Каталония перед трудным выбором

18.06.14

Каталония перед трудным выбором

Эксперты МГИМО: Хенкин Сергей Маркович, д.ист.н.

В Каталонии главенствуют партии, выступающие за ее отделение от Испании. На 9 ноября 2014 года назначен референдум о самоопределении. Между тем согласно Конституции автономии не могут проводить референдум без согласия испанских властей и разрешительного общенационального референдума. Данное положение Основного закона недавно поочередно подтвердили Конгресс депутатов, нижняя палата испанского парламента, и Конституционный суд, запретивший Каталонии проводить референдум. Однако региональные власти продолжают упорствовать, уверяя, что не откажутся от своей цели. Сложившаяся ситуация острого противостояния весьма опасна и чревата непредсказуемыми шагами с обеих сторон.

Корни современного сепаратизма

В современной Каталонии, одной из самых развитых и богатых автономных областей Испании, проживают 7,5 млн человек, что составляет примерно 16% населения страны.

Но каталаноязычный ареал значительно шире. На каталанском языке говорят около 11 млн человек в так называемых Каталонских землях на территории Испании (автономные сообщества Валенсия, Балеарские острова), Франции (департамент Восточные Пиренеи), Андорры и Италии (г. Альгеро на острове Сардиния).

Большинство исследователей сходятся в том, что в каталаноязычном ареале нет коллективного национального самосознания. Следует также иметь в виду, что согласно испанской традиции «национальность» («нация», «этнос») определяется не в этнокультурных терминах, не «по крови», а отождествляется с регионом, территорией проживания. Поэтому каталонцы для большинства испанцев — это те, кто проживают и работают в автономном сообществе Каталония.

Каталонский национализм и сепаратизм имеют глубокие корни. В рамках испанской монархии отношения между Мадридом и Барселоной складывались весьма непросто. До объединения большинства земель Пиренейского полуострова в 1479 году под властью католических королей Фердинанда и Изабеллы Каталония обладала рядом привилегий. Так, находясь с 1137 году в альянсе с королевством Арагон, Каталония имела свои органы власти, суд, обладала правом распоряжаться финансами, устанавливать налоги и т.д. Ее политическое устройство было передовым для своего времени. Как противовес королевской власти, в Каталонии с XIII в. начал регулярно собираться сословно-представительный орган дворянства, духовенства и горожан — Кортс каталанас, который многие исследователи рассматривают как один из первых европейских парламентов.

Арагонское королевство вело экспансионистскую политику. Присоединив Балеарские острова, Валенсию, Сицилию, Сардинию и Корсику, оно превратилось в одну из самых мощных держав Средиземноморья. Пользуясь выгодами своего географического положения, Каталония вела оживленную морскую торговлю со многими европейскими и мусульманскими городами. Быстро развивалась ее экономика, наблюдался расцвет науки и культуры.

Таким образом, в состав Испании вошло общество с развитым осознанием своей «особости», давно привыкшее пользоваться широкой автономией и гражданскими правами и ожидавшее, что такое положение сохранится. Многие каталонцы всегда требовали признания своего отличия от остальной Испании. «Мы другие», «Каталония не Испания, а Испания не Каталония» — таким было и остается мироощущение значительной части жителей региона. Эти настроения усиливала недальновидная репрессивная политика Мадрида, связанная с насаждением кастильских законов и обычаев. В Каталонии были упразднены местные органы власти, отменены традиционные привилегии. Каталанский язык начал вытесняться из разных сфер общественной жизни и заменяться испанским (кастильским).

В середине XVII в. недовольство политикой Мадрида переросло в открытое проявление сепаратизма. Каталонию охватило восстание («война жнецов»), целью которого было отделение от Испании. Восстание было подавлено в 1652 году. Появившаяся в эти годы народная «Песня жнецов» стала символом каталонского сопротивления, а в наши дни — гимном Каталонии.

В последующие столетия испанское (кастильское) государство с его громоздким бюрократическим аппаратом оказалось неспособным проводить эффективную политику ассимиляции каталонцев. Во второй половине XIX в. зарождается так называемый каталонизм, направленный на утверждение каталонской самобытности и ставший фундаментом для формирования каталонского национализма. В период II Республики (1931—1939 годы) каталонские националисты попытались создать собственное государство, провозгласив 14 апреля 1931 года образование «Каталонской республики как составной части Иберийской Федерации» [1]. Однако республиканские власти пресекли сепаратистские поползновения каталонской элиты. Вместе с тем в сентябре 1932 года испанские Учредительные кортесы приняли закон об автономном статуте Каталонии, в соответствии с которым был избран каталонский парламент и сформировано местное правительство. Франкистская диктатура, взявшая курс на унификацию общественной жизни, упразднила автономию региона. Каталанский язык был запрещен, любые проявления каталонизма преследовались.

В процессе перехода от франкизма к представительной демократии и формирования в Испании Государства автономий — унитарного государства, в котором существуют элементы федерализма, Каталонии был предоставлен значительный объем прав и полномочий. Она имеет свои парламент и правительство, полицию, радио, телевидение. Каталанский язык признается официальным языком наравне с испанским. В годы демократии ареал распространения каталанского языка существенно расширился. Если в 1975 году его понимали, на нем говорили и писали 74,3%, 53,1% и 14,5% жителей автономии, то в 1996 году — 95%, 75,3% и 45,8% соответственно [2]. Не менее важно и то, что с 1980-х годов каталанский язык начал доминировать в государственных школах, вытесняя оттуда испанский.

Националистические настроения, в том числе в их радикальном варианте, получили широкое распространение в каталонском социуме. Важную роль в их культивировании играет региональная элита и, прежде всего, правящая в регионе много лет партийная федерация «Конвергенция и Союз» (КиС). Именно она проделала большую работу по внедрению в общественное сознание представлений об «особости» и «неповторимости» этой автономии.

Ресурсы сепаратизма

Истоки нынешнего конфликта Каталонии с центральной властью восходят к политико-юридической борьбе вокруг ее нового автономного статута. Он был одобрен в 2006 году и расширил права автономии. Однако семь субъектов права сочли, что целый ряд положений нового статута противоречат Конституции Испании и оспорили их в Конституционном суде. Последний в июне 2010 года вынес вердикт, признававший высокую степень самоуправления, обретенную Каталонией, и вместе с тем относивший 14 статей автономного статута к числу полностью или частично неконституционных. Большинство опрошенных каталонцев расценили такое решение как оскорбительное.

Ситуацию осложнил экономический кризис, больно ударивший по Испании. В условиях политики жесткой экономии, проводимой правительством консервативной Народной партии (НП), автономии, на которые приходится вся тяжесть этой политики, испытывают большой недостаток финансовых средств. Самым задолжавшим регионом является именно Каталония (ее долг — 42 млрд евро). Среди каталонцев распространено убеждение, что они отдают в казну больше остальных районов Испании, а обратно получают меньше, т.е. содержат другие, менее зажиточные автономии («Мадрид нас грабит»).

В последние годы националистические настроения все чаще перерастали в сепаратистские. С 2009 года в десятках маленьких городков и местечек Каталонии проходили референдумы, участники которых голосовали за отделение от Испании. Эти референдумы не имели юридической силы, но серьезно влияли на общественные настроения. Невиданным прежде проявлением протестной активности стала манифестация, состоявшаяся в Барселоне 11 сентября 2012 года, в Национальный день Каталонии. В ней приняли участие около 1,5 млн человек, потребовавших независимости от Испании под лозунгом «Каталония — новое государство в Европе».

На встрече с председателем правительства Испании Мариано Рахоя в сентябре 2012 года председатель Женералитата и лидер КиС Артур Мас потребовал создания в автономии независимого министерства финансов и передачи Каталонии полного контроля над собираемыми налогами. Для правительства НП это требование неприемлемо. И дело здесь не только в том, что консерваторы неуклонно отстаивают нынешнюю модель Государства автономий, считая действующую Конституцию Испании неприкосновенной. Существенно и то, что у правительства просто нет средств, чтобы компенсировать потенциальные потери от предоставления Каталонии финансовой самостоятельности.

В ответ на отказ Мадрида удовлетворить требования автономии ее власти призвали руководство Евросоюза предоставить им «дорожную карту» по выходу из Испании и вступлению напрямую в ЕС. Одновременно А.Мас объявил о проведении 25 ноября 2012 года внеочередных парламентских выборов, рассчитывая, что правящая коалиция КиС получит на них абсолютное большинство голосов и сможет проводить собственную политическую линию, ни на кого не оглядываясь.

Однако итоги выборов обернулись разочарованием для сторонников независимости региона. КиС обогнала своих соперников, но оказалась далека от обретения желанного абсолютного большинства (50 из 135 депутатских мандатов). Партия потеряла 12 мест по сравнению с выборами 2010 года.

Несмотря на относительную неудачу КиС, партии, выступающие за отделение Каталонии от Испании, одержали победу, завоевав абсолютное большинство мест в парламенте. Второй по степени влияния стала партия Левые республиканцы Каталонии (ЛРК), давно и последовательно выступающая за независимость региона. Она вдвое увеличила представительство в парламенте — с 10 до 21 депутата.

Партии, выступающие за сохранение территориальной целостности Испании, хотя и представляющие ее по-разному, — Народная, Социалистическая и Граждане (Гражданская партия), по совокупному потенциалу отстали от победителей, получив 48 депутатских мест против 87. Выборы показали глубокую разобщенность парламента, как и каталонского общества в целом.

В декабре 2012 года КиС и ЛРК заключили Пакт об управлении («Pacto de gobernabilidad»), разработав комплекс мер по «национальному переходу», который предусматривает формирование институтов и структур собственной государственности. В частности, эти меры включают утверждение собственной модели территориальной организации, создание банка и независимого налогового агентства Каталонии, принятие закона о полиции, реформирующего ее и наделяющего новыми полномочиями, разработку плана по управлению транспортом и водоснабжением, распределением энергии и т.д. [3].

Страсти вокруг референдума

Относительная неудача на выборах не заставила руководство Каталонии отказаться от своих планов. 23 января 2013 года парламент автономии принял декларацию о суверенитете и заявил о намерении провести 9 ноября 2014 года референдум о создании независимого государства. Сторонники независимости учитывают экономический потенциал своего региона: на его долю приходится 19% ВВП Испании, 24% ее промышленной продукции, 28% экспорта [4]. Они видят в сецессии путь к решению многочисленных проблем автономии, в частности, вызванных экономическим кризисом. Вдохновляющими примерами для них служат Косово, Шотландия, Квебек и другие регионы, где развиваются сходные процессы. Что касается референдума в Крыму, то о нем говорится немного. Возможно, эта немногословность объясняется нежеланием обострять и без того непростые отношения с ЕС.

Противники сецессии, возражая ее сторонникам, предупреждают, что цена «освобождения от Испании» и создания собственного государства может оказаться значительно более высокой, чем выгоды, причем во всех отношениях — экономическом, социальном, политическом и психологическом. Они советуют не забывать и о правовых нормах ЕС, которые не предусматривают вступления в него отдельных регионов, желающих отделиться от стран-членов (хотя нет и запрета на такое вступление; вопрос в правовом отношении не решен). Трудно представить себе, что если дело дойдет до рассмотрения просьбы Каталонии о приеме в ЕС, его члены проявят требуемое для принятия решения единодушие. Испания и другие страны Евросоюза, сталкивающиеся с проблемой регионального сепаратизма, вряд ли поддержат эту просьбу.

Опросы последних лет показывают постоянные колебания в соотношении сил между сторонниками и противниками независимости Каталонии. Однако существенного перевеса нет ни у одной из сторон: силы примерно равны. Примечательно, что значительная часть каталонского бизнеса серьезно обеспокоена возможностью отсоединения от остальной Испании, с экономикой которой они связаны тысячью нитей.

Между поборниками и противниками отделения Каталонии от Испании идет нескончаемый спор о легитимности референдума, спор, неотделимый от оценки нынешнего политико-территориального устройства страны. В ходе этой полемики постоянно звучит мысль, высказываемая и частью сторонников сохранения целостности государства, о том, что территориальная организация Испании устарела. В числе нововведений предлагается отменить конституционный запрет на создание федерации (ст. 145). С идеей федерализации Испании выступает, например, крупнейшая оппозиционная Испанская социалистическая рабочая партия. Предлагается также предоставить автономиям право проводить референдум по вопросу об отделении, поскольку существующее ныне во властвующей элите Испании негативное отношение к этой проблеме играет на руку сепаратистам, помогая шантажировать общественность требованием сецессии. Разрешение же проводить референдум, при четком определении его условий, лишит их важнейшего пропагандистского аргумента — возможности обвинять центр в ущемлении демократических свобод и представлять его «тюремщиком народов».

Серьезные споры вызывает и планируемый референдум. В отличие от сложившейся практики проведения референдумов, когда граждане отвечают на один вопрос, в Каталонии им будут предложены два: «Хотите ли вы, чтобы Каталония стала государством?» и «Если да, то хотите ли вы, чтобы Каталония стала независимым государством?». Избранный подход может привести к большому разбросу мнений и неопределенности результатов, когда не будут выявлены ни победители, ни побежденные. К тому же организаторы референдума не определились с условиями его проведения. Например, какой процент участвующих в голосовании необходим для победы? Должны ли сторонники независимости победить на всех территориях и что делать, если большинство на какой-то территории выскажется против отделения от Испании?

Тупиковая ситуация в отношениях Барселоны и Мадрида, а также сложная экономическая обстановка в регионе делают проведение референдума весьма рискованным делом для его инициаторов. Осознавая это, А.Мас не раз озвучивал идею о том, что если Каталония не получит разрешения правительства М.Рахоя на проведение референдума, последний может быть отложен до 2016 года, т.е. до очередных выборов в каталонский парламент. К тому времени, полагает А.Мас, экономическая ситуация может улучшиться, и, соответственно, «доверие граждан восстановится». Предстоящие выборы приобретут характер референдума, после чего партии, выступающие за независимость, провозгласят ее [5].

Итак, за пять месяцев до проведения референдума остается неясным, состоится ли он вообще. Если же он будет проведен, то предсказать его результаты и последствия отнюдь не просто.


1. El País, 29.09.2012.

2. Balcells A. Breve historia del nacionalismo catalan. Madrid, 2004. P. 265.

3. La Vanguardia, 15.12.2012.

4. La Vanguardia, 28.10.2012.

5. El País, 5.09.2013.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Российский совет по международным делам
Распечатать страницу