Китайские перспективы России

13.09.14

Китайские перспективы России

Эксперты МГИМО: Денисов Игорь Евгеньевич

«Полит.ру» продолжает проект «Экспертиза», в рамках которого публикует комментарии ученых и экспертов по актуальным проблемам. Темой публикуемой подборки мнений стали российские перспективы в свете растущей роли АТР в целом и Китая в частности, причем, в ситуации высокой динамики развития, неочевидной в среднесрочном масштабе внутренней стабильности и растущих внешнеполитических амбиций Китая.

<…>

Старший научный сотрудник Центра исследований Восточной Азии и ШОС Института международных исследований МГИМО (У) МИД России Игорь Денисов

Отношения Москвы и Пекина в последних официальных документах охарактеризованы как «всеобъемлющее партнерство и стратегическое взаимодействие». Провозглашение нового этапа совпало по времени с присоединением Крыма и введением санкций против России. Приведет ли это к усилению антизападной направленности в российско-китайской связке? Некоторые эксперты считают, что после начала украинского кризиса Россия и Китай все уверенней продвигаются к формальному провозглашению военно-политического союза. Между тем, даже в условиях холодной войны 2.0, объявленной Западом России, значение положений российско-китайского «Большого договора» 2001 года, скорее всего, сохранится. В Договоре о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между РФ и КНР провозглашается, что военное и военно-техническое не направлено против третьих стран, что они не участвуют в каких-либо союзах или блоках. В интересах РФ и КНР придерживаться этого принципа и в дальнейшем.

В условиях западных санкций Москва закономерно стремится найти новую опору на Востоке. Однако восточный или азиатский вектор российской внешней политики не должен сводиться исключительно к китайскому направлению (хотя, оно, вне всякого сомнения, является одним из главных). Шанс для России состоит в собственном усилении, в последовательной реализации программы модернизации, что позволит ей успешно интегрироваться в АТР. При этом важно развивать сотрудничество не только с Китаем, но и с другими региональными игроками. Доминирующее положение КНР сильно сужает возможности для использования Россией своих конкурентных преимуществ. Поэтому наряду с развитием более тесного партнерства с Китаем в энергетических и других проектах следует интенсифицировать взаимодействие c другими странами региона, в частности с Республикой Корея, Японией (тем более, из всех стран «семерки» санкции Токио были самыми мягкими, большей частью формальными), Монголией, странами АСЕАН, а также с Индией.

Однобокая ориентация на Китай, даже просто декларируемая, многими китайцами будет воспринята как признак российской слабости. В экспертном сообществе КНР достаточно распространено мнение, что после краха Советского Союза Россия утратила место в большой мировой политике. В китайской внутрипартийной пропаганде «ошибкам КПСС», в результате которых в стране произошел крах, а ее положение на международной арене свелось к роли второстепенной державы, и так уделяется слишком много внимания. То, что Россия проигрывает Китаю в конкурентной борьбе за полноценное партнерство с ведущими мировыми державами, лишь подпитывает эти настроения. Они могут успешно использоваться Западом, который может стать более сговорчивым на переговорах с Китаем. В результате вместо крепнущего российско-китайского альянса мы можем получить тот или иной вариант G2 с участием Пекина. Эта идея давно предлагалось американцами и полностью Китаем до сих пор не отвергнута. Китайские аналитики постоянно подчеркивают, что сотрудничество КНР и США имеет особое значение для решения важных мировых проблем и вопросов глобального управления.

Кроме того, роль Китая как главного спасательного круга для России отвергается самими китайцами. Накануне майского визита в КНР Владимира Путина с китайской стороны по этому поводу была немало заявлений. Так, бывший исполнительный секретарь ШОС Чжан Дэгуан сказал: «Позицию Китая по Украине нельзя описать как поддержку России или ее отсутствие. Это очень сложный вопрос, и Китай пока не занял чью-либо сторону». По мнению бывшего Посла КНР в РФ Лю Гучана, визит Путина не нацелен на получение Россией политической поддержки со стороны Китая. Видимо, китайское руководство исходит из того, что усиление антизападной направленности российско-китайского стратегического партнерства никаких серьезных дивидендов Китаю не принесет.

Для поддержания социальной стабильности и развития экономического потенциала страны Китаю важно сохранение периода «стратегических возможностей», а он прервется в случае серьезного повышения градуса напряженности в отношениях с Западом. Аргумент о том, что давление оказывается на обе страны, а Москва и Пекин, объединив усилия, могут эффективно противостоять этому давлению, вряд ли можно серьезно принимать во внимание.

Главным вызовом, угрожающим безопасности Китая, является так называемая «ловушка Фукидида» (описанная древнегреческим историком модель конфликта между растущими Афинами и Спартой, стремящейся сохранить сферу своего влияния). Встречающиеся китайские оценки США как «слабеющей державы» часто неверно интерпретируется как антиамериканизм. Китай к конфронтации с США не стремится, наоборот, пытается создать исторический прецедент, надеясь, что умелой политикой (в том числе и разумными компромиссами) удастся предотвратить столкновение между растущей и угасающей державами. Поэтому китайско-американские «отношения нового типа между крупными государствами» буду развиваться согласно своей логике, и их ход будет мало зависеть от похолодания отношений между Вашингтоном и Москвой.

Реально опасным вызовом для Китая может стать не столкновение с США по поводу Тайваня, а создание в АТР широкой антикитайской коалиции государств, недовольных усилением Китая. Прежде всего, это касается стран, имеющих с Китаем территориальные споры. Подключение России к этой линии противостояния нежелательно, потому что оно угрожает идее «тихоокеанского усиления» России в противовес потерям на атлантическом направлении. Сами китайские военные эксперты признают, что в этих проблемах Россия фактически не может помочь Китаю. Две страны могут оказывать друг другу моральную поддержку», но не взаимодействовать на оперативном уровне. Такой поворот был бы невыгоден и Москве, заинтересованной в развитии энергетического и военно-технического сотрудничества с другими странами АТР.

Китай, безусловно, извлечет выгоду из открывающихся возможностей экономического сотрудничества с Россией, но понимание, что это произошло только под влиянием санкций, даром не пройдет. Китайская сторона будет более тщательно просчитывать политические риски, связанные с работой на российской рынке. Усилится и наступательность на переговорах любого уровня, при этом никаких дополнительных мотиваций по созданию «особых условий» для российских компаний на своем рынке новая ситуация не создает.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Полит.ру
Распечатать страницу