Украинский кризис и военное присутствие НАТО в ЦВЕ

08.04.14

Украинский кризис и военное присутствие НАТО в ЦВЕ

Эксперты МГИМО: Истомин Игорь Александрович, к.полит.н.

1–2 апреля в Брюсселе состоялась встреча министров иностранных дел стран Североатлантического альянса. Один из основных ее результатов — решение об укреплении обороноспособности государств Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), входящих в НАТО. Оно призвано стать частью более широкой реакции западного блока на политику России в отношении Украины и Крыма.

Стремясь подтвердить надежность «коллективной обороны», министры договорились о действиях по трем основным направлениям: обновление военных планов, проведение совместных учений, развертывание дополнительных войск в странах региона. Несмотря на громкую риторику и демонстративную решительность представителей НАТО в ходе встречи, обозначенные шаги вписываются в логику уже реализуемой стратегии. Они дополняют уже проводимую политику, но их нельзя рассматривать как начало качественно нового этапа в деятельности Альянса.

По крайней мере со времени войны в Грузии в 2008 году, НАТО уделяет приоритетное внимание интеграции новых стран-участниц в свое военное планирование и обеспечению оперативной совместимости их войск. Еще раньше, в середине 2000-х годов началось формирование военной инфраструктуры США и НАТО в ЦВЕ. Работа по всем трем направлениям активизировалась после прихода к власти в Соединенных Штатах администрации Барака Обамы.

В частности, в 2009 году Альянс впервые инициировал разработку планов коллективной помощи странам ЦВЕ на случай кризисных ситуаций. Естественно, что в качестве вероятного противника в этих документах должна была рассматриваться, прежде всего, Москва. Между тем, западные эксперты отмечают, что в ходе последних событий в Крыму российские вооруженные силы продемонстрировали качественно более высокий уровень боеготовности, чем пять лет назад. Очевидно, что планы НАТО сегодня требуют пересмотра с учетом возросшего потенциала России, и такая деятельность должна была проводиться вне зависимости от политического контекста.

Обещание представителей Альянса активизировать проведение совместных учений в странах ЦВЕ является констатацией уже реализуемой политики. Не далее как в ноябре 2013 года страны НАТО проводили учения «Стедфаст Джаз» — крупнейшие с 2006 года. В них было задействовано более 6000 тысяч военных. Отрабатывал сотрудничество Альянс в странах Прибалтики и в Польше. Летом 2013 года НАТО провела крупнейшие в своей истории учения в Балтийском море. При этом активно использовалась инфраструктура литовского порта Вентспилс.

Таким образом, еще до принятого министрами заявления союзники отрабатывали совместные действия в регионе. В новых условиях, с учетом украинского кризиса, возможно внесение корректив в существующие планы, но они вряд ли приведут к серьезному наращиванию военного потенциала участниц НАТО в Центральной и Восточной Европе. Скорее следует ожидать увеличения числа учений и иных мероприятий на Украине и в Грузии, а также в Молдавии, Армении и Азербайджане, что должно будет продемонстрировать Москве решительности Альянса в соперничестве на постсоветском пространстве.

Наконец, внимание наблюдателей после встречи было привлечено к обещаниям министров Альянса расширить присутствие сил НАТО в странах ЦВЕ. Наиболее явным компонентом оборонной инфраструктуры НАТО в регионе остается патрулирование воздушного пространства Прибалтики силами союзников на ротационной основе. В ходе министерской встречи в Брюсселе было подтверждено, что состав этой миссии будет увеличен более, чем в два раза. Вместе с тем в абсолютных значениях речь идет о незначительном присутствии, неспособном повлиять на баланс сил в регионе. Если ранее в операции участвовало 4 истребителя, теперь их число решено увеличить до 10. В любом случае речь идет о символическом контингенте. Более того, решение министров, по сути, фиксировало уже фактически сложившееся положение дел. Еще в марте 2014 года на фоне развития кризиса в Крыму в литовский Шяуляй прибыли дополнительные американские самолеты.

Однако оценку военной инфраструктуры НАТО в регионе нельзя проводить в отрыве от анализа двусторонних договоренностей США с отдельными странами ЦВЕ. С 2006 года американские военные присутствуют в Румынии и Болгарии на ротационной основе. На основе соглашений с правительствами этих стран Вашингтон произвел модернизацию военных объектов, которые стороны используют совместно. В дополнение к этому присутствию с 2013 года ведут отсчет ротации американских ВВС в Польше. Таким образом, размещение вооруженных сил США, которые остаются основной боевой силой Альянса, уже стало привычным для стран ЦВЕ.

В контексте украинских событий запланировано наращивание этого присутствия. Так, ожидается направление дополнительно 600 американских военнослужащих в Румынию. Однако в условиях сокращения военных расходов, у США отсутствуют возможности для существенного увеличения контингента в регионе. Тем более, подобные действия затруднительны для их европейских союзников, также стремящихся снизить расходы на оборону. В этих условиях требования Польши о размещении на ее территории на постоянной основе двух бригад союзных войск трудно выполнимы.

Более того, эти шаги противоречат логике развития военных стратегий США и НАТО. На протяжении последнего десятилетия и особенно активно с 2011 года Вашингтон стремится перестроить громоздкую систему постоянного базирования американских войск в направлении совместного с союзниками использования военных объектов на их территории. С целью повышения гибкости и оперативной совместимости сил присутствие американских подразделений в этих странах обеспечивается не на регулярной, а на временной основе. Применение этой практики доказало свою экономичность, поэтому вероятнее всего военная инфраструктура Альянса продолжит развиваться по этой схеме.

Несмотря на сохраняющуюся подозрительность в отношении НАТО, Россия до сих пор достаточно буднично реагировала на все упомянутые действия Альянса и Соединенных Штатов. За исключением европейского компонента системы ПРО, который Москва рассматривает в контексте поддержания стратегической стабильности, другие примеры американского присутствия в ЦВЕ не вызывали жестких оценок. Даже высказывавшиеся в прошлом году опасения в связи с учениями «Стедфаст Джаз» носили сдержанный характер. С учетом общего состояния европейской безопасности, Россия адекватно оценивает действительное значение выдвигаемых инициатив.

Для стран ЦВЕ раздувание российской угрозы и приглашение войск союзников по НАТО на свою территорию — способ привлечь внимание и повысить собственную значимость в Евроатлантическом сообществе. В свою очередь, США и другим ведущим государствам блока важно подтвердить приверженность партнерству со странами Центральной и Восточной Европы и обеспечить их лояльность на будущее. Непосредственно к отношениям с Россией эта деятельность имеет ограниченное отношение.

Основной характеристикой европейской безопасности остается понимание, что за последние три десятилетия вооруженное столкновение между Россией и Альянсом превратилось в перспективу не только не возможную практически, но и немыслимую. На этом фоне, ограниченный характер присутствия сил США и НАТО в ЦВЕ не позволяет рассматривать их даже как возможный рычаг эффективного политического давления на Москву. В этом отношении последние решения Альянса мало что меняют.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Внешняя политика»
Распечатать страницу