НАТО пытается сохранить отношения с Грузией, не принимая ее в свой состав

11.09.14
Эксклюзив

НАТО пытается сохранить отношения с Грузией, не принимая ее в свой состав

Эксперты МГИМО: Токарев Алексей Александрович, к.полит.н.

Научный сотрудник Центра глобальных проблем Алексей Токарев — о расширении сотрудничества Грузии с Североатлантическим альянсом.

Грузия рассматривает НАТО не так, как ЕС. Европейский союз — это, прежде всего, грузинская мечта последних десяти лет. Флаги ЕС, развешанные на каждом здании государственных органов, расставленные с каждым полицейским участком, даже в самом захолустном горном селе, реющие рядом с национальными флагами, обозначают европейские устремления Грузии. ЕС — это уровень жизни, цивилизации, принадлежность к большой Европе. Это качественные изменения во всех сферах жизни (медицине, судебной системе, сфере образования), которые дадут грузинам право чувствовать себя европейцами. Именно так — предельно рационально (ЕС — не просто брендированная вывеска, а в перспективе — подтверждение глобальных изменений внутри грузинского общества) грузины воспринимают Европу.

НАТО — принципиально другая история. Это прежде всего защита. От России. Безусловно, на уровне риторики грузинские «голуби» говорят о необходимости сохранения диалога с нашей страной, о развитии отношений, о равноправном сотрудничестве. Грузинские «ястребы», напротив, зарабатывают очки, напоминая постоянно об угрозе с севера. Мирная Россия вообще является для грузинских политиков крайне удобным соседом, которым всегда можно пугать маленьких детей.

В реальности любая небольшая нация, находящаяся на границах бывшей империи, подсознательно опасается, что бывшая метрополия начнет собирать колонии. В грузинском обществе уровень негативного отношения к России отнюдь не так высок, как можно судить по новым медиа и общению с молодежью: старшее поколение во многом ностальгирует по бывшему СССР и дружеским отношениям с Россией, смотря на Запад гораздо меньше молодых. Кроме того, в городе Гори (пограничном с Южной Осетией) помнят российские танки в 2008 году и понимают, что «в случае чего» танки снова будут там. Стремление в НАТО — это рациональный страх грузинской элиты относительно собственной безопасности.

Начиная с 2002 года Грузия крайне плодотворно сотрудничала с НАТО: получала экипировку, вооружение, инструкторов, проводила с альянсом совместные учения. Плавное вхождение Грузии под протекторат США грузинская сторона использовала во благо собственной армии. В рамках программы «Обучи и оснасти» (Georgia Train and Equip Program) американские военные вели обучение в грузинских горно-стрелковых, пехотных батальонах и бронетанковой роте, поднимая уровень их подготовки до стандартов армий государств-участников НАТО. Следующим этапом (2005–2007) участия американских военных в повышении обороноспособности Грузии стала программа «Обеспечение операций стабильности» (Georgia Sustainment and Stability Operations Program). Американский исследователь Грузии Джордж Гейне указывает, что во время российско-грузинской войны в августе 2008 года в Грузии находилось 130 военных и гражданских советников. Помимо продолжавшихся тренировок и учений по стандартам НАТО, данная программа внесла свой вклад в укрепление идентичности независимой Грузии, основанной в т.ч. на отрицании советского наследия — грузинские силовики всячески подчеркивали, что в армии введены новые, «нероссийские» и «несоветские» воинские звания и новая американская «цифровая» военная форма.

США в рамках программы «Предоставление военной помощи на военные нужды иностранным государствам» выделили Грузии безвозвратных кредитов на общую сумму 30,6 млн долларов. На подготовку к вступлению в НАТО еще 10 млн. Наконец, свой непосредственный вклад в обеспечение грузинской армии более новыми, чем ее собственные, образцами вооружений с 1997 по 2011 год внесли 13 стран. США, Франция, Израиль, Болгария, Венгрия, Греция, Украина, Чехия, Латвия, Литва, Турция, Сербия, Босния и Герцеговина поставляли минометы, гранатометы, зенитные установки, стрелковое оружие, а также патроны и боеприпасы к ним, вертолеты, самолеты, танки, гаубицы, БТРы, малые десантные корабли, ракетные и сторожевые катера, системы связи, бронемашины и т.п.

С одной стороны, подобные мощные вливания сказались положительно на грузинской армии, которая получила новую технику и технологии. С другой, отрицательные последствия состояли в отправке грузинских воинских контингентов в регионы, вовсе не являющиеся местом защиты национальных интересов Грузии. Реальное перевооружение армии и повышение уровня боеготовности ее кадрового состава, спонсированное США и НАТО, повлекло союзнические обязательства Грузии в Косово, Ираке и Афганистане. По состоянию на 1 ноября 2012 года в Афганистане погибло 18 грузинских миротворцев. Кроме того, военная помощь запада сыграла негативную роль в психологическом аспекте. Грузинские «ястребы» и, прежде всего, экс-президент Саакашвили, поверили, что проблемы Абхазии и Южной Осетии можно решить силой. Это не последняя причина, по которой в августе 2008 года в ответ на постоянные провокации с юго-осетинской стороны начались боевые действия регулярной грузинской армии, включая артиллерийские обстрелы Цхинвала и убийства российских миротворцев.

Загвоздка состоит в том, что НАТО не принимает в свой состав государства с неурегулированными территориальными спорами: альянсу не нужна лишняя головная боль в виде заступничества по принципу «один за всех и все за одного» в отношении государств с неконсолидированными территориями, к которым уверенно можно отнести нынешнюю Грузию.

В приватных разговорах грузины, которые надеются на вступление в НАТО, на вопрос «как вас возьмут?», отвечают: «Как ФРГ в свое время». Другими словами, предполагается, что сначала вступит нынешняя Грузия в фактических границах. А через несколько десятилетий самостоятельно, после «разрушения стены», попросятся и нынешние частично признанные государства. НАТО сейчас не разделяет этот подход, поскольку мыслит предельно рационально.

В этих условиях альянс пытается не потерять Грузию, в т.ч. и по геополитическим причинам. Помимо очевидной необходимости защиты нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан и газопровода Баку-Тбилиси-Эрзурум, не проходящих ни по территории России, ни по территории Ирана (в мировой нефте-политике уникальный случай), Грузия является удобным плацдармом для размещения контингентов, не выходящих за рамки основополагающего Акта Россия-НАТО 1997 года. С учетом нынешнего украинского кризиса, в рамках которого Россия «вдохнула в НАТО новую жизнь», повышение статуса Грузии («партнер номер один» без фактического членства) подтверждает партнерство страны и альянса, что выгодно им обоим.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу