Великобритания: больше Европы или меньше Европы?

23.12.14

Великобритания: больше Европы или меньше Европы?

Эксперты МГИМО: Капитонова Наталья Кирилловна, д.ист.н., профессор

Безусловно, главным для Великобритании событием не только 2014 года, но и десятилетия, стал состоявшийся 18 сентября референдум по вопросу независимости Шотландии.

Благоприятный для центрального правительства исход голосования — 55,3% за сохранение в составе Соединенного Королевства при 44,7% против — позволил избежать масштабных потрясений британской политической системы и распада страны в ее нынешнем виде. По своим возможным последствиям отделение Шотландии охарактеризовали в Европе как землетрясение, сравнимое по масштабам разрушения с развалом СССР. Оно нанесло бы огромный ущерб репутации Великобритании, подорвав ее позиции в качестве одного из ведущих государств мира, сделало бы Европу неуправляемой. О том, что страсти в регионе не улеглись, говорят данные опроса, проведенного в Шотландии через полтора месяца после референдума — в ноябре: они свидетельствуют, что количество сторонников независимости возросло до 52%.

По иронии судьбы обещанная Шотландии центром широкая автономия запустила процесс распада страны, который, по всей видимости, лишь отложен во времени. Без сомнения, следом пойдут Уэльс и Северная Ирландия, а затем и Англия. В Уэльсе уже готовятся к всеобщим выборам 2015 года, а далее — к местным выборам 2016 года: выступающая за независимость партия «Плайд Камри» работает над документом о выходе из Соединенного Королевства, а также над новым проектом конституции Уэльса.

Более того, на повестке дня находится и так называемый «английский вопрос» — наделение такими же полномочиями Англии, вплоть до создания английского парламента (по аналогии с Шотландией, Уэльсом и Северной Ирландией). В начале декабря руководители 119 советов английских графтств уже предупредили правительство, что не одобрят «беспрецедентную программу деволюции» для Шотландии, если она не будет запущена и в Англии.

В настоящее время премьер-министр и лидер консерваторов Кэмерон, партия которого обладает подавляющим преимуществом над лейбористами в Англии, выступает как лидер Английской национальной партии, активно пропагандируя лозунг, который уже звучал в манифестах тори на выборах в прошлом — «English votes for English laws», означающий лишение депутатов от Шотландии права голосовать за законопроекты, относящиеся к Англии. Премьер отказывает депутатам-шотландцам в праве решать проблемы образования, здравоохранения и налогов в Англии, поскольку ни депутаты-англичане, ни депутаты-валлийцы не голосуют по аналогичным вопросам для Шотландии.

Надо понимать, что эта инициатива направлена, в частности, против лейбористов, так как лишает Лейбористскую партию голосов 41 депутата-лейбориста от Шотландии, ухудшая тем самым ее позиции перед парламентскими выборами. Таким образом, Лейбористская партия попала в ловушку: ее руководство не может не поддержать обещания бывшего лидера партии Брауна о самоуправлении для Шотландии (home rule), а это неизбежно провоцирует требования расширенных полномочий и для других регионов.

Уже на следующий день после объявления результатов голосования Кэмерон объявил о назначении комиссии во главе с лордом Смитом, которая должна подготовить проект самоуправления для Шотландии. Она состоит из десяти человек — представителей Шотландской национальной партии, трех юнионистских партий, а также «зеленых» (по иронии судьбы, судьбоносное для всего Соединенного Королевства решение принимают лишь шотландцы). Предполагается, что законопроект под названием «Акт Шотландии», согласно которому, как сообщают СМИ, регион получит право контроля за 60% налоговых и социальных вопросов, будет представлен на рассмотрение парламента уже в конце января 2015 года.

Еще одной проблемой, решение которой будет иметь важное значение для будущего страны, является давно превратившаяся в «мыльную оперу» проблема взаимоотношений Великобритании с Евросоюзом. По мере приближения парламентских выборов, которые состоятся уже через полгода, антиевропейская риторика руководства Великобритании, сопровождающаяся угрозами выхода из союза, усиливается, а отношения с Брюсселем обостряются. Намерение британского правительства ввеcти квоты для мигрантов-граждан ЕС, имеющих право на трудоустройство (они создают большую нагрузку на социальную сферу), о котором стало известно в конце октября 2014 года, было квалифицировано Брюсселем как нарушение основ единого европейского рынка. Канцлер Германии А.Меркель подчеркнула в этой связи, что упорство Лондона в отстаивании данной миграционной инициативы приведет отношения Великобритании и Союза к точке невозврата. Таким образом, она впервые допустила возможность выхода Великобритании из ЕС.

К сожалению для Лондона, Евросоюз движется по пути углубления интеграции. Мировой финансовый и экономический кризис еще более углубил тот разрыв в подходах к ней, который существовал и ранее между подавляющим большинством членов Евросоюза и Великобританией, главной болевой точкой которой является проблема сохранения суверенитета. Совершенно очевидно, что Брюссель и Лондон двигаются в разных направлениях: первый желает «больше Европы», второй — «меньше Европы».

В настоящее время перед страной стоит следующий выбор: принять участие в процессе углубления интеграции (что начисто исключается консерваторами), разработать приемлемую степень такого участия во «втором эшелоне» или же выйти из Союза. Кэмерон неоднократно заявлял, что предпочтительным для Великобритании было бы остаться в ЕС в другом качестве — пересмотрев баланс полномочий между национальным и наднациональным уровнями власти, остаться хотя бы на «внешнем уровне», сохранив за собой возможность влиять на те вопросы, которые не касаются еврозоны. Такая позиция разделяется большинством «тяжеловесов»-тори. Если же это не удастся — то выйти из Евросоюза.

Безусловно, ужесточение антиевропейской риторики руководства консерваторов отчасти объясняется стремлением помешать быстро набирающей вес Партии независимости Соединенного Королевства (ПНСК) отобрать у тори голоса на парламентских выборах. В случае прихода к власти лейбористов, которые не хотят «рушить связи» с ЕС, эти требования будут cущественно смягчены, но поскольку союз неуклонно движется по пути углубления интеграции, рано или поздно в стране, согласно принятому в 2011 году закону о «замке референдума», референдум по вопросу сохранения членства, на наш взгляд, все же состоится. Велика вероятность того, что британцы не последуют рекомендациям правительства голосовать на референдуме за то, чтобы остаться в Евросоюзе, условия членства в котором после «длительных и тяжелых переговоров» с Брюсселем и возврата стране, как оно надеется, ряда полномочий стали вполне приемлемыми.

Проводимые в последние годы опросы общественного мнения демонстрируют заметный рост евроскептицизма. Переломить эту тенденцию не удалось даже такому евроэнтузиасту, как Блэр. Евроскептические настроения активно подогреваются СМИ, резко критикующими все, что исходит от Брюсселя. С 2010 года массовые британские газеты открыто агитируют за Brexit — выход ВБ из ЕС, чтo свидетельствует о поражении британских европеистов.

Надо признать, что Великобритании не удалось остановить процесс углубления интеграции. Cогласно Лиссабонскому договору, по новым правилам голосования 17 стран еврозоны смогут протаскивать по своему желанию любые меры, и Лондон не сможет противопоставить им блокирующее меньшинство. Его мнением, как в случае с принятием этими странами весной 2012 года «Бюджетного пакта», по всей видимости, будут пренебрегать и дальше.

Сейчас в стране обсуждаются возможные варианты того, как строить отношения Великобритании с Евросоюзом в будущем. Среди них можно отметить план видного британского деятеля лорда Оуэна, cостоящий в том, чтобы Великобритания осталась членом менее интегрированного Европейского сообщества, пользуясь преимуществами только единого рынка и общей политики по охране окружающей среды.

Oтчасти этот план совпадает с тем, что предлагает Жан-Клод Пири, возглавлявший в 1988-2010 годах юридическую службу ЕС: создание авангарда из по крайней мере девяти стран-членов еврозоны, которые продвинутся в интеграции намного дальше других, может быть, даже подпишут отдельный договор о продвинутом сотрудничестве. Он также предлагает созывать параллельную Европарламенту Ассамблею, в которой будут участвовать только страны-члены еврозоны. Еще одним вариантом является ассоциация с ЕС на базе европейской экономической зоны, объединяющей страны-члены союза с Норвегией, Исландией и Лихтенштейном.

Пример Норвегии и Швейцарии — самых богатых стран Европы, не подчиняющихся полностью ЕС, сохранивших за собой свободу рук в виде собственной валюты, возможностей в сфере торговли, отвергается руководством тори: Лондон не хотел бы, подобно им, не иметь представительства в органах Союза, лишив себя, таким образом, права голоса в делах Европы. В отличие от не испытывающей великодержавных амбиций Норвегии, Великобритания не считает себя «средней европейской страной».

Не подходит и опыт проводящей курс на «добровольную адаптацию» в ЕС Швейцарии, которая в отдельных областях оказывается более глубоко интегрированной в Союз, чем даже Великобритания. Если аналогично Швейцарии Лондон пойдет путем заключения с ЕС отдельных соглашений, то это будут нескончаемые переговоры с евробюрократами, не склонными к уступкам.

Не отличается привлекательностью и вариант Турции, которая является членом таможенного союза, но не участвует в аграрной и рыболовной политике, не платит в бюджет, не имеет депутатов в Европарламенте, не представлена в органах ЕС и так далее. При выборе этого варианта Великобритания будет зависеть от Брюсселя, не имея права голоса в разработке торговой политики ЕС. Другими словами, выйти из состояния полного членства, но остаться в таможенном союзе не является привлекательным, несмотря на обретение в этом случае возможности заключать новые торговые соглашения по всему миру.

Среди рядовых членов Консервативной партии преобладают настроения за выход или существенное ослабление отношений с сохранением преимуществ единого европейского рынка. В случае выхода предлагается ориентация на Содружество, членами которого являются 13 стран с быстро развивающейся экономикой (однако следует помнить, что его доля в британской торговле за годы пребывания Великобритании в ЕС существенно сократилась, опустившись ниже 10%) или же — что наиболее привлекательно — НАФТА (Североамериканское соглашение о зоне свободной торговли с участием США, Канады и Мексики). За последний вариант, открывающий перед страной огромные возможности и позволяющий ей без ограничений заключать торговые соглашения с другими странами, ратовала более десяти лет назад М.Тэтчер в своем политическом завещании «Искусство управления государством». Какой из этих вариантов выберут в случае победы на парламентских выборах консерваторы, покажет будущее.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО

Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Распечатать страницу