Что сулит визит российского президента в Японию?

28.10.16
Эксклюзив

Что сулит визит российского президента в Японию?

Эксперты МГИМО: Стрельцов Дмитрий Викторович, д.ист.н., профессор

Профессор кафедры востоковедения Дмитрий Стрельцов — о перспективах решения «курильского вопроса» в ближайшем будущем.

В связи с приближением сроков первого за последнее десятилетие официального визита В.Путина в Японию в мире впервые за много лет заговорили о реальной возможности прорыва в деле решения пресловутого «курильского вопроса». Особенно эти разговоры усилились после двух встреч на высшем уровне, прошедших в России в 2016 году: в мае в Сочи и в сентябре во Владивостоке.

К достижению компромисса по проблеме пограничного размежевания страны активно толкают геополитические соображения. Японию тревожит рост военных амбиций Китая и недостаточный, на ее взгляд, уровень гарантий безопасности со стороны США, которые не горят желанием вступать в вооруженный конфликт с этой ядерной державой, вызванный японо-китайским территориальным спором вокруг островов Сэнкаку.

В Токио опасаются китайско-российского сближения в военно-политической области, наметившегося на фоне растущей конфронтации Москвы с Западом, и прилагают все усилия, чтобы не допустить формирования российско-китайского блока на антияпонской основе. В свою очередь, в России появились признаки некоторого разочарования в отношении Китая: Пекин не поддержал Россию по украинскому вопросу, заняв подчеркнуто нейтральную позицию, не признал Крым российской территорией и одновременно попытался воспользоваться экономическими трудностями России для получения односторонних выгод, например, по ценам на российский газ. 

Реверанс Москвы по отношению к Токио — это однозначно часть ее политики по хеджированию рисков и выстраиванию более сбалансированной дипломатической стратегии в Азии.

К активизации усилий по решению пограничного вопроса с Москвой Токио толкают внутриполитические соображения. Для японского премьер-министра С.Абэ это вопрос личных амбиций: он хочет оставить след в истории как деятель, усилиями которого Япония вернула себе часть потерянных в ходе войны территорий. Свою роль играет и возможность правящей администрации получить дополнительные пропагандистские очки в условиях фактического краха надежд на новый экономический подъем: успех на российском направлении может существенно повысить шансы Либерально-демократической партии на выборах в нижнюю палату, которые, по слухам, намечается провести уже в январе следующего года.

Торопит официальный Токио и временной фактор: постепенно уходит поколение японцев, когда-то живших на спорных островах, что лишает его возможности использовать гуманитарный козырь. Кроме того, через определенное время продолжительность административного контроля России над островами превысит период, в течение которого ими владела Японии, что поставит ее в невыигрышное положение в международно-правовом отношении. К тому же происходят и качественные подвижки в общественном мнении Страны восходящего солнца: по социологическим опросам, более половины японцев выступают за компромисс с Россией, хотя ранее картина была более неблагоприятной для перспектив решения спора.

В свою очередь, Россия, энергично развивая отношения с Токио, стремится использовать Японию как мостик в выстраивании отношений с Западом. Решение спора помогло бы Москве решить и многие экономические проблемы: крупные проекты с участием японского капитала способствовали бы выправлению «китайского крена» в российских внешнеэкономических связях, ослаблению негативных для российской экономики последствий санкционного режима, реализации задач по развитию депрессивных территорий Сибири и Дальнего Востока и т.д.

Нельзя не упомянуть и о личных амбициях президента Путина. Как и его японский визави, он мечтает остаться в истории как деятель, решивший проблему пограничного размежевания с соседями. Именно в годы его правления Россия урегулировала пограничный вопрос с КНР и Норвегией. На очереди теперь Япония.

Следует в этой связи упомянуть о том, что фактор личностей лидеров двух стран создает благоприятный фон для решения спора. Как президент В.Путин, так и премьер С.Абэ в глазах собственных народов имеют прочную репутацию патриотов, доказавших свою способность решительно отстаивать национальные интересы страны. По этой причине они пользуются значительной свободой рук в деле принятия компромиссного решения по пограничному спору без риска собственного политического самоубийства.

Однако если С.Абэ сейчас находится под давлением со стороны общественного мнения, требующего скорого и реального прогресса, для В.Путина ситуация прямо противоположная: 71% россиян, по опросам, выступают против выполнения зафиксированного в Декларации 1956 года обязательства России по передаче Японии двух меньших островов.

Можно ли ожидать урегулирования проблемы на предстоящей в декабре встрече двух лидеров? В своем сентябрьском интервью информагентству «Блумберг» российский президент недвусмысленно заявил, что Россия «не торгует территориями». Однако двигаться в направлении решения вопроса на основе компромисса стороны могут и должны.

В ходе встречи с российским президентом в Сочи в мае этого года С.Абэ предложил проявить «новый подход, свободный от идей прошлого». И хотя содержание этой идеи конкретизировано не было, многие в России восприняли «новый подход» как готовность японской стороны пойти в отношениях с Москвой на реальное отделение политики от экономики, построить с ней тесные экономические и доверительные политические отношения, создавая тем самым атмосферу дружбы и добрососедства, а на более позднем этапе вернуться к обсуждению вопроса о пограничном размежевании. Именно поэтому выдвинутый С.Абэ «план из восьми пунктов» нашел искреннюю поддержку со стороны Москвы как путь, не ассоциируемый с вульгарной сделкой по формуле «помощь в обмен на территории».

В Японии активно обсуждается вариант «два плюс альфа», в который разные авторы вкладывают различное содержание. В то же время ясно, что сценарий, по которому Россия сразу передает Японии Хабомаи и Шикотан, а на более позднем этапе начинает переговоры о судьбе Итурупа и Кунашира, для Москвы изначально неприемлем. Ни при каких условиях Россия не согласится идти дальше условий, обозначенных в статье 9 Декларации 1956 года. Однако «отказ» Японии от двух больших островов, которые, согласно официальной позиции, представляют «исконные территории Японии», представляет огромную внутриполитическую проблему для администрации Абэ, которой придется объяснить общественному мнению мотивы этого шага.

На этом фоне примечательна утечка информации, допущенная газетой «Нихонкэйдзай» 17 октября, согласно которой российская и японская стороны ведут консультации о совместном управлении всеми четырьмя южно-курильскими островами. По всей видимости, речь идет о поиске какого-то варианта, который подсластит для Токио «горькую пилюлю», связанную с отказом от политики «возвращения четырех островов».

Продавливая идею совместного управления, Япония, вероятно, добивается особого правового статуса этих территорий, в отношении которых российский суверенитет будет размыт. Активно распространяемая информация о возможности «совместного управления» преследует цель расшатать российские правооснования на Южные Курилы. Бесспорно, взаимное признание некоего статуса «совместно управляемых территорий», на которых будут действовать законы обоих государств, был бы для Японии уже большим шагом вперед. Однако для России такой путь был бы равнозначен отходу от принципиальной позиции, согласно которой Курильские острова находятся под ее суверенитетом по итогам Второй мировой войны.

Решать курильскую проблему необходимо сразу и навсегда, без каких-либо промежуточных вариантов, которые неизбежно создадут повод для новых споров. Единственный путь здесь — опираться на статью 9 Декларации 1956 года, которая является частью международно-правовых обязательств России как правопреемницы СССР и которую она обязана выполнять в соответствии со своей конституцией. Что касается дополнительных бонусов в случае решения проблемы, для России вполне приемлем вариант, когда на Курилах при сохранении суверенитета Российской Федерации будет создана совместная экономическая зона, где станут действовать особые правила и даже законодательные нормы, облегчающие приход туда японского бизнеса.
.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу