Инвестиционный вектор сотрудничества Китая и Великобритании: жизнь после Brexit

20.09.16

Инвестиционный вектор сотрудничества Китая и Великобритании: жизнь после Brexit

Эксперты МГИМО: Арапова Екатерина Яковлевна, к.экон.н.

15 сентября 2016 г. стало известно о том, что правительство Великобритании одобрило проект строительства АЭС Hinkley Point при участии китайской госкорпорации, решение по которому было отложено в июле из соображений безопасности и необходимости более детальной проработки вероятных последствий расширения инвестирования китайскими компаниями в стратегические сектора экономики. При этом британские власти ввели новые защитные меры с целью сохранить контроль над иностранными инвестициями в стратегические инфраструктурные проекты, в том числе в атомную энергетику.

Ситуация вокруг Hinkley Point свидетельствует о том, что, с одной стороны, британское правительство не может позволить себе разбрасываться стратегическими партнерами из числа неевропейских государств. С другой стороны, новые власти будут более активно и ревностно отстаивать интересы национальной безопасности, пользуясь независимостью в проведении внешнеэкономической политики, полученной после выхода из ЕС.

Решение о выходе из ЕС может привести к тотальному изменению баланса сил на внутреннем рынке Великобритании, а также географической и отраслевой структуры торговых и инвестиционных потоков. Соответствующие изменения могут затронуть и Китай, который выступает одним из наиболее динамичных инвесторов в экономику страны.

Экспансионистская инвестиционная политика Китая

Китай сохраняет позиции третьего по величине мирового инвестора, уступая только США и Японии. Общий объем китайских прямых иностранных инвестиций (ПИИ) за рубеж в 2015 г. достиг 128 млрд долл., прирост по сравнению с 2014 г. составил 3,6%. К 2020 г., по оценкам немецких экспертов, этот показатель может увеличиться почти вдвое — примерно до 250 млрд долл.

Большая часть китайских ПИИ направлялась в сферу услуг, розничную торговлю, транспорт и финансовую сферу, в то время как инвестиции в производство значительно сократились. Доля сферы услуг в 2015 г. выросла до 55%, а доля реального производства снизилась до 33%. Особенно активно китайские компании инвестировали в отрасли, связанные с развитием инфраструктуры.

Сравнительно более высокие темпы роста китайских инвестиций наблюдаются в страны-партнеры Китая по Азиатскому региону. Так, в 2015 г. объем ПИИ в другие развивающиеся государства Азии вырос почти в 1,8 раза, в первую очередь благодаря расширению инвестирования в рамках масштабных проектов «Экономического пояса Шелкового пути» и «Морского Шелкового пути XXI века». В то же время Пекин проводит активную политику географической диверсификации инвестирования и укрепляет свое торговое и инвестиционное присутствие на зарубежных рынках, включая европейские.

В последние годы Китай выступает одним из крупнейших инвесторов в экономики развитых государств Европы, в том числе благодаря проведению трансграничных мегасделок по слияниям и поглощениям. Например, в конце 2015 г. китайская госкомпания China National Chemical (ChemChina) осуществила сделку по приобретению итальянской Pirelli (PECI.MI) на сумму 9 млрд евро. В августе 2016 г. она получила одобрение на покупку швейцарской Syngenta за 43 млрд долл.

Китайские корпорации активно внедряются в альтернативную энергетику, инвестируя и покупая, например, офшорный бизнес по выработке ветровой энергии, который принадлежит крупным европейским энергетическим компаниям и располагается преимущественно на территории Великобритании. Речь идет, в частности, о сделках по приобретению китайской госкорпорацией State Development and Investment Corporation офшорного бизнеса испанской компании Repsol в мае 2016 г., приобретению компанией China Three Gorges Corporation 30% в офшорном проекте Moray Firth у португальской компании EDP Renovaveis и пр.

Важно отметить, что в последние годы в инвестиционной политике Китая за рубежом наметились существенные изменения.

Во-первых, происходит стремительная переориентация с инвестирования в реальный сектор на сферу услуг и участие в крупных инфраструктурных проектах.

Во-вторых, расширяется инвестирование в относительно более высокотехнологичные проекты, в том числе в альтернативную энергетику, биотехнологии и т.п. Растет и число сделок по приобретению высокотехнологичных компаний и производств, которые китайские власти рассматривают в качестве самого быстрого и эффективного способа получения доступа к передовым технологиям.

В-третьих, наибольшая доля в общем объеме китайских ПИИ принадлежит госкорпорациям (около 70% по состоянию на 2015 г.). При этом общий тренд 2000–2015 гг. оказался восходящим.

В-четвертых, китайские корпорации постепенно переходят от инвестирования в качестве миноритарных акционеров с целью извлечения прибыли к приобретению зарубежных компаний, увеличению своей доли в проектах, участию в процессе принятия решений и использовании инфраструктурных объектов в соответствии с собственными стратегическими приоритетами. Последняя тенденция может вызывать обеспокоенность стран-реципиентов по поводу возможной утраты контроля над стратегическими инфраструктурными объектами и возникновения угроз национальной безопасности.

Китайская экспансия в Великобритании

За период 2000–2015 гг. Великобритания заняла первую позицию среди государств Европейского союза по объему накопленных китайских ПИИ — 15,164 млрд евро против 11,186 млрд у Италии, 9,485 млрд у Франции и 7,905 млрд у Германии. По данным международной юридической компании Baker & McKenzie, в 2015 г. объем китайских инвестиций составил 3,3 млрд долл.

До 2012 г. основными направлениями инвестирования были банковский сектор, солнечная энергетика, автомобилестроение и коммуникационная отрасль. В последние годы наметился тренд к росту вложений в более технологичные производства и инфраструктуру, в то время как финансовый сектор и реальное производство уступают свои позиции. Кроме того, от приобретения незначительных долей в бизнесе китайские корпорации переходят к активизации сделок по слияниям и поглощениям. Несмотря на снижение в стоимостном выражении соответствующих сделок, проведенных китайскими инвесторами на британском рынке, их количество стремительно растет. При этом средства вкладываются главным образом в объекты недвижимости, добывающую и нефтегазовую отрасли, строительство и транспорт, розничную торговлю и финансовый сектор.

Инвестирование в крупные инфраструктурные объекты Великобритании остается одним из стратегических приоритетов китайских компаний. В 2012 г. China Investment Corporation купила долю в 8,68% в Thames Water Utilities Ltd. и 10%-ную долю в Heathrow Airport Holdings. Годом ранее китайская Cheung Kong Infrastructure Holdings осуществила сделку по приобретению компании Northumbrian Water. Вкладывая все больше средств в крупные инфраструктурные объекты, корпорации из КНР намерены использовать их в качестве плацдарма для расширения своего присутствия в Европе. Так, Beijing Construction Engineering Group инвестировала в проект Airport City Manchester, Chinese Construction Company планирует участвовать на паритетной основе (50:50) в проектах британской строительной компании Carillion, а China Railway Group разрабатывает предложение по инвестированию в проект High Speed 2.

Стремительное наращивание китайскими госкорпорациями вложений в стратегически важные проекты и объекты, усиление влияния и приобретение британских компаний в высокотехнологичных отраслях вызывают у нового правительства Великобритании опасения по поводу ослабления в долгосрочной перспективе контроля над крупными объектами инфраструктуры и производствами. Обеспокоенность вызывает и более активное приобретение китайцами британской жилой и коммерческой недвижимости. Так, за первые два месяца 2016 г. китайские компании и частные лица купили недвижимость на 560 млн фунтов стерлингов, что составило 40% от всей недвижимости, приобретенной в Великобритании за 2015 г.

Великобритания — не единственное государство, которое в последнее время настороженно относится к экспансионистской инвестиционной политике госкорпораций КНР. Опасения по поводу нарастающего влияния Китая и усиления контроля над крупными стратегическими инфраструктурными проектами за счет участия в инвестировании выразили и власти Австралии. В апреле 2016 г. директор Австралийского института стратегической политики и по совместительству руководитель экспертного совета при правительстве Питер Дженнингс заявил о необходимости проявлять большую бдительность и взвешенность в отношении китайских инвестиций в стратегически важные инфраструктурные проекты на территории страны. Он призвал учитывать не только экономическую целесообразность привлечения инвестиций в краткосрочной перспективе, но и возможные долгосрочные последствия этого процесса для национальной безопасности.

На распутье: в поисках золотой середины

По оценкам ученых Лондонской школы экономики, выход Великобритании из Европейского союза приведет к снижению объемов привлеченных ПИИ примерно на 22%, что повлечет за собой падение реальных доходов населения на 3,4%. В то же время убытки от сокращения объемов внешней торговли могут составить лишь 2,6% даже в рамках пессимистичного сценария. Выход из ЕС затронет в первую очередь автомобильную промышленность и финансовый сектор.

Очевидно, что после выхода из ЕС и потери значительной части инвестиций, поступавших в страну от европейских институциональных инвесторов, Великобритания будет стремиться более активно привлекать инвестиционных партнеров из третьих стран. И первыми в очереди окажутся китайские компании, которые имеют относительно избыточные инвестиционные ресурсы. Сотрудничеству Великобритании и КНР в сфере инвестиций будет также способствовать взятый китайским руководством курс на активное инвестирование за рубежом.

Перспективы инвестиционного взаимодействия Великобритании с Европой и третьими странами, в частности с Китаем, будут зависеть, во-первых, от реализуемого сценария выхода из ЕС, во-вторых, от внешнеэкономического курса нового британского правительства. Пока неопределенность сохраняется в отношении как первого, так и второго.

Хотя движение инвестиционных потоков в большей степени подвержено влиянию Brexit, возникшая неопределенность относительно будущего внешнеэкономического курса Великобритании, а также попытки правительства сохранить за собой контроль над иностранными инвестициями в стратегические отрасли и проекты вряд ли скажутся на планах китайских инвесторов вкладывать средства в британскую экономику.

В ближайшие годы привлекательность британского рынка с точки зрения вложения средств и как плацдарма для расширения торгового и коммерческого присутствия в Европе будет только расти. Тем не менее китайские госкорпорации будут продолжать продавливать собственные интересы и стремиться к наращиванию инвестиций в инфраструктуру.

В свою очередь, политика Великобритании в отношении китайских инвесторов будет формироваться под влиянием двух противоположно направленных тенденций.

Первая тенденция — резкое повышение значимости китайского капитала для экономического развития Великобритании. Это произойдет в первую очередь за счет потери значительной части средств, которая ранее поступала от европейских институциональных инвесторов. Кроме того, обострение конкуренции за китайский капитал между Великобританией, Германией, Францией и Италией может подтолкнуть британское правительство к смягчению условий доступа в экономику иностранного капитала, в том числе ПИИ из Китая.

Вторая тенденция — после выхода из ЕС и обретения независимости в проведении своей внешнеэкономической политики власти Великобритании будут более ревностно относиться к защите собственных интересов в области безопасности и стратегически важных секторов от проникновения иностранного капитала. Это может коснуться прежде всего привлечения ПИИ в крупные инфраструктурные проекты (строительство объектов транспортной и энергетической инфраструктуры), а также условий приобретения иностранными инвесторами британской недвижимости. В связи с этим могут усложниться процедуры согласования сделок, увеличиться сроки принятия решений, в отдельных случаях могут быть законодательно введены ограничения или ужесточены условия участия иностранного капитала в стратегически важных проектах и в приобретении объектов недвижимости.

Британские эксперты и парламентарии не раз поднимали вопрос о введении ограничений на доступ иностранных инвесторов к покупке недвижимости в стране. Очевидно, что реализация данных инициатив ударит в первую очередь по китайским инвесторам.

Исходя из этого, в среднесрочной перспективе можно ожидать некоторых изменений в отраслевой структуре китайских ПИИ в Великобританию: доля инвестиций в коммуникационный сектор, финансовую сферу, розничную торговлю и высокотехнологичные производства может вырасти, а в транспорт, энергетику и приобретение недвижимости — снизиться.

Таким образом, Великобритания будет балансировать между желанием нарастить приток в страну прямых иностранных инвестиций (в свете очевидного сокращения финансовых вливаний из Европы) и стремлением соблюсти интересы национальной безопасности. Политика в отношении китайских инвестиций будет зависеть от того, какая чаша весов перевесит, в какой степени британские власти смогут сохранить партнерские отношения с Европой и привлечь инвестиции из других крупных мировых инвестиционных центров.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Российский совет по международным делам
Распечатать страницу