Возможно ли создание независимого курдского государства на севере Ирака?

17.11.14
Эксклюзив

Возможно ли создание независимого курдского государства на севере Ирака?

Возможно ли создание независимого курдского государства на севере Ирака?

Аспирант кафедры прикладного анализа международных проблем Леонид Корольков — о том, что способствовало активизации курдского вопроса и насколько велика вероятность создания иракскими курдами независимого государства.

Последние годы ознаменовались активизацией иракских курдов на международной и региональной аренах. Импульсом к этому послужили события «арабской весны» и гражданская война в Сирии, изменившая статус сирийских курдов и, как следствие, придавшая актуальность курдскому вопросу в целом.

В 2014 году катализатором международной активности курдов послужило возвышение Иракского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ). После объявления о создании «Халифата» на территориях Ирака и Сирии иракские курды сосредоточились на решении двух ключевых задач: жизненно важной — борьбе с угрозой исламистов и политической — попытках продемонстрировать и зафиксировать свою полную независимость от Багдада.

В обоих случаях иракским курдам необходима поддержка международного сообщества, прежде всего основных участников антитеррористической коалиции — США и Евросоюза. Вторым важным фактором является региональный контекст — дальнейшее распространение ИГИЛ, развитие ситуации в Сирии и поведение стран, претендующих на региональное лидерство — Саудовской Аравии, Ирана и Турции, причем позиция Анкары имеет для курдов принципиальное значение.

Так или иначе, США будут играть ключевую роль в событиях, связанных с судьбой Ирака, в том числе и в том, что касается «Исламского государства» и Иракского Курдистана. Ирак для Вашингтона — это возможность доказать, что США все еще контролируют регион и отвечают за свои поступки. При этом сложившаяся в стране ситуация выгодно отличается от Ливии и Сирии наличием союзников среди местного руководства, как иракского, так и курдского.

Таким образом, в идеале администрация Обамы хотела бы придерживаться следующего сценария: американские авиаудары ослабляют боевиков ИГ, а отряды Пешмерга (курдские вооруженные силы) и правительственные войска с помощью региональных участников антитеррористической коалиции одерживают окончательную победу над ИГИЛ в Ираке.

Дальнейшей стабилизации обстановки при таком сценарии должны способствовать отстранение от власти наделавшего множество ошибок Нури аль-Малики и избрание нового — более гибкого — премьер-министра Хайдера аль-Абади. Обама в своих выступлениях отводил ключевую роль формированию инклюзивного правительства в Ираке и отмечал, что урегулирование ситуации в стране — дело рук самих иракцев.

При этом необходимость ведения наземных операций против «Исламского государства» на фоне недееспособности правительственных войск и разобщенности среди иракцев, годами культивировавшейся правительством Малики и подогревавшейся извне Турцией, Ираном и государствами Персидского залива, заставляет администрацию Обамы все больше ориентироваться на Иракский Курдистан.

Важность этой территории для американцев очевидна. За десять лет с момента вторжения коалиционных войск в Ирак курдам удалось воспользоваться предоставившейся автономией и создать успешно функционирующее монолитное территориальное образование со своей вполне стабильной экономикой и мощными, исторически закаленными вооруженными силами (Пешмерга).

При этом лояльность режима Масуда Барзани Вашингтону также не вызывает сомнений: своим развитием внутри Ирака, налаживанием экономических и политических отношений с Турцией, укреплением безопасности курды во многом обязаны США. В условиях нестабильности и угрозы со стороны исламистов американцы в этом году открыли в Эрбиле операционный центр ВС США и перевезли дипломатов из Багдада в Эрбиль. В интервью The New York Times Обама отметил: «Я действительно считаю, что курды использовали то время, которое они получили благодаря нашим солдатам в Ираке… Курдский регион функционирует так, как мы бы этого хотели».

Складывающаяся ситуация — успешные действия курдских отрядов против исламистов ИГ при поддержке международных игроков во главе с США на фоне раскола иракского общества и болезненного переходного периода в политической жизни страны — естественным образом наводит на выводы о возможном выходе курдской автономии из состава Ирака. Какие факторы говорят «за» и «против» возможной независимости Иракского Курдистана?

С одной стороны, независимость была бы логичным итогом эволюции Курдистана как наиболее монолитной, единой и гомогенной с точки зрения этнического состава и общественных интересов территории Ирака. На фоне успешного развития Курдистана в последние годы иракское правительство во главе с Нури аль-Малики все чаще нарушало свои обязательства перед курдами. Представитель Курдского регионального правительства (КРГ) в Лондоне Баян Рахман отмечает, что правительство Малики применяло тактику контроля и притеснений. По ее словам, на долю КРГ должно было (в рамках договоренностей) ежегодно приходиться 17% национального бюджета, однако иракское правительство ни разу не выделяло более 11%, а с января 2014 года выплаты и вовсе прекратились. На недавнем выступлении в Европарламенте глава Совета по национальной безопасности Курдистана Масрур Барзани заявил, что правительство в Багдаде игнорирует роль Пешмерга в борьбе с ИГ и с прошлого года перестало выплачивать довольствие курдским отрядам.

Спорным вопросом остается принадлежность Киркука — богатого нефтяными ресурсами исторически курдского города, населенного курдами, но территориально расположенного за пределами автономии. 30 июня Масуд Барзани заявил о готовности провести референдум о статусе Киркука, который, по его словам, должен был состояться еще в 2007 году. Победа на референдуме может стать отправной точкой к установлению курдской независимости. Равносильно Киркук может стать и яблоком непримиримого раздора между правительством Ирака и руководством Курдистана.

В региональном контексте ключевую роль в курдском вопросе играют Анкара и Тегеран. Еще несколько лет назад оба ключевых игрока выступали строго против независимости курдского образования, и этим во многом объяснялась скромная, компромиссная и практичная позиция правительства Барзани. Однако в последнее время наблюдаются изменения в линии Турции в отношении иракских курдов.

Многие ближневосточные исследователи, в том числе и турецкие, отмечают, что в Анкаре были бы не против появления независимого Курдистана. С 2009 года отмечается активизация экономических отношений Турции с Иракским Курдистаном. Турки активно инвестируют в развитие этого региона. При этом они заинтересованы в налаживании поставок курдской нефти.

С политической точки зрения возможная поддержка претензий Иракского Курдистана на независимость также соответствует внутриполитическим и региональным интересам Реджэпа Эрдогана. Режим Барзани не отождествляет себя с курдами в других странах, в частности, в Турции. Более того, его давление способствовало «усмирению» турецких курдов и их готовности вести переговоры с турецким правительством. При этом отделение Курдистана будет способствовать ослаблению все еще во многом ориентирующегося на ненавистный Эрдогану Тегеран Ирака. К тому же, как отмечают эксперты Европейского геополитического форума (EGF), в Анкаре в долгосрочной перспективе скорее предпочтут стабильный независимый Курдистан в качестве соседа, нежели «Исламское государство».

Против создания независимого Курдистана также свидетельствует множество факторов. Во-первых, есть сомнение, что международное сообщество в большинстве своем признает новое независимое государство. Крупнейшие заинтересованные игроки, по всей видимости, не приняли окончательного решения по этому вопросу, способному полностью перевернуть политический и экономический баланс на Ближнем Востоке, и заняли выжидательную позицию, которую можно описать как: «сначала курды должны победить ИГИЛ, а там видно будет».

Судя по недавним заявлениям Джона Керри, американцы до последнего постараются придерживаться плана «А» и попытаются примирить иракское правительство во главе с новым премьером и курдов, чтобы заставить их совместными усилиями разрешить назревший политический кризис и катастрофу в сфере безопасности.

Из Анкары также звучат противоречивые заявления. Эрдоган играет на курдском поле довольно сложную партию, включающую как внутриполитический, так и трансграничный аспекты. Взаимодействие с иракскими и сирийскими курдами, а также Рабочей партией Курдистана (РПК) видится турецкому президенту способом ослабить одних за счет других, современной версией подхода «разделяй и властвуй».

Однако помощь Масуда Барзани и его сторонников в деле усмирения РПК и сирийских курдов (совместно с которыми Пешмерга ведут бои против ИГИЛ в г. Кобани) не означает, что впоследствии Анкара поддержит их центробежные устремления. Эрдоган понимает, что — несмотря на все заверения Барзани и его давление на РПК — отделение Иракского Курдистана от Ирака создаст нездоровый региональный прецедент и станет примером для более чем 20 млн курдов, проживающих на территории Турции.

И все же события последних трех лет показывают, что воли крупных международных или региональных игроков не всегда достаточно, чтобы влиять и тем более контролировать процессы, происходящие на Ближнем Востоке. В этой связи представляется весьма вероятным дальнейший раскол Ирака, в результате которого может произойти отделение Курдистана и создание независимого (и, возможно, в течение долгого времени непризнанного) государства.

Сами иракские курды в официальных выступлениях всячески стремятся посеять в головах представителей международного сообщества идею о независимом Курдистане. Недавний визит Масрура Барзани в Брюссель подтвердил тенденцию на активизацию Курдского регионального правительства на международной арене. Курды пытаются наладить прямые контакты с крупными международными игроками в обход Багдада и Анкары. В тех же целях накануне визита Барзани в Европарламенте была создана группа «Европейских друзей Курдистана». Курдистан как обладатель значительных нефтегазовых ресурсов в перспективе представляется выгодным экономическим партнером ЕС. В данном случае именно экономический фактор служит катализатором обозначившейся «дружбы».

Отделение Курдистана от Ирака может повлечь за собой новую волну дестабилизации и хаоса на Ближнем Востоке и дальнейшие изменения политической карты региона. В целом, сложившаяся в Ираке ситуация является следствием событий так называемой «арабской весны» — нового исторического этапа всеобщей региональной нестабильности, выразившегося в смене режимов, возвышении радикального ислама, гражданских и межплеменных войнах и все еще способного обернуться дроблением традиционных государств.

Курдистан в таком контексте станет новым импульсом к продолжению начавшихся более трех лет назад событий и дополнительно обострит, как ни странно, как сам курдский вопрос, так и ситуацию в Ираке и Сирии, а также может оказаться в роли разменной карты в играх крупных мировых и региональных держав.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу