Призрак викторианского прошлого

14.09.15
Эксклюзив

Призрак викторианского прошлого

Эксперты МГИМО: Пичков Олег Борисович, к.экон.н.

Доцент кафедры экономической политики и государственно-частного партнерства Олег Пичков — об исторических параллелях социально-экономического фона юбилеев королевы Виктории и королевы Елизаветы II.

9 сентября 2015 года примерно в 5:30 часов вечера по Гринвичу в Соединенном Королевстве произошло поистине историческое событие. Причем весть об этом разнеслась далеко за пределы Британских островов и Содружества. Королева Елизавета II побила рекорд своей прабабушки королевы Виктории по продолжительности царствования.

Елизавета II занимает престол дольше, чем правил небезызвестный Генрих VIII (37 лет), гораздо дольше, чем ее собственный отец — король Георг VI (15 лет). И, конечно, дольше, чем ее дядя — король Эдуард VIII, который отрекся от престола менее чем через год после коронации, чтобы жениться на американке Уоллис Симпсон.

В целом, Елизавете II, коронованной в 1952 году, выдалось править в очень непростое время: послевоенная разруха в экономике, окончательный распад Британской империи (хотя и с более-менее безболезненным отделением колоний) и серьезная угроза самой монархии после жестких реформ М.Тэтчер и смерти принцессы Дианы.

Впрочем, сегодня позиции правящего дома Виндзоров снова сильны как никогда. С рождением правнуков королева может быть спокойна: есть кому унаследовать трон и продолжить традицию более чем тысячелетней истории английской монархии.

Празднества и поздравления по поводу рекорда правления напоминают и другое, более грандиозное торжество, которое состоялось почти 120 лет назад. В 1887 годуотмечалось 60-летие правления королевы Виктории, «бабушки всей Европы», императрицы державы, над которой «никогда не заходит солнце». Уже пожилая, особенно по меркам XIX века (ей было 78 лет), королева весьма пышно отметила это событие. В своем дневнике обычно сдержанная и даже иногда циничная Виктория написала, что «это был один из лучших дней в ее жизни».

И действительно, королеве Виктории было что праздновать: за «долгий XIX век» Британская империя стала самой могущественной и крупной державой на планете, не было равных ее богатству, военной мощи и культурному влиянию на человечество. И даже жестокие войны и конфликты (например, победоносная Крымская война илисомнительная Англо-зулусская война) не подорвали благополучия и зажиточности викторианской жизни.

Впрочем, так казалось тогда. Какие ассоциации возникают, когда мы говорим «викторианская эра»? Романтичным барышням приходят на ум пышные платья с кринолинами, неудобные, но красивые корсеты, галантные джентльмены а-ля мистер Дарси. Мужчинам представляется романтизм дуэлей (кстати, не стольшироко распространенных в Англии), дамы, которых надо спасать от всевозможныхопасностей, Шерлок Холмс и, вероятно, пабы с прекрасным английским элем.

Люди более начитанные вспомнят и Диккенса с его острыми и во многом «неудобными» социальными произведениями. И тогда Англия королевы Виктории уже предстает совершенно другой: со сложной и непробиваемой классовой системой, жестокостью, пьянством, развратом и нищетой.

Поэтому, глядя на современные торжества, невольно задаешь себе вопрос: а что же сейчас с социальными классами и уровнем жизни англичан?

В конце XIX века около 25% населения Британских островов проживало на уровне или ниже прожиточного минимума. Причем прожиточный минимум исчислялся даже не наличием какой-либо собственности или возможности ее приобретения, а элементарным количеством потребляемых калорий в день для поддержания нормального функционирования человеческого организма. На самом деле именно о таком минимуме и говорили Т.Мальтус и Д.Рикардо. То есть, переводя на современный язык, четверть населения Британии проживала за той чертой, которую Всемирный банк сегодняназываетчертой абсолютной бедности. При этом если бы викторианские бедняки получали $1,25 доллара в день (как принято исчислять сегодня), то при цене пшеницы или чечевицы в несколько центов за фунт они бы жили намного лучше многих современных нищих в Великобритании.

ВВП на душу населения в 1890 году составлял около $3000 в год. Это означает, что средний викторианец тратил $8–9 в день. Но при том не следует забывать и про существовавшее тогда колоссальное неравенство в распределении доходов. Если верить расчетам Н.Фергюсона, между 10% самых богатых и 10% самых бедных (и это без учета налогов или системы социального страхования) разница в доходах была по меньшей мере 20:1. Неудивительно, что в этих условиях улицы викторианских городов кишели нищими, проститутками и ворами. Примерно каждый пятый ребенок не доживал до трех лет и умирал от голода.

Видя такую картину, остается только удивляться, почему так пышно праздновали юбилей Виктории, а не снесли ее монархию и все правительство под одобрительным взглядом социалистов и прежде всего К.Маркса?

Ответ очень прост. За период правления Виктории уровень жизни постоянно рос. Великобритания, как известно, стала пионером промышленной революции и доминировала в мировой экономике на протяжении практически всего XIX века. Именно Британия разработала самые практичные и эффективные (по меркам того времени) паровые двигатели для легкой и тяжелой промышленности, паровозы и пароходы, а железные дороги не только «сделали мир меньше», но и произвели настоящую революцию в мировой торговле. Схожий эффект наблюдался разве что с изобретением интернета. Во многом благодаря идеям меркантилизма и свободной торговли внутри империи и с другими странами, с 1870 по 1900 годы ВВП на душу населения в Великобритании вырос на более чем 450%, что вызвало весьма заметное улучшение уровня жизни населения фактически всего за одно поколение!

Интересно, что темпы роста ВВП на душу населения после смерти королевы Виктории в 1901 году стали снижаться. Конечно, это никаким образом не связано с уходом королевы, но в сознании англичан именно викторианская эпоха представляется как время бурного роста благосостояния, мощи и славы Британии.

А что же с современной ситуацией в Соединенном королевстве?

На протяжении всего XX века процент бедного (и абсолютно бедного) населения оставался примерно на уровне XIX века. С конца 1990-х годов, однако, бедность стала снижаться, преждевсегоблагодаря реформированию системы страхового обеспечения и введению минимального уровня заработной платы. С 1997 года по 2005 год процент населения, живущего в бедности, снизился с 25% до 20,5%.

Однако сегодня уровень бедности в Британии снова растет. Статистические данные, опубликованные в 2014 году, показывают, что только в Лондоне 2,2 млн человек живут в состоянии нищеты (что составляет около 28% населения города), что, в свою очередь, почти на 8% выше, чем в остальной Англии. Причембольшую обеспокоенностьвызывает именно структура современной бедности.

Номинальный рост экономики и рост занятости во многом скрывали реальное снижение благосостояния населения. Так, как за прошедшие 30 лет темпы роста зарплат были несколько ниже темпов роста инфляции. И сейчас уже начинаетсказываться этот образовавшийся разрыв.

Таким образом, у Британии есть, по сути, два выхода из ситуации: повысить прожиточный минимум, что ляжет тяжелейшим бременем на бюджет страны, или начать предлагать новые рабочие места, которые (есть и такой риск) займут иммигранты, так как у них куда более скромные запросы, чем даже у самых бедных коренных британцев.

А что удручает еще больше, так это проблема недоедания (почти голода), которой долго небыло на повестке дня, но которая была снова озвучена в 2015 году. Конечно, статистические данные XXI века намного позитивнее: дети и взрослые не умирают от голода. Однако бедные люди все чаще вынуждены покупать и есть более дешевую, менее здоровую пищу. Согласно последним данным, до 35% от располагаемого дохода бедняки тратят на пищу, в то время как средний класс тратит только 9%. Это, в свою очередь, неизбежно ведет к потреблению дешевой, с высокой степенью обработки, высоким содержанием жиров, сахара и соли, высокой калорийностью — и, соответственно, нездоровой — пищи. А это, как известно, приводит к болезням, плохой наследственности и, естественно, снижению продолжительности жизни. Интересно, как оценил бы такой поворот событий Мальтус?

Таким образом, сегодня британцы сталкиваются во многом с куда более суровым испытанием, чем их прапрадедушки и прапрабабушки: как изгнать вековечный дух нищеты и безнадежности, если он стар, как сама монархия?

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу