Украинские учебники истории: прощай, Советский Союз

22.11.16

Украинские учебники истории: прощай, Советский Союз

Эксперты МГИМО: Токарев Алексей Александрович, к.полит.н.

Современная Украина на официальном уровне пытается попрощаться с советским наследием. Города переименовываются, памятники жертвам коммунистического режима воздвигаются. Великая Отечественная война вытесняется Второй мировой. При этом масс-медиа, пишущие о целенаправленном расставании Украины с СССР, совсем не читают украинские учебники истории.

В Национальной библиотеке Украины сложно свыкнуться с мыслью «Украина — не Россия». Внутри винтообразного подъема с первого этажа в залы выдачи книг расположены бюсты выдающихся деятелей просвещения — не сказать, что исключительно украинского: Ярослав Мудрый, Иван Федоров, Михаил Ломоносов, Григорий Сковорода, Николай Лобачевский, Александр Пушкин, Тарас Шевченко, Дмитрий Менделеев, Илья Мечников, Константин Циолковский, Александр Попов.

Если предположить, что в главную библиотеку страны поступают все учебники, как в принципе должно быть, то на Украине меньше 200 книг для обучения студентов и школьников (речь идет обо всем: школьных и вузовских учебниках, конспектах лекций, пособиях для подготовки к украинскому аналогу ЕГЭ, книгах для учителя, методичках и прочем, за исключением монографий). После 2000-го года число карточек «история Украины» в указателе: на украинском — 104 (и просто валом после 2004 года); на русском — 37 (и это распределение равномерно).

Есть книги 2015 года. В них уже упоминается Евромайдан. Книги 1940 или 1959 годов — исключение, совсем немного из 90-х — меньше трех десятков на обоих языках. Абсолютное большинство напечатано в 21 веке. География украинского — вся страна, русского — только Харьков, Киев, Черкассы и Донецк.

История на Украине меняется гораздо быстрее, чем течет время. Например, есть два учебника одного автора. Оба рекомендованы Минобром. В 2002 году Павел Полянский пишет украинским школьникам в теме №4 про «тоталитарные и диктаторские режимы», а уже в 2010 те же события называет «периодом послевоенного кризиса и революций». Обложки отличаются разительно. В 2010 году обложка избавлена от идеологии в принципе. В 2002 году всемирная история первой половины XX века — это борьба двух уравниваемых в книге тоталитарных режимов, сталинского и гитлеровского. Слева Зал народа (Купольный дворец), который наваял Гитлеру Шпеер, справа — Дворец советов Иофана. Оба умерли в проектах, не осчастливив своими громадами площади Берлина и Москвы. Левый венчает орел со свастикой, правый — Ленин. Чего тут читать-то?

В 2002 году Павел Полянский даже и объяснять не хочет школьнику, что гражданская война шла не только на территории России, а и на Кавказе тоже, и в Средней Азии, и на Украине: большевики лютовали не только в Петрограде, но и на местах. Темы называются однозначно «гражданская война в России», «российская революция» — это про ту, которая Великая социалистическая и октябрьская. Чтобы десятиклассники 2002 года совсем не сомневались, кто тут «весь мир до основанья мы разрушим...», легенда карты подписана «территории независимых государств, оккупированных советской Россией в 1918–1921 годах». И закрашены этим цветом Украина, Белоруссия, Грузия, Армения и Азербайджан нынешние. А в 2010 году на похожей карте Павел Полянский дискурс меняет кардинально: те же места на карте становятся «территориями, занятыми красной армией до 1921 года».

Фраза «основные виды тоталитаризма были представлены большевизмом (СССР), нацизмом (Германия) и фашизмом (Италия)» останется в обоих учебниках. О гражданской войне на Украине сказано, что возникла центральная Рада. На 10 страницах мимо глаз десятиклассника проходит действительно всемирная история — это рассказ совсем не об Отечестве, а о принципиально иной стране. Совсем непонятно, почему через 50 страниц повествования об Италии, США, Франции и Африке в параграфе «создание СССР» вдруг появляется фраза «Беларусь, Закавказская федерация, Россия и Украина вошли в Союз».

Очевидно, что учебник «Всемирная история» для 11-классников Кучера и Майбороды, также рекомендованный Минобром, пакту Молотова-Риббентропа уделяет гораздо большее внимание, чем, например, битве под Москвой или операции «Багратион». В отличие от белорусских учебников, описывающих присоединение западной Белоруссии к СССР в радужных тонах, книга украинских авторов, хоть и признает, что территория страны сформировалась именно в составе Советского Союза, присоединение Западной Украины описывает во фразе «радость от этого быстро ушла — на весь край накатил вал жесточайшего террора».

Авторы оставляют одиннадцатиклассникам возможность самостоятельно оценивать территориальные приобретения Украины в составе СССР: «Поход Красной армии в Польшу, с точки зрения международного права был агрессией... вместе с тем состоялось объединений украинского и белорусского народов, которые ранее были разделены против их воли». Слов «Великая Отечественная война» в книге нет в принципе. Периодизация Второй мировой по-украински такова, что блокаде Ленинграда посвящена одна фраза, приказу «Ни шагу назад!» — три больших абзаца, оборона Крыма сменяется Перл-Харбором, а Сталинградская битва предваряется войной в Северной Африке. История второй половины XX века — снова совсем не отечественная. «Оттепель» и «застой», «холодная война» и «разрядка» — все это про СССР, между параграфами про страны Западной и Центральной Европы.

В учебнике «Новейшая история Украины» Турченко, изданном еще в 2002 году, Голодомор 1932–1933 годов назван «одним из страшнейших преступлений сталинизма против украинского народа». Подчеркивается, что «селяне вынуждены были есть собак, котов, трупы лошадей, листья и кору деревьев». Про голод в Поволжье и Северном Казахстане — одной строкой.

Во «Всемирной истории» Ладиченко, рекомендованной Минобром в 2011 году, несмотря на уравнивание Сталина и Гитлера, одиннадцатиклассникам все же рассказывают, что «до 1941 года вторая мировая война носила несправедливый характер, представляя борьбу тоталитарных держав-агрессоров... но после нападения Германии на СССР она стала антинацистской», а подводя итоги, настаивают: «СССР сыграл решающую роль в разгроме нацистской Германии и ее союзников». Характерная особенность — упоминание лейтенанта Алексея Береста перед классическими фамилиями советской историографии Егоров и Кантария. Автор не указывает на украинскую национальность Береста. В белорусских учебниках его, к примеру, не упоминают вовсе. Похожим образом современный Казахстан ищет свою этническую часть в общей победе. У казахов герой — Рахимжан Кошкарбаев, по официальной историографии суверенного Казахстана, поднявший первый флаг над Рейхстагом вместе с татарином Григорием Булатовым.

В том же учебнике Ладиченко школьники узнают, что «последние 300 лет российский и украинский народы жили в одном государстве, хотя после распада СССР их отношения не отличались спокойствием... их развитие омрачалось двумя проблемами: разделом Черноморского флота и статусом Крыма и Севастополя. В дальнейшем возникли „газовые войны“, ограничение экспорта отдельных видов продукции, противостояние за полуостров Тузла» (характерно, что Тузла тогда была именно островом — косой в Керченском проливе). За три года до «крымской весны» автор пишет: «Понимая бесперспективность противостояния по вопросам Крыма и Севастополя, российское руководство стремилось к ликвидации конфронтации... в 1997 году были подписаны соглашения о продолжении базирования флота до 2017 года... в 2010 договор был продлен еще на 20 лет.

В Верховной Раде во время голосования возникло острое противостояние между оппозицией и провластными фракциями, но большинство было за ратификацию. Пролонгация договора объясняется тем, что Россия и Украина — стратегические партнеры, нацеленные на широчайшее сотрудничество». До начала конфликта на юго-востоке и официального признания России «государством-агрессором» авторы могли позволить себе следующие пассажи: «За время своего президентства В.Путину удалось сильно изменить ситуацию в России. Во-первых, была проведена административная реформа, усилившая централизацию власти, ликвидирован сепаратизм и желание некоторых регионов быть независимыми. Во-вторых, был принят налоговый кодекс, установивший единый размер подоходного налога в 13%, что стимулировало развитие экономики. В-третьих, Путин покончил со всевластием олигархов, борьбой кланов, усилив роль государства, что нашло поддержку у населения России».

Заслуги советского государства по отношению к УССР декларируются в меньшем объеме, нежели несчастья, принесенные советским руководством украинскому народу. Про участие Украинской ССР в основании ООН, как правило, авторы рассказывают одной строкой, про политику коренизации 20-х годов — парой абзацев, справедливо объясняя украинизацию не заботой большевиков об украинской нации, но желанием укрепить собственную власть. В некоторых учебниках подробно рассказывается о коллаборационизме и перечисляются нацистские формирования, с которыми сотрудничали украинские националисты.

В других советскому партизанскому движению посвящена одна страница и в шесть раз больше — деятельности ОУН и УПА. Украинцы во главе СССР не удостаиваются должного внимания украинских авторов. Параграф про годы застоя в одном из учебников начинается с совершенно неоднозначной фразы «Леонид Брежнев — человек невысокого интеллектуального уровня был неспособен понять необходимость принципиально новой схемы развития страны...» Передача Крыма УССР в 1954 году описывается при помощи кавычек, ибо «основной причиной, по которой советское руководство решило это сделать, было 300-летие „воссоединения украинского и российского народов“». Без кавычек о «дружбе украинского и российского народов» дальше не пишется ни разу.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Агентство Политических Новостей»
Распечатать страницу