Кашмир — просыпающийся вулкан?

19.09.14

Кашмир — просыпающийся вулкан?

Эксперты МГИМО: Белокреницкий Вячеслав Яковлевич, д.ист.н., к.экон.н., профессор

Намеченная на 25 августа 2014 года в Исламабаде встреча секретарей по иностранным делам Индии и Пакистана была отменена по инициативе Нью-Дели из-за ситуации вокруг Кашмира. Новая дата консультаций не определена. Проблема Кашмира может вновь обостриться под воздействием происходящих в Индии перемен, связанных со сменой правительства, и по другим причинам. Хотя политика нового индийского кабинета, а также правящих кругов Пакистана может направить события в позитивном направлении, силы, заинтересованные в «раскачивании лодки», сохраняют свои позиции. При любом варианте влияние глобальных игроков, особенно США и Европы, скорее всего, уменьшится.

Конфликтное высокогорье

Кашмирский конфликт — едва ли не рекордный по стажу в современном мире. Он возник осенью 1947 года и предшествовал израильско-палестинскому конфликту, если вести отсчет от образования Израиля в мае 1948 года. Сходство между ними в том, что прямое отношение к ним имела Британия, уходившая после Второй мировой войны с подконтрольных ей территорий. К тому же в обоих случаях основными участниками конфликта, причем обиженной стороной, выступали мусульмане. Они составляли абсолютное большинство населения княжества Джамму и Кашмир, не находившегося, как и другие владения «княжеской Индии», под прямым британским правлением. Кашмиром правил индусский махараджа Хари Сингх. Он хотел добиться независимого положения княжества, но по разработанным Великобританией правилам ее ухода из Индии независимыми доминионами в августе 1947 года были признаны лишь немусульманская Индия и мусульманский Пакистан. Кашмир получил свободу, но не признание. В условиях кровавых столкновений, последовавших за расчленением Индии, на территорию Кашмира вторглись ополчения поддержанных Пакистаном пуштунских племен. Его правитель был вынужден согласиться на присоединение к Индии. Однако часть бывшего княжества отделилась и перешла под протекцию Пакистана. На образовавшейся в результате линии раздела в 1948 году шли бои между регулярными частями двух новых государств. Первая кашмирская война закончилась договором, заключенным в июне 1949 года. Но договориться о судьбе княжества так и не удалось. Не помогло и участие международных посредников в лице Комиссии ООН по Индии и Пакистану и комиссара той же организации по плебисциту в бывшем княжестве.

В 1965 году Пакистан начал войну с Индией из-за Кашмира, но ничего не сумел добиться, несмотря на лучшее вооружение, полученное из США, и поддержку Пекина. Москва выступила посредником и помогла сторонам подписать мирную декларацию в Ташкенте. Хотя третья индо-пакистанская война велась в 1971 году не из-за Кашмира, Пакистан потерпел в ней полное поражение и потерял восточное «крыло», где образовалось новое государство Бангладеш. Понес он потери и в Кашмире, уступив часть контролируемой территории. К тому же Пакистан согласился на решение кашмирского спора без посредников, т.е. без участия ООН, что было очень важно для Индии, не желавшей и не желающей вмешательства третьих сил в дела региона.

С 1989 по 2002 год в индийской части Кашмира шла своя «интифада» — вооруженный мятеж против властей, прямо и косвенно поддерживаемый Пакистаном. В 1999 году на севере линии контроля, в секторе Каргил, по инициативе Пакистана разразился вооруженный конфликт, закончившийся для него неудачно. В 2001–2002 годах два соседа, ставшие к тому времени обладателями ядерного оружия, были близки к полномасштабному противостоянию, но его удалось избежать. С 2003 года начался процесс улучшения отношений и поиска путей разрешения кашмирского конфликта. Спящее состояние кашмирского «вулкана» сохраняется до сих пор, хотя в полной мере он никогда не затухал, более того, в течение последних двух лет все чаще подавал признаки жизни.

Победа Бхаратия джаната парти на выборах 2014 года и Кашмир

На всеобщих выборах в индийский парламент весной 2014 года убедительную победу одержала партия индусских националистов, возглавляемая харизматическим лидером Нарендрой Моди. Более десяти лет он руководил правительством в западном штате Гуджарат. При нем штат добился впечатляющих успехов в экономике и социальной сфере, выйдя на первое место в Индии по темпам прироста подушевого дохода. Вместе с тем в 2002 году там произошли столкновения между индусами и мусульманами. В результате погибли более тысячи человек, главным образом, мусульмане. Хотя разбиравшаяся в причинах происшествия судебная коллегия признала Н.Моди невиновным «за недостатком улик», за ним тянется шлейф подозрений.

Среди сторонников и руководящего звена Бхаратия джаната парти (Индийской народной партии — БДП) ведущие позиции долгое время занимали умеренные силы. Именно к ним относился Атал Бихари Ваджпаи, возглавлявший индийское правительство в 1998–2004 годах. Выбор Н.Моди в качестве лидера предвыборной кампании и кандидата в премьер-министры от БДП поначалу не был единодушным. Однако, убедившись в популярности Н.Моди, даже умеренные лидеры партии высказались в его поддержку. В ходе избирательной кампании он занимал твердые позиции по внутриполитическим проблемам, но неизменно подчеркивал уважение к взглядам А.Ваджпаи по острым вопросам, таким как кашмирский.

Статья 370 и спор о гражданстве

Речь идет об особом статусе штата Джамму и Кашмир (ДиК), закрепленном в статье 370 индийской конституции. В соответствии с этой статьей действие любого акта, принятого центральным парламентом, распространяется на штат лишь после согласия на это его законодательного собрания (при передаче штатом полномочий центру в сферах обороны, внешних связей, коммуникаций). Важнейшее следствие статьи — признание особого статуса гражданина штата. Своими корнями он уходит в княжеский период, когда по акту 1927 года гражданами княжества, имеющими право обладать недвижимостью, признавались только его коренные жители. Это положение было закреплено и в законодательстве Джамму и Кашмира после его превращения из княжества в штат (State Subject Law). Возникшая в связи с этим обособленность не позволяет «размывать» коренное население за счет людей, переезжающих туда из других районов Индии. Отсутствие таких конституционных ограничителей в других странах привело, например, к массовой миграции китайцев (ханьцев) в автономные районы Тибет и Синьцзян, а в Израиле — к превращению традиционно арабских территорий в еврейские.

Отмена 370-й статьи давно ставилась в качестве одной из целей БДП. С этим был солидарен и Н.Моди. Однако в ходе предвыборного визита в ДиК в декабре 2013 года он предпочел выдвинуть план, согласно которому вопросы о статье 370 и статусе гражданина могут со временем стать предметом обсуждения. Столь же осторожно, не касаясь напрямую вопроса о статье, повел себя Н.Моди, став в мае 2014 года новым премьер-министром. Дважды, в июле и августе, он приезжал в штат с короткими визитами. В то время как отдельные члены его кабинета уже заявляли о желательности поднятия вопроса о статье, премьер затронул его лишь косвенно. Он, в частности, отметил, что наряду с «позитивной дискриминацией» коренных жителей статья 370 действительно изолирует штат от остальной Индии и внешнего мира, препятствуя свободному передвижению капитала и людей. Это весьма сильный аргумент на фоне плачевного экономического положения Кашмира. ДиК принадлежит к категории бедных индийских штатов с низким уровнем грамотности и высокой безработицей, особенно среди мусульман. Сильно пострадал штат от сентябрьского наводнения 2014 года. Под водой оказалась значительная часть главного города штата Сринагара и других населенных пунктов. По состоянию на середину сентября, жертвами наводнения стали уже около 200 человек.

Предстоящие выборы в штате и вероятная смена правительства

Причины тяжелого социально-экономического положения ДиК сложны и многообразны. Определенное место среди них занимает «закрытость» штата, но не она главная. Внутренняя обстановка в ДиК долгое время оставалась слишком напряженной, а трения между общинами слишком острыми. Из-за угрозы терактов штат наводнен подразделениями индийской армии и безопасности, здесь действуют чрезвычайные законы, позволяющие властям третировать мусульманскую молодежь.

В течение последних шести лет (в отличие от других штатов выборы в ДиК проходят раз в шесть, а не пять лет) местное правительство формировала коалиция двух партий — Национальной конференции (НК) и Индийского национального конгресса (ИНК). Главным министром был лидер НК Омар Абдулла. Хотя с 2008 года обстановка в штате была более спокойной, чем раньше, недовольство социально-экономическим положением вылилось в крупное поражение, которое НК и ИНК потерпели на выборах в индийский парламент весной 2014 года. Выделенные штату места поделили представители БДП и местной оппозиционной партии — Народной демократической (НДП) .

В октябре — ноябре 2014 года пройдут выборы в законодательное собрание штата, а в январе 2015 года начнет функционировать новое правительство. Скорее всего, НК выборы проиграет из-за неудовлетворенности населения положением дел. Местное отделение ИНК уже объявило, что отказывается от участия в выборах в коалиции с НК. Мусульманская НДП вряд ли станет блокироваться с БДП и, если не победит самостоятельно, образует блок с ИНК. Но не исключена и победа БДП, в случае если население последует призывам сепаратистов бойкотировать выборы. Сепаратисты — сторонники точки зрения о нерешенности судьбы бывшего княжества и необходимости проведения плебисцита — традиционно отказываются от участия в парламентской борьбе.

Вопрос о статье 370 в случае победы БДП будет не только поставлен, но и решен. Ее отмена вызовет возмущение даже мусульманских политиков из числа приверженцев единства с Индией. Омар Абдулла в ответ на высказанное представителем индийского кабинета пожелание покончить с особым статусом Кашмира заявил: либо статья сохранится в конституции Индии, либо Кашмир не будет ее составной частью. Один из ведущих руководителей БДП отреагировал жестким заявлением: Кашмир останется интегральной частью Индии, независимо от того, сохранится 370-я статья или нет.

Реакция Пакистана

Для Пакистана отмена 370-й статьи будет абсолютно неприемлемой, поскольку «закроет» вопрос о Кашмире. 11 мая 2013 года там тоже прошли выборы, и к власти пришла Пакистанская мусульманская лига во главе с крупным бизнесменом и известным политиком Навазом Шарифом. Когда в конце мая 2014 года Н.Моди пригласил всех лидеров Южной Азии на свою инаугурацию, Н.Шариф приехал в Дели, согласившись на условие не встречаться с руководителями кашмирских сепаратистских организаций.

Стремление Н.Шарифа добиться улучшения отношений с экономически сильным соседом разделяется в Пакистане не всеми. Против сдачи позиций по Кашмиру ради расширения торговли и экономического сотрудничества с Индией выступает, в первую очередь, армия. Именно она, вероятно, стоит за волной антиправительственных выступлений, охвативших Пакистан в августе 2014 года. Н.Шарифу, по всей видимости, удастся преодолеть кризис — слишком непопулярными оказываются требования митингующих и неубедительными основания, по которым они требуют отставки премьера и отмены результатов прошедших год назад выборов. Но из политического кризиса он выйдет сильно ослабленным.

Отмена встречи дипломатических представителей двух стран стала реакцией Индии на консультации, которые провел в Дели верховный комиссар (посол) Пакистана с одним из умеренных лидеров кашмирских сепаратистов из зонтичной организации под названием «Всепартийная конференция свободы» («All Parties Hurriyat Conference»). На решение Индии повлияли также возросшее напряжение в Кашмире, участившиеся перестрелки на линии контроля (фактической границе), убийства солдат и другие инциденты. Взаимные обвинения и стремление свести счеты с противником создают малоблагоприятный фон для переговоров.

Региональное соперничество и новый виток терроризма

Еще одна причина обострения двусторонних отношений кроется в возрастающей конкуренции между Индией и Пакистаном за влияние в Афганистане. Исламабад подозрительно относится к укреплению экономических позиций Индии в Афганистане и развитию индийско-афганского сотрудничества в сфере безопасности. Индия, в свою очередь, не хочет допустить усиления афганских талибов, которых она рассматривает как пропакистанскую силу.

Афганистан после ожидаемого вскоре серьезного сокращения численности боевых подразделений США и Международных сил содействия безопасности (МССБ) может вновь превратиться в арену гражданской междоусобицы. Очевидно, что экстремистски настроенные талибы примут в ней самое активное участие и попытаются воссоздать Исламский эмират, существовавший в 1996–2001 годах. Поддержка «Аль-Каиды» и пример организации «Исламское государство Ирака и Леванта» делают такой сценарий достаточно реалистичным.

В таких условиях Кашмир может снова взорваться и стать еще одним фронтом борьбы за исламистские цели. При этом нужно иметь в виду, что многие лидеры прежней «интифады» живы и даже остались на ранее занимаемых постах. Так, известный с 1990-х годов С.Салахуддин, президент действующего в Кашмире и запрещенного властями Объединенного совета джихада (United Jihad Council), выступил летом 2014 года с угрожающим заявлением о намерении талибов и других исламистов сфокусировать внимание на индийских объектах в Кашмире после того, как иностранные войска покинут Афганистан. Серьезным предостережением прозвучало и недавнее заявление нынешнего лидера «Аль-Каиды» Аймана аз-Завахири о создании ответвления этой террористической организации на индийском субконтиненте.

Бессилие глобальных игроков

Повторим в заключение, что уход основных сил США и НАТО из Афганистана оставляет джихадистам открытое поле деятельности. Ареал нестабильности в долгой войне с террором может легко включить в себя индийский Кашмир.

Основные международные силы, несомненно, заинтересованы в сохранении политической стабильности и в решении застарелых споров. Вместе с тем возможности «старых» глобальных игроков представляются ограниченными и не имеющими шансов на усиление. Индия давно и последовательно выступает против иностранного посредничества, в том числе и через ООН. Несколько большими возможностями обладает, по всей видимости, Шанхайская организация сотрудничества (ШОС). По решению завершившегося 12 сентября 2014 года в Душанбе 14-го саммита ШОС взяла курс на расширение. В недалеком будущем Индия и Пакистан могут превратиться из стран-наблюдателей в полноправных членов организации, для которой борьба с терроризмом становится одной из главных задач. Обе страны могут рассчитывать на помощь в этой борьбе двух крупнейших региональных держав — России и Китая. Однако в решении кашмирского вопроса им будет нелегко оказать реальное содействие.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Российский совет по международным делам
Распечатать страницу