Туркменистан в ожидании выхода в Южную Азию

18.11.14

Туркменистан в ожидании выхода в Южную Азию

Эксперты МГИМО: Казанцев Андрей Анатольевич, д.полит.н.

Сегодня в Ашхабаде начинает работу двухдневный международный нефтегазовый форум. Одна из обсуждаемых тем — проект газопровода Туркменистан-Афганистан-Пакистан-Индия (ТАПИ), реализация которого должна удовлетворить растущие потребности азиатского энергетического рынка за счет экспорта туркменского газа. Ключевым вопросом остаются проблемы безопасности данного проекта, маршрут которого проходит через неспокойный Афганистан.

Президент Гурбангулы Бердымухамедов заявил накануне о необходимости активизировать работу по продвижению транснационального проекта газопровода ТАПИ и поставил перед туркменским ТЭКом задачу: приступить к строительству газопровода в будущем году. По его словам, «строительство ТАПИ послужит не только гарантом дальнейшего экономического роста стран-участниц проекта, их социального благополучия, но и, что особенно важно, будет способствовать поддержанию мира и упрочению политической стабильности во всем регионе».

В рамках ежегодного международного форума, по словам вице-премьера Баймурада Ходжамухаммедова, состоится заседание участников созданного накануне консорциума ТАПИ (TAPI Ltd), который и будет заниматься практической реализацией Трансафганского газопровода. Согласно проекту, протяженность трубы составит около 1800 км, пропускная способность — 33 млрд куб. м газа в год в течение 30 лет. Стоимость строительства газопровода, по данным индийской стороны, составит 12 млрд долл. Основными рынками сбыта станут Индия и Пакистан, которым будет поставляться по 14 млрд куб. м. Транзитному Афганистану достанется 5 млрд куб. м газа. Сырьевой базой должно стать туркменское месторождение «Галкыныш», которое, по оценке Ашхабада, является одним из самых крупных в мире. Лоббируют проект США.

Как сказал «НГ» эксперт по Центральной Азии и Ближнему Востоку Александр Князев, маршрут прокладки газопровода был определен не случайно: Тургунди-Герат-Шинданд-Гильменд-Кандагар-Спинбулдак, с выходом на Фазилку на индо-пакистанской границе. «Легко заметить, что именно эти узловые точки будущего маршрута являлись пунктами дислокации американских баз. Тем более что полного вывода американских военных не будет. Это значит, что одна из задач — сохранение западного военного присутствия в Афганистане — обеспечение безопасности газопровода ТАПИ», — сказал Князев.

Директор Аналитического центра МГИМО Андрей Казанцев также считает главной проблемой реализации ТАПИ безопасность, которая «сегодня почти нулевая». «Проект ТАПИ формально вписывается в американскую повестку дня. У Вашингтона есть соответствующий проект „Шелкового пути“, который предусматривает активизацию коммерческих контактов между Центральной Азией и Южной Азией. Однако нужно учитывать, что проект разрабатывался в другой ситуации, когда американцы вкладывались в безопасность в Афганистане. Сейчас же многое изменилось, безопасность в Афганистане никто не гарантирует, а следовательно, непонятно, кто будет отвечать или обеспечивать сохранность газопровода», — сказал «НГ» Казанцев. По его предположению, акционерам ТАПИ, возможно, придется за безопасность платить откупные полевым командирам «Талибана» — заодно это станет скрытой политической составной проекта ТАПИ: «Талибан» будет втянут в проект. «И это не ноу-хау. Давно не является секретом, что китайцы платят талибским командирам за обеспечение безопасности своих проектов в Афганистане. Такой подход можно будет взять на вооружение консорциуму ТАПИ. Беда, однако, в том, что на смену одному командиру может прийти другой или третий, кому покажется, что именно он заслуживает доли в ТАПИ, и шантаж продолжится», — считает Казанцев.

С другой стороны, ТАПИ возник 20 лет назад, поэтому если реализация растянется еще на 10 лет, то это не должно удивлять. «В любом случае, через год вряд ли начнутся какие-то работы. Ситуация малоподходящая: кроме фактора безопасности в Афганистане падают цены на нефть, недостатка в энергоносителях на мировом рынке на данном этапе нет. В Индии и Пакистане есть определенная потребность в газе, но ее можно обеспечить, например, покупкой у Катара сжиженного газа», — сказал «НГ» Казанцев.

Не исключено, что газопроводный вопрос обострит борьбу за влияние в Афганистане между Китаем, с одной стороны, и США и Великобританией, рядом арабских стран — с другой. Дело в том, что Иран строит альтернативный проект газопровода «Мир», подразумевающий поставки газа с иранского месторождения «Южный Парс» в Пакистан. США, в свою очередь, стремятся не допустить поставок иранского газа не только на Запад, но и на Восток. Тем более что Китай изучает возможность в случае реализации проекта «Мир» строительства ответвления трубы, которая будет идти параллельно Каракорумскому шоссе в КНР. «Китай агрессивно стремится доминировать в качестве импортера туркменского газа. Для Китая принципиально важно недопущение поставок газа в Индию в рамках общей конкуренции и противоборства Индии и КНР. Важным частным моментом для Китая является контроль над пакистанским портом Гвадар, который необходим для обеспечения безопасности китайских поставок энергоносителей из зоны Персидского залива. Гвадар присутствует в проекте ТАПИ как важнейший пункт доставки туркменского газа, создания производств по его сжижению и дальнейшей транспортировки морскими путями. В китайских же планах Гвадар — место постоянной дислокации ВМФ КНР, одно из звеньев „Нити жемчуга“ — сети опорных военно-морских баз Китая от Хайнаня до Африканского континента», — сказал Александр Князев. Китайское военно-морское присутствие в Гвадаре обеспечивает, в частности, передачу ответственности за безопасность энергопоставок от иранского порта Бендер-Аббас, контролирующего Ормузский пролив, китайскому ВМФ уже в Оманском заливе.

Кроме того, для Китая строительство ТАПИ чревато несколькими негативными моментами, в силу которых Пекин будет противодействовать его реализации, считает Александр Князев. По словам эксперта, в их числе — стремление Китая доминировать в качестве импортера туркменского газа; недопущение поставок газа в Индию в рамках общей конкуренции и противоборства Индии и КНР; усиление американского влияния в Афганистане и Пакистане; определенная заинтересованность КНР в газопроводе «Мир» из Ирана в Пакистан. «Две страны как минимум, Афганистан и Пакистан, становятся местом конкуренции Китая и Ирана — с одной стороны, США, Индии и ряда их союзников — с другой», — сказал «НГ» Александр Князев.

Виктория ПАНФИЛОВА

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Независимая газета»
Распечатать страницу