а затем ее позицию разделили Испания и Голландия.

Российская императрица Екатерина Великая, которую считали оплотом монархической солидарности, отказала английскому королю в военной поддержке. Мало того, в 1780 году она провозгласила политику «вооруженного нейтралитета», фактически возглавив лигу нейтральных европейских государств за свободу торговли с молодыми Соединенными Штатами и за ответственность нарушителей мира за агрессивные действия. Правда, возможности российских репрессалий были не ясны, поскольку не многие знали об ускоренном строительстве на херсонских верфях российских военных судов.

В 1781 г. Дж. Вашингтон победил английские войска при Йорктауне (новый рассыпной строй — против скованных линейных боевых порядков), и вскоре — в 1783 году — Англия, наконец, признала независимость США.

И в том же, 1783 году, в другой точке Земного шара произошло другое знаменательное событие — после успешного завершения войны с Турцией Россия присоединила Крым. В далекую историю ушли набеги на Москву (вплоть до Воробьевых гор). Так что Соединенные Штаты Америки и российский Крым — ровесники.

Под началом правителя Таврии — князя Григория Потемкина Крым стал быстро обустраиваться.

И уже в 1787 году Екатерина Великая предприняла инспекционную поездку в Крым, беспрецедентную по своим масштабам (5657 верст, 40 карет, 120 возов), хозяйственной и политической значимости. Она пригласила в Крым австрийского императора Франца Иосифа II, польского короля, глав европейских дипломатических миссий, среди которых был посол Франции граф Л.Ф. де Сегюр.

После перехода через Перекоп караван карет вдруг окружила татарская конница с ятаганами, что переполошило императора Иосифа II. «Не беспокойтесь, Ваше Величество, — успокоила его Екатерина, — это моя личная охрана».

Такое доверие — «отважный подвиг», — комментировал граф Сегюр.

А когда у Бахчисарая кони понесли под гору карету с государыней, татарские телохранители с риском для жизни сдержали экипаж. Мудрая правительница России продемонстрировала просвещенной Европе, как в нашей многонациональной стране надо уважать коренное население, улучшать его жизнь. Действительно, крымским татарам были дарованы большие льготы: они освобождались от уплаты податей, дома их — от воинского постоя, а семейства — от рекрутского набора. Им гарантировалось право свободно совершать магометанские богослужения и обряды, а разбирать дела — по шариату. Мурзы были возведены в дворянское достоинство, как и другие достойные люди — по свидетельству 12 лиц. В Крыму Екатерина пожаловала денежные дары духовенству, в частности, на мечети в Карасу-базаре и Бахчисарае. Большинство татар, уехавших поначалу к родственникам в Турцию и не получивших никаких преимуществ, видя благожелательную политику России — просились обратно в Крым.

Граф Л.Ф. де Сегюр следующим образом вспоминал о кульминационном моменте визита в Крым: «Во время застолья в Инкермане в специально построенном на самом высоком месте города павильоне… по сигналу «Светлейшего» (Г.Потемкина) вдруг раздвинули занавес, скрывавший большой балкон, обращенный к заливу. И все — короли, принцы и посланники — увидели, как на рейде безвестной бухты покачивались 3 линейных корабля, 12 фрегатов, 20 малых судов, 3 бомбардирские лодки и 2 брандера. На флагманском корабле «Слава Екатерины» был поднят флаг. Из всех пушек корабли палили огонь салюта. Зрелище было поистине потрясающим… На Западе должны были узнать, какими источниками могущества располагает Россия», — каков вес «вооруженного нейтралитета». Далее в тексте книги Сегюра вписано от руки и подчеркнуто многозначащее слово: Севастополь.

Он описывает город: «полукругом… возвышаются несколько зданий для склада товаров, адмиралтейство, городские управления, четыреста домов, толпы рабочих, сильный гарнизон, госпиталь, верфи, пристани — торговая и карантинная, — все придавало вид Севастополю довольно значительный. Нам казалось непостижимым, каким образом в 2000 верстах от столицы, в недавно приобретенном крае Потемкин нашел возможности воздвигнуть такие здания, соорудить город, создать флот и поселить столько жителей. Это действительно был подвиг созидательной деятельности». Даже Франц Иосиф II не удержался от слов восхищения и предвещал этому месту великую будущность.

Так два с четвертью века назад на тематической выставке в Крыму российские 80-пушечные «экспонаты» продемонстрировали просвещенной Европе свою экономическую состоятельность, политику многонациональной заботы и военную мощь, поддержавшую новорожденные Соединенные Штаты Америки.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу