Стабильность в Таджикистане важна для всех государств Евразии

08.09.15

Стабильность в Таджикистане важна для всех государств Евразии

Эксперты МГИМО: Казанцев Андрей Анатольевич, д.полит.н.
Недавние вооруженные столкновения в Таджикистане представляют большую важность для всей системы межгосударственных отношений в Евразии.

Недавние вооруженные столкновения в Таджикистане представляют большую важность для всей системы межгосударственных отношений в Евразии. Это небольшое по сравнению с целым рядом соседей государство расположено на стыке Центральной, Южной и Восточной Азии и, потому, представляет собой важный стратегический «узел» в центре Евразии. Разрушение хрупкой политической стабильности в этом важном стратегическом «узле» чревато непредсказуемыми последствиями в плане дальнейшей дестабилизации Ферганской долины Центральной Азии и Северного Афганистана, негативного влияния на ситуацию в Китае (где есть серьезные проблемы с уйгурским сепаратизмом в соседнем с Центральной Азии Синьцзяне), дальнейшей активизации наркотрафика по «Северному маршруту» из Центральной Азии через Россию в Европу, новыми неконтролируемыми волнами миграции в Казахстан, Россию, а, возможно, и далее, в Европу.

Что же произошло в Таджикистане? Официальная точка зрения была высказана президентом Эмомали Рахмоном. Он заявил, что вооруженное нападение на ОВД города Вахдат совершили боевики террористической группировки «Исламское государство» (ИГ), среди которых были и 46 жителей этого города. Мятеж возглавил бывший замминистра обороны Таджикистана генерал-майор Назарзода, связанный с Объединенной таджикской оппозицией (ОТО). Альтернативная точка зрения была изложена в Интернете со ссылкой на Назарзоду. С его точки зрения правительство сами запланировало несколько атак на отделы милиции с целью обвинения в этом бывших полевых командиров, связанных с ОТО.

Для того, чтобы понять смысл этих заявлений, проанализируем происшедшие события в контексте внутритаджикской политической ситуации. В Таджикистане в связи с тяжелым экономическим положением (не в последнюю очередь связанной с экономическими проблемами России и других постсоветских стран) наблюдается общее обострение социально-политической ситуации, растет недовольство населения, ширятся обвинения властей в коррупции.

В последнее время началась борьба против главной силы оппозиции — умеренно-исламистской «Партии исламского возрождения». Она была обвинена в вовлеченности в пропаганду идей террористической группировки «Исламское государство» в Сирии и Ираке. В этой ситуации и произошли вооруженные столкновения группы Назарзоды с правительственными силами. После столкновений отряд Назарзоды ушел в горы. Здесь следует отметить, что такие вооруженные «разборки» с внутриклановым подтекстом, к сожалению, достаточно типичны для политической системы Таджикистана.

Теперь разберем проблематику «внешних влияний», которые стоят за соответствующими событиями. Поскольку в так называемой «новой большой игре» за влияние на Центральную Азию все очень сложно, то здесь результат получится неоднозначный.

Один из следов внешних влияний достаточно правильно отмечен в официальном заявлении. Пропаганда и влияние ИГ, действительно, растут и во всем регионе Центральной Азии и Афганистана, и конкретно в Таджикистане. Есть также неопровержимые факты связей ряда таджикских исламистов со структурами не только ИГ, но и Аль-Каеды. В частности, вопиющим свидетельством этого был недавний отъезд в ряды ИГ одного из командиров таджикского ОМОН Г. Халимова. Были сообщения и о том, что Центральная Азия является одним из приоритетов деятельности ИГ. Однако из всего этого отнюдь не следует, что можно напрямую отождествить с ИГ умеренно-исламистскую «Партию исламского возрождения». Скорее, наоборот, большинство внешних наблюдателей полагает, что «перегиб» в борьбе с религиозными исламом может негативно сказаться на стабильности в Таджикистане. Как показывает опыт многих исламских стран, на место запрещенных умеренных исламистов придет радикальное подполье, и это может оказаться куда большей угрозой.

Еще один внешний след, возможно, связан с развернувшейся на Ближнем Востоке «большой суннитско-шиитской войной», где основными фронтами являются Сирия, Ирак, Йемен и Ливан, а основными противостоящими силами — Саудовская Аравия и Иран. Нельзя на обратить внимание в этой связи на то, что в иранском информагентстве «Фарс» было опубликовало интервью с офицером, связанным с Назарзодой, заявившим, что причиной мятежа было «стремление предотвратить возможное попадание Рахмона под влияние ИГ» (при этом следует отметить, что в Иране ИГ напрямую связывают с Саудовской Аравией и поддерживаемыми ей по всему исламскому миру салафитскими движениями).

Разумеется, что и все основные участники «новой большой игры», такие, как Россия, США и Китай не могут остаться безучастными к проблематике очередных военных столкновений в Таджикистане.

В этой связи стоит особо отметить, что глава российского государства в ходе телефонного разговора с Рахмоном отметил необходимость обсудить ситуацию в ходе предстоящего 15 сентября в Душанбе саммита ОДКБ. Обсуждение проблематики в контексте ОДКБ весьма значимо. Оно показывает, что Москва не хочет напрямую «встревать» в межтаджикские «разборки» с клановым подтекстом.

Напомним в этой связи, что ОДКБ не вмешивалось в ход двух революций в соседнем Кыргызстане. Однако ОДКБ зарекомендовало себя как достаточно надежный механизм поддержания стабильности в Таджикистане, в частности, благодаря высокой роли расположенной в этой стране российской 201 дивизии в установлении мира в Таджикистане, а также благодаря нынешней активной помощи России таджикской армии, полиции и пограничникам.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Sputniik
Распечатать страницу