Балканы остаются регионом с неисчерпанным конфликтным потенциалом

01.10.15

Балканы остаются регионом с неисчерпанным конфликтным потенциалом

Эксперты МГИМО: Пономарева Елена Георгиевна, д.полит.н., профессор

— Существует известное выражение, согласно которому Балканы в начале 20-го века представляли собой «пороховой погреб Европы». Какова социально-экономическая ситуация в регионе на сегодняшний день и являются ли они «пороховым погребом Европы» сегодня?

Балканы были и будут оставаться «пороховым погребом Европы» в силу целого комплекса причин. Потенциальная конфликтность региона, с одной стороны, определена чересполосным проживанием народов с разными историческими судьбами, с разными культурными и религиозными ценностями, объединенными, в сущности, одной общей судьбой, имя которой «балканизация». События последнего двадцатилетия и прежде всего последствия разрушения социалистической Югославии показывают, что рок «балканизации» как перманентной «войны всех против всех» преследует регион и в ХХI веке.

С другой стороны, Балканский полуостров на протяжении веков был и остается ареной борьбы великих держав. Внешний фактор является определяющим в развитии региона. В свое время мудрый и жесткий политик Отто фон Бисмарк (1815–1898) провидчески заметил, «если в Европе начнется война, то из-за какой-нибудь глупости на Балканах». В новых исторических условиях Балканский полуостров — это зона продолжающего конфликта мировых центров силы, зона столкновения интересов ведущих игроков современности, среди которых сегодня не только и даже не столько государства, сколько наднациональные структуры. Среди них существенную роль играют такие организации, как ЕС, НАТО, МВФ, ведущие транснациональные компании. Столкновение интересов этих игроков определено следующим.

Во-первых, Балканы являются уникальной для Европы природной кладовой ресурсов, практически, всех видов, которые можно «приватизировать» про запас. Во-вторых, этот регион — удобный плацдарм для размещения военных баз НАТО в геополитических целях, например, для контроля Малой Азии и сдерживания непредсказуемого постсоветского пространства.

В-третьих, Балканы — срединная зона энерготрафика. Берусь утверждать, что тот, кто будет контролировать Балканы, будет управлять не только энергетическими потоками, но и определять политику зависимых от энергоресурсов стран. Ситуация вокруг «Южного» и «Турецкого» потоков убедительно доказала данный тезис.

В-четвертых, Балканский регион за последние 20 лет стал важнейшей транзитной зоной криминальных и террористических «услуг», если вообще такое сравнение применимо к движению наркотиков, нелегальной торговле оружием, человеческими органами и передвижением т.н. «псов войны», которые активно участвуют в различных видах террористической деятельности. В данном случае речь, прежде всего, идет о ситуации в Косово и вокруг него. В последние месяцы эта проблема актуализировалась в связи с огромными потоками беженцев, среди которых присутствуют не только криминальные элементы, но и радикальные исламисты.

И наконец, в-пятых, Балканы следует рассматривать как последний европейский рубеж противостояния интегрального Запада и России. Утрата Россией позиций и влияния в этом регионе, означает окончательное «выдавливание» ее из Европы, лишение е реальных и потенциальных союзников.

Таким образом, дестабилизация Балкан, подсушивание «балканского пороха» может быть выгодны целому ряду мирополитических игроков. Одним из способов контроля над пространствами является ограничение, «размывание» суверенитета балканских стран (посредством включения в разного рода наднациональные структуры) и ослабление экономики. В результате неолиберальных реформ, а в случае бывшей Югославии — военных конфликтов и военной интервенции во всех балканских странах сегодня очень сложная социально-экономическая ситуация. В некоторых (например, в Болгарии, Боснии и Герцеговине, Греции, Македонии, Сербии, в непризнанном Косово) просто катастрофическая. На хорватской границе размещены плакаты: «Дорогие беженцы! Добро пожаловать в Хорватию! Нет денег, нет работы. Следуйте в Словакию». Под этим плакатом могут подписаться все балканские страны.

На Ваш вопрос о социально-экономическом положении лучше всего ответят цифры, хотя далеко не все можно посчитать. Тем не менее, по Индексу человеческого развития Албания занимает 70 место в мире; Болгария — 57; Босния и Герцеговина — 81; Македония — 78; Румыния — 56; Сербия — 64; Хорватия — 47; Черногория — 51. По частично признанной Республике Косово этот показатель даже не просчитан. Достаточно сказать, что она занимает второе место в мире по уровню безработицы: более 55% трудоспособного населения не имеет возможности работать.

Не намного лучше с безработицей обстоят дела и в других странах. Ее уровень в Албании достигает 18%; в Болгарии — 12%; в Сербии и Хорватии этот показатель колеблется вокруг 20%; в Македонии — почти 30%, а в Боснии и Герцеговине — почти 45%. И это официальные данные, реальность намного страшнее. Так, за чертой бедности даже в Хорватии проживает более 20%, а в Македонии — это более 30%. Я уже не говорю про государственный долг, который в зависимости от страны колеблется от 25 4 (Болгария) и до 78% (Хорватия). Не только на основании цифр, но и по своим личным наблюдениям и контактам могу сказать, что балканские страны сегодня не просто депрессивные, они переживают архаизацию. В таких условиях, когда многим терять уже нечего, чтобы поджечь этот погреб в случае большой политической игры нужна будет лишь одна искорка.

— На сегодняшний день в Европе существует ряд регионов, которые схожи с Балканами в плане социально-экономической обстановки, однако именно Балканы вовлечены в текущий миграционный кризис. Чем, на Ваш взгляд, можно объяснить данное обстоятельство?

Балканы не просто вовлечены в текущий миграционный кризис, а являются одной из точек бифуркации развития современной Европы — отсюда может начаться новый виток варваризации Старого Света. Уверена, что бурный поток выходцев из Северной Африки и с Ближнего Востока, захлестнувший в последние недели Европу, явление не случайное, а хорошо подготовленный и организованный процесс. Хотя, главной причиной таких масштабных перемещений людей являются организованные и осуществленные европейской «элитой» (правда, под чутким руководством США) войны и вооруженные конфликты.

Почему же это организованный процесс? В Европе еще нынешней весной было, по разным оценкам, от 150 до 200 тысяч мигрантов с Ближнего Востока, Северной и даже Центральной Африки. До 2015 г. главным маршрутом для них был итальянский. С начала этого года началась обкатка балканского маршрута — я сама сидела в начале лета, как по улицам Белграда передвигались маленькими группами молодые люди спортивного телосложения, не говорившие по-сербски. По данным сербских спецслужб, два-три дня они находились в Сербии, потом уезжали, но их место занимали новые мигранты. Думаю, они отрабатывали маршрут, проводили своего рода разведку на местности. Тогда на проблему мигрантов особого внимания не обращали ни в Брюсселе, нив национальных государствах И вот в конце лета балканский маршрут заработал в полную силу — беженцы переправляются через море в Грецию; оттуда через Македонию, Сербию, Хорватию и т. п.
добираются до Венгрии. Но конечной точкой их «путешествия» являются богатые страны Центральной и Северной Европы. Прежде всего, Германия и Великобритания.

По самым оптимистичным оценкам поток мигрантов превысил 500 тысяч. А до конца года, по прогнозу ООН, достигнет миллиона. По пессимистичным — в ближайшие годы в Европу могут переселиться до 35 млн мусульман. Войны войнами, но кто же направляет этот поток. Почему он идет именно в Европу, а не в богатые мусульманские страны, например?

Так вот, российский ученый Владимир Шалак, работающий в Институте философии РАН, разработал уникальную аналитическую программу, которая позволяет приоткрыть завесу тайны над миграционными потоками в Европу. Шалак выяснил, что в августе в разы выросло количество сообщений в Твиттере, что Европа открывает ворота под лозунгом «Welcome, refugees» («Добро пожаловать, беженцы!»). В половине твитов с этим лозунгом в качестве приглашающей страны шла Германия, более чем в 10% — Венгрия, где сосредоточена ныне значительная масса вынужденных мигрантов. Все остальные страны упомянуты в разы меньше. Таким образом, поток в Европу сознательно направляется, и поэтому мигранты не стремятся в богатые мусульманские страны. Упомянутый В. Шалак выяснил, что максимальное количество твитов с лозунгом «Беженцы! Добро пожаловать в Германию» разместили граждане США и Великобритании. Кстати, такая же картина наблюдалась и в начале украинского кризиса.


Иными словами, несчастных кто-то сознательно отправляет в Германию, рассказывая, что там их очень ждут. Логистика миграционных потоков на самом высоком уровне — беженцы отлично знают маршруты, перевалочные пункты, транспортную инфраструктуру на пути в Германию. Более того, они даже знают, как надо вести себя с полицейскими и что следует говорить журналистам.

Сегодня всем хорошо известно, что социальные сети широко использовались для «цветных революций» на Ближнем Востоке, которых даже называют «твиттерными». Теперь есть неопровержимые доказательства, что именно социальные сети и разного рода мобильные приложения используются и для активизации потока беженцев, значительную часть которых составляют молодые мужчины в возрасте до 35 лет, имеющие современные мобильные устройства. В очередной раз в новейшей истории соцсети и особенно Твиттер становятся мощнейшим инструментом социальной инженерии и геополитики. В современно высокотехнологичном мире они позволяют получать результаты эффективнее, чем пушки и автоматы.

Что же бежит из арабских стран? Основная часть беженцев идет из Сирии, где пятый год бушует война, развязанная США и странами НАТО и ведущаяся руками исламских фундаменталистов. Свою лепту в эту войну вносят Турция, Саудовская Аравия, Катар.

Из распадающейся Сирии, в которой проживал 21 млн человек, бежал к настоящему времени примерно каждый четвертый ее житель, или около 5 млн. Подавляющая часть из них сейчас находится в лагерях, построенных на деньги ЕС, аравийских монархий и ООН в Турции, Ливане, Иордании и Ираке. В этом году часть беженцев, в первую очередь, опять же, молодые мужчины, из лагерей стали ехать в Европу. Плюс, со второй половины года в Европу побежали сирийские христиане, алавиты и другие национальные и религиозные меньшинства, поддерживающие Башара Асада. При этом, сирийское законное правительство было и остается единственной властью, стоящей на пути «Исламского государства» и его союзников, которых активно вооружают и поддерживают США и Турция. Фанатики-исламисты
и борцы с режимом Асада планируют физическое уничтожение алавитов, христиан и других меньшинств. И это не преувеличение. Очевидно, что в таких условиях люди пытаются спастись любой ценой. Но вернемся к плановости процесса миграции. По европейскому законодательству человек, даже не получивший статус беженца, а лишь запросивший его, на период рассмотрения своего дела имеет право легально жить, учиться, работать в Европе, получать пособие. Ему гарантировано бесплатное проживание до тех пор, пока заявление не будет рассмотрено в службах миграции и беженцев. Исходя из европейских стандартов расходов на беженцев, можно посчитать примерную цену нынешней волны. Она, конечно, велика и составляет миллиарды евро. Но все-таки
не десятки, и тем более не сотни, которые могли бы разорить Европу. Но если такая нагрузка будет увеличиваться в течение длительного времени, то очевидно ухудшение положения граждан ЕС, за счет того, что придется делить бюджет и на мигрантов.

Помимо официальных, открытых экономических издержек, такая масштабная миграция несет иные риски, связанные с увеличением наркотрафика и торговлей оружием. Не исключаю также новый всплеск нелегальной торговли человеческими органами и иных видов криминальной деятельности.

В итоге Европу и Балканы в том числе ожидает, мягко говоря, тревожное будущее. Исламизация, радикализация и дестабилизация европейского социального и политического пространства при таком потоке беженцев неизбежны. Сегодня в Европу едут не только квалифицированных специалистов, но и представителей т.н. «группы риска», которые могут быть включены в различные террористические и экстремистские структуры. В свое время, А. Тойнби писал: самое страшное время для Европы настанет тогда, когда внутренний пролетариат соединится с внешним. Похоже, что это «страшное время» наступает. Только сегодня речь идет не о пролетариате, а о внутреннем слое недовольных положением в Европейском союзе и в своих странах (безработные, находящиеся за чертой бедности) и внешнем — о мигрантах. Радикальные элементы, которые попадают с миграционными потоками в Европу, легко и быстро могут найти своих сторонников среди радикально настроенной молодежи любой европейской страны. Таким образом, будет происходить создание гремучей смеси — возникновение банд радикалов, которым не чего терять. Это с одной стороны. С другой — я не исключаю возможности активной борьбы за создание чего-то подобного «Исламскому государству» в Европе. К тому же стартовая площадка уже есть на Балканах — «государство-бандит» Косово.

Таким образом, проблем для Балкан с каждым годом не становится меньше. Наоборот, они растут как снежный ком. В связи с этим хочу сказать, что отечественные исследователи в течение многих лет писали о подобных рисках и вызовах. Но политики были глухи к нашим прогнозам. Возможно, в новых исторических условиях связь науки и политической практики станет реальной и будет приносить реальные плоды в виде безопасности и успешного развития.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Распечатать страницу