Итоги 2019 года для Великобритании. Брекзит состоится

03.01.20
Итоги года

Итоги 2019 года для Великобритании. Брекзит состоится

Эксперты МГИМО: Капитонова Наталия Кирилловна, д.ист.н., профессор

Профессор кафедры истории и политики стран Европы и Америки Н.К.Капитонова — об итогах 2019 года для Великобритании.

Прошедший под знаком Брекзита, 2019 год был наполнен яркими и драматичными событиями. Уже 15 января в парламенте состоялось голосование по соглашению о «разводе» с Евросоюзом, подписанному Терезой Мэй в ноябре 2018 г. по окончании долгих переговоров с Брюсселем. Хотя провал соглашения был вполне предсказуем, так как условия выхода не устраивали ни сторонников Брекзита, ни его противников, действительность превзошла все ожидания: никогда ранее за всю историю существования парламента правительство не терпело такого разгрома. Соглашение было провалено большинством в 230 голосов. Таким образом, жесткие переговоры Лондона с Брюсселем, в ходе которых Тереза Мэй подвергалась давлению как со стороны однопартийцев-евроскептиков и оппозиции, несогласных с условиями «развода», так и со стороны Евросоюза, которому удалось сплотить ряды и успешно диктовать Британии свои условия, в том числе в вопросах очередности обсуждения проблем, размера «отступных», длительности переходного периода, закончились «историческим поражением» — так охарактеризовали произошедшее британские СМИ.

Некоторым утешением для Терезы Мэй стала одержанная ею победа при голосовании вотума доверия правительству, состоявшегося на следующий день по требованию оппозиции: ее поддержали 325 депутатов, против проголосовало 306. Вместе с тем, победа оказалась «пирровой», так как она не привела к выходу из тупика, в который зашли отношения набирающего власть Вестминстера с Уайтхоллом. При этом обстановка в стране оставалась сложной: нескончаемые митинги и демонстрации сторонников и противников Брекзита, министерская чехарда (только слета 2017 г. в отставку ушло 36 членов правительства), запасающиеся лекарствами и продуктами, уставшие от ожидания и опасающиеся обвального Брекзита британцы. В свою очередь, Брюссель призывал непримиримых друг к другу «брекзитеров» и «римейнеров» приступить к консультациям, чтобы выработать единый подход, который он готов был рассматривать. Однако, ни премьер, ни лидер оппозиции не проявляли желания к сотрудничеству, а намеренная во что бы то ни стало выполнить волю народа и воспринимавшая это как свою миссию Тереза Мэй отвергала пролонгацию сроков выхода из ЕС, что грозило Брекзитом без соглашения.

Желание «дожать» палату общин заставило ее 12 марта (в преддверии объявленного выхода) вновь поставить на голосование проваленное в январе соглашение о «разводе». Как и ожидалось, оно было вновь провалено с разгромным счетом: 391 против 242, при этом против своего правительства проголосовали 75 тори, включая семерых членов Кабинета. На следующий день палата проголосовала за запрет выхода из ЕС без соглашения, и вновь большая группа депутатов-тори поддержала оппозицию. Раскол в консервативной фракции становился непреодолимым, а дальнейшая судьба Брекзита оказалась в руках Евросоюза, решающего вопрос о продлении «британской агонии» — отсрочке «развода» после вынужденного обращения об этом Лондона. В этих условиях Мэй попыталась протащить пресловутое соглашение в третий раз и вновь потерпела поражение. Ее оппоненты — как «брекзитеры», так и «римейнеры» — не поддались на шантаж (поддержка соглашения или обвальный выход, соглашение или повторный референдум, что может означать отмену Брекзита вообще). С упорством, достойным лучшего применения Мэй настаивала на том, что пресловутой сделке нет альтернативы.

На состоявшемся во второй половине марта саммите ЕС отсрочка на полгода (до 31 октября) была Британии предоставлена. Это вынудило ее принять участие в майских выборах в Европарламент, которые отчетливо продемонстрировали недовольство избирателей неспособностью тори осуществить волю народа, выраженную на референдуме: они потерпели сокрушительное поражение, завоевав только четыре места (11,8% голосов) против 29 мест (30,5%) у созданной Н.Фэражем Партии Брекзита. Лейбористы (10 мест, 13,7%) и либерал-демократы (16 мест, 19,6%) также остались далеко позади. К тому же консерваторы потеряли 1300 мест на выборах в местные органы власти. В условиях выхолащивания Брекзита партия Фэража грозила отобрать у тори голоса на будущих парламентских выборах (аналитики предсказывали ей 15 и более процентов).

Стремительное углубление небывалого политического кризиса, вылившегося в гражданскую войну между правительством и парламентом, неспособным прийти к какому-либо консенсусу по вариантам выхода из ЕС, провал переговоров Мэй с оппозицией, выраженная ею готовность рассмотреть вариант с проведением повторного референдума заставили однопартийцев усилить давление на премьера с целью заставить ее уйти в отставку немедленно (согласно правилам, пережив неудавшуюся попытку свержения в декабре 2018 года, она могла продолжать руководить партией вплоть до конца декабря 2019). Обструкция лидеру со стороны рядовых членов фракции тори, проигнорировавших такое важное событие, как час вопросов и ответов премьера в парламенте, заставила Терезу Мэй осознать, что ее время окончательно вышло. 7 июня она, наконец, сложила с себя полномочия лидера Консервативной партии и премьер-министра. Ее недолгое (трехлетнее) правление оценивается как бесславное не только потому, что она не смогла решить главную задачу — вывести страну из Евросоюза, но и в связи с отсутствием каких-либо достижений на других направлениях политики, как внутренней, так и внешней.

Недостатка в желающих занять освободившееся кресло не наблюдалось: 10 претендентов, включая действующего и бывшего глав Форин офис Дж.Ханта и Б.Джонсона, а также ведущих членов правительства. C cамого начала последний ушел в большой отрыв, став бесспорным фаворитом не только у парламентской фракции тори, быстро отсеявшей других претендентов, но и у подавляющего большинства членов партии на заключительном этапе выборов: он победил со счетом 66% против 44% у Ханта.

Таким образом, 24 июля премьер-министром страны стал 55-летний Борис Джонсон, самый яркий британский политик, архитектор Брекзита, разрушитель стериотипов, действующий на контрасте с рафинированными политиками и вызывающий у людей сильные эмоции (от слепого обожания до полного неприятия), личность эпатажная, противоречивая и неоднозначная. Он поднялся на высшую ступень власти в самый неблагоприятный момент — в условиях глубочайшего партийно-политического кризиса, межпартийного и внутрипартийного раскола, противостояния Лондона и Брюсселя, правительства и парламента, не способных договориться о варианте выхода из Евросоюза.

В наследство от Мэй новому лидеру достался неосуществленный Брекзит, который он обещал довести до победного конца. Несмотря на неоднократные заявления Брюсселя о невозможности пересмотра соглашения о «разводе», обмен мнениями о некоторой его корректировке все же начался, однако дело продвигалось без особого успеха, что лишь усилило подозрения противников премьера в использовании им переговоров в качестве прикрытия движения в сторону обвального выхода.

Словно в подтверждение, стремившийся преодолеть обструкцию Брекзита в парламенте Джонсон объявил о его роспуске (пророгации) на пять недель с 10 сентября. Его оппоненты не смирились и поспешили обратиться в Верховный Суд, который выступил арбитром в конституционном споре, охарактеризовав решение о пророгации как незаконное. Это был вызов власти премьер-министра, по существу установление в стране двоевластия. Воодушевленная таким решением оппозиция даже стала обсуждать вопрос о его импичменте. Уровень конфронтации между парламентом и правительством зашкаливал, углубился раскол и в парламентской фракции тори, приведший к исключению из партии за «бунт» против руководства более 20 депутатов-консерваторов (впоследствии 10 из них, включая внука Черчилля К.Соумса, были восстановлены). В итоге Джонсон утратил в палате незначительное консервативное большинство, поставив правительство в полную зависимость от доброй воли депутатов от других партий.

Собравшись вновь, противники премьер-министра за пару дней провели в чрезвычайном порядке закон о невозможности обвального выхода из ЕС, а также обязали его просить Брюссель о новой отсрочке. Предложение премьера о проведении внеочередных выборов как единственное средство выхода из тупика было дважды отклонено. Между тем, главным предметом разногласий на возобновившихся с ЕС переговорах, как и ранее, была так называемая «страховка» — вопрос о межирландской границе. Аналогично своей предшественнице, занявший жесткую позицию Джонсон пытался заставить Брюссель отказаться от «страховки» с помощью шантажа, угрожая в противном случае выходом 31 октября «с соглашением или без него» (это заявление было многократно повторено, в том числе на съезде Консервативной партии в Манчестере в начале октября).

С приближением даты «развода» стороны все же сделали шаг навстречу друг другу, и 17 октября было объявлено о готовности подкорректированного соглашения между Лондоном и Брюсселем (в частности, «страховку» как «недемократическую» убрали, а контроль за открытостью межирландской границы, что будет обеспечиваться нахождением Северной Ирландии в таможенном пространстве ЕС, возложили на парламент региона). Это стало возможным после смягчения позиции Германии, а также проведения двусторонних англо-ирландских переговоров по линии Джонсон — Варадкар, состоявшихся вопреки запрету Брюсселя на ведение странами-членами сепаратных бесед через голову центральных органов.

Вместе с тем намерение премьера провести важнейшее соглашение в парламенте «по-быстрому», за три дня, провалилось, после чего, уязвленный неудачей «блицкрига», он вынужден был отозвать законопроект. При этом, во исполнение принятого закона, Джонсона заставили обратиться к Брюсселю с просьбой об очередной отсрочке. Он сделал это в оригинальной манере, направив в Брюссель письмо с просьбой от парламента, а вдогонку еще одно, от себя, в котором сообщал о своем нежелании продлевать срок выхода. В итоге очередная отсрочка была Британии все же предоставлена — до 31 января 2020 года.

Этот калейдоскоп драматических событий, которые лишь усиливали хаос в стране, превращая ее в посмешище, а Брекзит — в «нескончаемую историю ужасов», завершился согласием оппозиции на проведение 12 декабря очередных внеочередных всеобщих выборов. Они стали единственным и самым очевидным способом преодоления установившегося двоевластия и фактически плебисцитом по вопросу членства Британии в Евросоюзе. Как ни странно, терпящие одно за другим поражение в парламенте консерваторы пользовались твердой поддержкой избирателей. Их победу предсказывали, но никто не предполагал, что она станет такой внушительной — большинство в 80 мест (такого не было со времен Тэтчер). Тори получили 365 мест в палате общин, лейбористы — 203, либералы 11, Шотландская национальная партия — 48, ДЮП — 8, Шинн фейн — 7, Зеленые — 1. Не прошли в парламент ни Партия Брекзита, ни Партия независимости Соединенного Королевства.

Победа консерваторов — это триумф Бориса Джонсона, «неизбираемого», «некомпетентного», «плохо информированного», «воинствующего» и «заурядного шарлатана» (это еще самые мягкие его характеристики в британских и зарубежных СМИ), который стал дважды премьер-министром Британии. Главным лозунгом тори в ходе предвыборной кампании был призыв довести Брекзит до победного конца. Получив мандат от народа, этим он и займется — теперь можно с уверенностью утверждать, что в ближайшее время Брекзит состоится.

Читайте все материалы проекта «Эксперты МГИМО подводят итоги 2019 года».

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу