Мировой финансовый центр в Алматы — пример для всего ЕАЭС

28.09.15
Эксклюзив

Мировой финансовый центр в Алматы — пример для всего ЕАЭС

Эксперты МГИМО: Казанцев Андрей Анатольевич, д.полит.н.

Директор Аналитического центра Андрей Казанцев — об успехе Алматы и перспективах развития в Евразийском экономическом союзе других финансовых центров.

Алматы — южная столица Казахстана — подтвердила свое лидирующее положение в финансовом секторе постсоветского пространства. Это показал ежегодный отчет финансовой консалтинговой компании Z/Yen Group. Каждое полугодие аналитики рассчитывают Global Financial Centres Index (GFCI) — мировой индекс финансовых центров. По последним данным, Алматы занимает 51-ю (из 84) строчку рейтинга, находясь выше ряда других городов СНГ, также попавших в список.

Задача создания в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) действительно значимого мирового финансового центра — важная часть обеспечения высокого экономического статуса и реальной экономической независимости нового интеграционного объединения.

Исследования экономистов и политологов, занимающихся мировыми финансовыми центрами   так называемыми «глобальными воротами», или «воротами в глобальный мир» (gateways to the global economy), а также представителей целого ряда теорий, увязывающих экономическое и политическое влияние стран и регионов (типа мир-системной, теории Броделя и т. п.), — показывают, что современный мир делится на «центр», «полупериферию» и «периферию». К слову, такое исследование, посвященное потенциалу Москвы как «ворот в глобальный мир», делала в свое время и группа российских политологов из МГИМО, включая Виктора Сергеева, Андрея Казанцева и других. Характерная черта стран «центра» и приближенной к нему части «полупериферии» — именно обладание мощными мировыми финансовыми центрами. Страны окраины «полупериферии» и тем более «периферии» таких центров лишены по определению. Поэтому в финансово-экономическом отношении они оказываются полностью зависимы от транзакций, проводимых за пределами своей территории.

Традиционное «ядро» постиндустриальной экономики современного мира — это Запад и Япония. К ним подтягиваются сейчас «ворота» новых индустриальных стран, прежде всего в Восточной Азии. Для России и ЕАЭС в целом не иметь своих мощных «глобальных ворот» особенно опасно в силу расположения в центре Евразии, где на окраинах материка расположены мощнейшие финансовые центры. В этом случае страны Центральной Евразии в геоэкономическом смысле будут просто «разорваны» на две части. Одна из них — Центральная Азия, а также Сибирь и Дальний Восток в России — станет периферией, т. е. будет в сфере притяжения «ворот» Восточной Азии. Другая — европейская часть России, европейская часть СНГ и Кавказ — окажется в сфере притяжения европейских «ворот». Это будет иметь очень тяжелые и долгосрочные политические и экономические последствия.

Все это очень важно не только с учетом вопросов политического влияния в современном мире (невозможно обладать высоким статусом, не имея своих финансовых центров), но и с учетом того, насколько важную роль в современной постиндустриальной экономике играет ее транзакционная часть. Существенная часть богатства наиболее промышленно развитых стран и вообще существенная часть мирового ВВП на современном этапе — это именно транзакционная составляющая, а она сконцентрирована в небольших точках — тех самых мировых финансовых центрах, или «глобальных воротах».

Эту проблематику в свое время осознало руководство целого ряда постсоветских стран, прежде всего России и Казахстана. В России была поставлена задача превратить Москву в глобальный финансовый центр. До определенной степени этого удалось достичь. Упомянутый выше доклад Z/Yen Group демонстрирует, что Москва и  Санкт-Петербург входят сейчас в  топ-100 мировых финансовых центров, занимая соответственно 78-ю и 81-ю строчки рейтинга.

Что касается Казахстана, ранее президент Нурсултан Назарбаев поставил перед казахстанскими финансистами задачу создать финансовый хаб стран СНГ и Центральной Азии с размещением в Астане — AIFC. Это отмечено в новом национальном плане «100 конкретных шагов». Международный финансовый центр должен быть создан на базе инфраструктуры Astana EXPO-2017. Уникальность этой инициативы — в особом юридическом статусе центра, который будет закреплен в конституции страны. Назарбаев хочет, чтобы AIFC вошел в топ-20 глобальных финансовых центров; это и будет показателем успешности проекта.

Еще успешнее реализована задача по выводу в разряд международного финансового центра Алматы. Впервые включенная в рейтинг Z/Yen Group весной 2014 года, Алматы сделала в нем очень быстрый старт. Сегодня это крупнейший финансовый центр на постсоветском пространстве и в ЕАЭС, занимающий 51-ю позицию рейтинга.

К сожалению, эти места Алматы, Москвы и Санкт-Петербурга пока недостаточно высоки, чтобы государства ЕАЭС могли претендовать на положение стран «ядра» постиндустриальной мировой экономики. Сделать надо еще многое.

В Казахстане в рамках проводимых по инициативе Назарбаева институциональных реформ эта задача особенно хорошо осознается. Среди стран СНГ, не входящих в ЕАЭС, можно особое внимание обратить на возможности Баку как потенциально мощного международного финансового центра, уже сейчас являющегося самым крупным на Кавказе (он занимает 104-е место, находясь на грани вхождения в топ-100). Есть финансовые центры и у бывших советских республик — нынешних балтийских государств, входящих в ЕС: Таллин — на 82-м месте, Рига — на 102-м (причем эти центры с 1990-х годов перетягивают на себя часть российских транзакций).

Среди стран БРИКС можно отметить, насколько быстро Китаю, Индии и Бразилии (а за пределами стран БРИКС — новым индустриальным странам Восточной Азии и нефтедобывающим странам Персидского залива) удалось создать финансовые центры «высшей лиги», которые успешно соревнуются с традиционными «воротами» Запада и Японии.

Так что задачи создания мощных финансовых центров для стран, расположенных вне традиционного «ядра» мировой экономики, вполне реальны, особенно в свете проходящего сейчас глобального перераспределения экономической мощи и влияния.

Разумеется, тяжелое положение на рынке нефти и геополитические проблемы, приведшие к санкциям и антисанкциям (в случае России), сказываются и на положении финансовых центров. В 2015 году произошло падение всех финансовых центров стран-экспортеров нефти, особенно сказавшееся на Эр-Рияде. Оно затронуло также и постсоветские страны. Москва и Санкт-Петербург
потеряли по три места, Алматы опустилась на две позиции. Геополитические конфликты — не лучшие условия для роста влияния мировых финансовых центров, поэтому Москва и 
Санкт-Петербург просели чуть больше Алматы.

Однако все это явления преходящи: цены на нефть меняются, конфликты разрешаются, а мировые финансовые центры существуют столетиями. Стоит отметить, что у России есть — как в свое время уже отмечала группа исследователей с моим участием — еще потенциальные глобальные «ворота» в виде Нижнего Новгорода. В далеком будущем возможно создание целой гигантской городской агломерации, «суперворот» Центральной Евразии: Москва — Санкт-Петербург — Нижний Новгород.

Пока слабостью России является отсутствие даже намека на какие-то успешные «ворота» в Сибири и на Дальнем Востоке (а это значит, что наши территории там оказываются периферией «ворот» Китая), а также на юге (в Российской империи роль «южных ворот» успешно играла Одесса, которая после революции 1917 году вообще исчезла с карты «мировых ворот»).

У Казахстана же есть потенциал дальше «подрастить» Алматы и вывести в статус «глобальных ворот» Астану. Статус Алматы (и, потенциально, Астаны) может позволить Казахстану играть роль экономического «центра» для стран Центральной Азии и прилегающих российских территорий Сибири, Южного Урала и Южного Поволжья.

Как отмечает кыргызстанское издание «Деловая Евразия», в Центральной Азии шанс выйти на позицию региональных «ворот в глобальный мир» есть также у Кыргызстана. С учетом роли Бишкека как торгово-транзитного центра и центра операций международных организаций в Центральной Азии потенциально возможен в долгосрочной перспективе и его выход к статусу «глобальных ворот». В этом случае Алматы будет определяться как финансовый центр, а Бишкек — как центр торговый. Что касается макроэкономических перспектив Бишкека, помимо транзитной торговли и сферы услуг, то они связаны с потенциалом развития гидроэнергетики, горнодобывающей промышленности и сельского хозяйства Кыргызстана. Здесь пока еще очень много надо сделать.

Вопрос о специализации, который обсуждается сейчас в рамках ЕАЭС, — это не столько вопрос планирования, сколько вопрос о том, что решат стихийные экономические силы. Кто спланировал роль Лондона относительно Амстердама или Нью-Йорка? Там тысячи решений экономических и политических агентов сыграли роль. С другой стороны, какая-то специализация в ЕАЭС неизбежна, хотя бы исходя из географии и имеющихся ресурсов. Унификация же малоплодотворна: чем тогда торговать друг с другом? Де-факто Казахстан уже начинает находить специализацию в виде финансового центра для Центральной Азии и части России, так как Алматы опережает в мировых рейтингах и Москву, и Петербург.

Что касается других столиц стран ЕАЭС, то Минск — это пока чисто промышленный центр; без фундаментальных экономических реформ в Беларуси выйти на траекторию торгового или финансового центра он не сможет. Ереван при всем его огромном потенциале, связанном с традиционными талантами армянского народа в торговле и финансах, сможет стать серьезным торгово-финансовым центром лишь после преодоления тяжелой геополитической ситуации, связанной с азербайджанской и турецкой транспортной блокадой.

В конечном же итоге целенаправленные усилия руководства Казахстана по развитию международного финансового центра могут служить хорошим примером всем его партнерам по ЕАЭС.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу