От «чужаков» ждут только положительных оценок

29.03.16

От «чужаков» ждут только положительных оценок

Эксперты МГИМО: Муханов Вадим Михайлович, к.ист.н.

В последнее время в российском экспертном сообществе, занимающимся Кавказом, все чаще ощущается «холодок» по отношению к Абхазии в целом и к процессам, которые происходят как в российско-абхазских отношениях, так и во внутренней политике. В чем причины? Тем более, тенденция развивается на фоне стремительной активизации направления, связанного с российско-грузинскими отношениями.

— С чем на ваш взгляд связано некоторое похолодание к Абхазии со стороны российского экспертного сообщества? Это заметно и по публикациям, и по тональности встреч, проходящих в последнее время.

Президент Научного общества кавказоведов, доктор исторических наук, Александр Крылов
— Российское экспертное сообщество очень разное. Часть его всегда симпатизировала Грузии, достаточно вспомнить нашумевшую в начале 1990-х книгу Червонной «Абхазия: посткоммунистическая Вандея». Так что отношение к грузино-абхазскому конфликту и его оценки изначально были разными. Этого нельзя сказать о западном экспертном сообществе, где безусловно доминировали оценки, фактически повторявшие грузинскую трактовку событий. В российском экспертном сообществе отношение к абхазской стороне конфликта было куда более объективным. С годами атмосфера встреч постоянно менялась. Во времена информационной блокады Абхазии многие сожалели об отсутствии возможности общения с россиянами, отношение к приезжавшим сюда российским ученым и журналистам было самым теплым. Потом ситуация изменилась и нередкими стали разговоры о том, что «русские нас задушат в своих объятиях». После признания Россией независимости Абхазии тема военной угрозы со стороны Грузии утратила свою актуальность, все большее внимание экспертов стали привлекать проблемы развития Абхазии. В прессе появилось много публикаций критического и даже скандального характера, это воспринималось в Абхазии болезненно. В России к подобного рода публикациям давно привыкли, здравые люди их просто не замечают. В Абхазии этого нет, все воспринимается многими болезненно и эмоционально. Это относится и к российским экспертам, которые анализируют внутриабхазские проблемы. Проблемы эти есть, их нужно обсуждать, но от чужаков многие ждут только положительных оценок. Поэтому, когда «чужаки» пишут о проблемах Абхазии, часто это вызывает обиды и непонимание. А ведь главная задача любого экспертного сообщества состоит не в обслуживании чьих-то интересов и выражении собственных эмоций и восторгов, а в том, чтобы поставить верный диагноз протекающим в жизни общества сложным и часто болезненным процессам, и на основе этого предлагать решение имеющихся проблем. Обижаться за это все равно, что обижаться на врача, который ставит диагноз. Врач может говорить всем своим пациентам, что у них прекрасное здоровье и ничего не говорить об их болезнях. Но вряд ли разумно выбирать такого врача для себя и своих близких. Это вполне справедливо и по отношению к экспертному сообществу.

Вадим Муханов, эксперт МГИМО, кандидат исторических наук
— Лично я не заметил негативного отношения российской прессы по отношению к Абхазии. Скорее жесткая критика идет по отношению к соседней республике. Что касается Абхазии, то мне попадались публикации, в которых ставились вопросы по поводу уровня экономической самостоятельности Абхазии, политического расклада и политических проблем, а также тем, связанных с развитием туризма. Но такие материалы я бы отнес к категории критических, когда делается попытка разбора ситуации, происходящей в республике. Знаете, вообще, говоря об экспертном мнении об Абхазии, мне хотелось бы сказать, что, несмотря на такую активизацию внимания к кавказской проблематике, людей, специально занимающихся этой тематикой в России, не очень много. И это серьезная проблема. Хотя, когда возникает какое-то обострение, допустим, связанное с российско-турецкими отношениями или с ситуацией на Ближнем Востоке, то появляются всякого рода эксперты, говорящие об этой проблематике. Но для этого нужна определенная подготовка. Людей, специально подготовленных для изучения Кавказа, не так много, а для изучения Абхазии — еще меньше. К тому же, практически нет серьезных материалов, которые выходят из самой Абхазии, и на которых можно базироваться самим экспертам и аналитикам, занимающихся политической ситуацией и российской политикой.

Владимир Новиков, старший научный сотрудник Института социальных и политических исследований стран Черноморско-Каспийского региона
— Похолодание связано с двумя причинами. Точнее, двумя большими проблемами. Первая проблема — это то, что в России, как ни парадоксально, знают об Абхазии значительно меньше, чем в Абхазии о России. При этом, если есть дефицит знания, то что уж говорить о понимании ситуации. Зачастую экспертами выступают случайные люди, которые сегодня могут поговорить об Абхазии, завтра — о перспективах «Партии роста» Бориса Титова, а послезавтра — вообще о проблемах ливанских христиан, например. Вторая проблема — это непонимание частью российских экспертов вообще региональных особенностей. Непонимание того, что за последние лет 25 на постсоветском пространстве родилось новое поколение, с которым нужно договариваться уже как-то по-иному, чем просто апеллировать к общему прошлому. Хотя и эта апелляция важна. И зачастую в их головах существуют позднесоветские мифы о том, как именно Москва «кормит» неких «нахлебников». И Абхазия рассматривается таким вот «нахлебником», хотя реальная цена этой страны для России намного выше той материальной помощи, которая ей оказывается. Извините, где, кроме Абхазии, Армении и РЮО у России есть военные базы?

— Заметно, что все более широкие круги российского сообщества кавказоведов включаются в обсуждение вопросов, связанных с грузино-российскими отношениями. Отчего такой рост интереса к этой проблематике?

Президент Научного общества кавказоведов, доктор исторических наук, Александр Крылов
— На уровне экспертов этот диалог никогда не прекращался, он необходим для анализа происходящих в Грузии и во всем регионе процессов. После отстранения от власти Михаила Саакашвили в Грузии произошли большие изменения, под влиянием кризиса меняются настроения в обществе, нарастает разочарование в прежнем внешнеполитическом курсе. Грузия продолжает оставаться единственным постсоветским государством, которое не имеет дипломатических отношений с Россией. Причиной тому наши разногласия по абхазской и юго-осетинской проблемам. При новой власти в Тбилиси начался диалог в формате Карасин-Абашидзе о путях нормализации двусторонних отношений. Но после последних подчеркнуто антироссийских заявлений грузинского президента и министра обороны этот диалог вряд ли продолжится, предвыборная ситуация делает грузинских политиков своими заложниками. Грузинская сторона продолжает настаивать на отказе России от признания Абхазии, как на обязательном условии восстановления отношений. Вряд ли такую позицию можно оценить как реалистичную.

Вадим Муханов, эксперт МГИМО, кандидат исторических наук
— В этом вопросе ответ лежит на поверхности. Сразу после 2008 года в этих двухсторонних отношениях был определенный вакуум. Сейчас реанимируются форматы различных встреч и привлекаются эксперты двух стран. Грузинские эксперты приезжают в Россию, российские — в Грузию. Это нормальный логичный момент, когда после периода классического застоя начинается период активизации и делаются попытки наладить диалог в различных направлениях — экспертном, политическом и так далее. Причем, эти площадки появляются не только по инициативе грузинской и российской сторон, но также по инициативе и финансовой поддержке европейских партнеров. Сейчас есть определенный интерес, связанный с возрождением двусторонних отношений. По понятным причинам пока эти диалоги серьезных результатов не принесли, но эти встречи вполне логичны.

Владимир Новиков, старший научный сотрудник Института социальных и политических исследований стран Черноморско-Каспийского региона
— Заметно, и по повестке последнего мероприятия тоже, что все более широкие круги российского сообщества кавказоведов включаются в обсуждение вопросов, связанных с грузино-российскими отношениями. Отчего такой рост интереса к этой проблематике? Ну, Россия и Грузия все-таки соседи. Есть и определенная экономическая прагматика между Москвой и Тбилиси. Однако отсутствуют политические отношения. Идет некий поиск политического компромисса, который пока невозможен. Ведь есть красные линии в виде признания той же Абхазии и РЮО.

— В принципе, может ли нести в общем и целом потепление в российско-грузинских отношениях некие угрозы позициям Сухума в Москве, не только в политических или дипломатических, но и экспертных кругах?

Президент Научного общества кавказоведов, доктор исторических наук, Александр Крылов
— В настоящее время происходит не потепление, а похолодание. Позиции Сухума зависят прежде всего не от позиции тех или иных государств, политиков или экспертов. А от того, насколько успешным будет развитие самой Абхазии, сохранится ли внутриполитическая стабильность, будут ли решаться те сложные проблемы, которые имеют место в абхазском обществе. Если властям и всем гражданам Абхазии общими усилиями удастся решить эту задачу — это будет лучшим средством нейтрализации всех потенциальных угроз.

Вадим Муханов, эксперт МГИМО, кандидат исторических наук
— В последние три года этот вопрос стал традиционным. Однозначный ответ, конечно же — нет. Никаких серьезных подвижек в этом диалоге в принципе быть не может. Там обсуждаются какие-то локальные вещи, но серьезных и качественных изменений не предвидится. Позиции сторон настолько различны, что применять термин «потепление» я бы не стал. Максимум, какой термин между Москвой и Тбилиси можно применить, это «налаживание отношений». Причем этот термин имеет очень ограниченные рамки. В ближайшие годы ни о каком «потеплении» отношений в Тбилиси говорить просто не приходится. Тем более, мне кажется, это такие доморощенные страхи, которые периодически используются для поднятия рейтингов абхазскими политиками, говорящими, что нужно срочно что-то менять, потому что грядут «потепления» в российско-грузинских отношениях. Конечно это из области фантастики.

Владимир Новиков, старший научный сотрудник Института социальных и политических исследований стран Черноморско-Каспийского региона
— В политических и дипломатических да, но не в экспертных.

Дмитрий СТАТЕЙНОВ

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Сухум-Москва»
Распечатать страницу