Конфликт в Абхазии сравнивать с происходящим на Украине недопустимо

30.05.14

Конфликт в Абхазии сравнивать с происходящим на Украине недопустимо

Эксперты МГИМО: Муханов Вадим Михайлович, к.ист.н.

Эксперт московского Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Вадим Муханов объяснил в интервью DW, в чем причина политического кризиса в непризнаннной республике Абхазия.

В самопровозглашенной республике Абхазия, независимость которой признали только Россия, Никарагуа, Венесуэла и островное государство Науру, разразился политический кризис. Депутаты местного парламента предложили президенту Абхазии досрочно сложить свои полномочия. Причины конфликта в интервью DW объяснил старший научный сотрудник московского Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Вадим Муханов.

— Господин Муханов, что происходит в маленькой, двухсоттысячной Абхазии? Что там делят?

— В маленькой Абхазии наступила фаза активной внутриполитической борьбы между оппозицией, которая стремительно консолидируется, и действующей властью.

— Вокруг чего консолидируется оппозиция, какая у нее программа, кроме отставки президента Александра Анкваба?

— Прежде всего, это протестное движение. Оппозиционные политические силы, у которых были различные требования и желания, консолидируется вокруг одного: недовольства политикой действующей команды во главе с президентом.

— Может быть, взять да и прямо назвать это борьбой за доступ к дотациям из Москвы. Ведь именно на них Абхазия и существует?

— Я бы это не разделял, потому что власть в Абхазии означает как контроль над политикой, так и, естественно, контроль над всей социальной и экономической деятельностью. А база всей этой деятельности — регулярная финансовая помощь из России. Так что это взаимосвязанные вещи. Это, в том числе, и борьба за контроль над денежными потоками, как, наверное, и во всем мире.

— А как велики эти денежные потоки, иными словами, сколько денег получает Сухуми от Москвы? Это известно?

— Вы знаете, речь идет о миллиардах рублей, конечно же.

— А сколько этих миллиардов?

— Я вам это точно сказать не могу, потому что в этом году идет коррекция дотаций. Каждый год речь может идти о разных суммах. Но это миллиарды рублей. Абхазия получает значительные суммы согласно договору, подписанному между Российской Федерацией и республикой Абхазия.

— Вот только что созданный «Временный народный совет» выступает за более тесную интеграцию с Россией. О чем речь: о полном вхождении в состав России или о еще более тесном сотрудничестве?

— Я бы разделил вопрос на две части. «Временный народный совет» — это как раз эволюция оппозиционных сил. Раньше он назывался координационный совет. Вот он и будет представлять оппозицию, если ее лидеры сумеют договориться с властью о каком-то компромиссе.

— Если пока не ясно, как представляет себе консолидацию оппозиция, перейдем к социальным проблемам. Каков уровень безработицы в Абхазии? Ведь никакого производства нет, а туризм в упадке?

— Вы правы, промышленный сектор — в полнейшем упадке после развала Советского Союза. До этого, например, добывали уголь в Ткварчельском районе и снабжали им Черноморский флот. Попытки найти внешних инвесторов — раньше это были турки, теперь другие иностранные предприниматели — пока серьезного толчка к развитию не дают. Речь может идти только о восстановлении сельскохозяйственного сектора. В принципе, если вложить туда средства, то именно сельское хозяйство станет базовой отраслью для экономики Абхазии.

Что касается туризма, то еще с дореволюционных времен Гагры, Пицунда пользовались большой популярностью. В советские времена туда многие ездили в отпуск. Но война и экономическая разруха привели к тому, что россияне если и едут в Абхазию, то это туристы с минимальными средствами. Приличный уровень отдыха Абхазия пока предоставить не может.

— Но давайте вернемся к политике. По терминологии уже напрашиваются параллели с Украиной, с Донецком, с Луганском. Какие-то люди объявляют себя «народным советом», назначают «народных» градоначальников. Возникает двоевластие….

— Тут я с вами категорически согласиться не могу. Для меня как эксперта по Кавказу такие параллели не выстраиваются. Если уж сравнивать, то с первоначальной стадией Майдана в Киеве, и то с натяжкой. С востоком Украины никаких параллелей нет. Во-первых, нет вооруженных столкновений.

Во-вторых, оппозиция собирает многотысячные митинги, а это немало для такой маленькой республики. Это серьезная поддержка. В-третьих, абхазская элита отлично понимает, что надо договариваться, дальнейшая эскалация с вооруженными столкновениями — самый маловероятный путь для Абхазии. Нет, сравнения с востоком Украины никуда не годятся.

— Россия поддержала отделение непризнанной Абхазии от Грузии и даже признала ее. Теперь на Москве лежит ответственность за будущее маленькой Абхазии. Что делать дальше, увеличивать дотации?

— Это вопрос не к Москве, вопрос к населению Абхазии. И почему вы все время называете это государство маленьким? Даже по европейским меркам население — более 200 тысяч, есть в Европе государства и поменьше. А Москва действительно взяла на себя ответственность.

Но как раз нынешний политический кризис показывает, что Москва, в отличие от других, не вмешивается в происходящее в Абхазии. Многие политические процессы там Россия не контролирует. Россия выделяет финансовую помощь и является гарантом безопасности Абхазии. Вспомните, что было до 2008 года, какие потери были с обеих сторон. Сейчас угрозы со стороны Грузии нет, и это самое важное достижение.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Deutsche Welle
Распечатать страницу