Восточная Азия: на пути к обществу потребления

28.12.15
Итоги года

Восточная Азия: на пути к обществу потребления

Эксперты МГИМО: Арапова Екатерина Яковлевна, к.экон.н.

Кандидат экономических наук, преподаватель кафедры связей с общественностью Екатерина Арапова отмечает, что по итогам 2015 года прирост ВВП стран Азиатско-Тихоокеанского региона будет в ближайшие годы обеспечиваться преимущественно внутренним спросом, а не чистым экспортом, как это было прежде.

2015 год наглядно выявил смещение вектора в экономической политике развивающихся государств Восточной Азии и курс на постепенное превращение Восточноазиатского региона в основной источник мирового спроса.

Государства Восточной Азии на протяжении нескольких десятилетий следовали экспортоориентированной модели экономического роста, которая являлась основой высоких темпов экономического роста стран региона. За счет высоких экспортных поступлений и хронических профицитов торговых балансов государства региона сформировали так называемый положительный полюс глобальных дисбалансов, накопив значительные объемы международных резервов, что создало прочную основу для противостояния внешним шокам, расширения и повышения эффективности региональных инициатив финансового сотрудничества. В результате негативные последствия глобального финансового кризиса 2008–2009 годов для стран региона оказались относительно менее тяжелыми и носили отсроченный характер.

Тем не менее, глобальный финансовый кризис выявил острую зависимость стран региона от динамики спроса на внешних рынках и определил необходимость диверсификации источников экономического роста, повышения доли потребления и внутренних инвестиций в структуре ВВП и темпах его прироста.

Только за последние три года темп прироста экспорта стран АСЕАН сократился с 18,31% в 2011 году до 3,9% в 2014 году, показатели по импорту — с 21,5% до 1,64%. Профицит торгового баланса с 2010 года упал почти в девять раз: с более 100 млрд долларов США до 11,91 млрд.

В результате сложившегося на рынках развивающихся государств региона дисбаланса спроса и предложения, когда предложение продолжало расти инерционными темпами, опережающими рост спроса, в последние годы было отмечено резкое падение инфляции в большинстве стран региона и рост дефляционных тенденций, которые до сих пор были актуальны исключительно для экономики Японии. 2015 год можно считать переломным: во-первых, в этом году эксперты ЭСКАТО прогнозируют самое значительное падение инфляции в большинстве стран региона (до 0,3% в Сингапуре и Таиланде, до 0,2% — в Брунее, до 1,7% — в Китае); во-вторых, для преодоления сложившегося дисбаланса на протяжении последнего года правительства и органы денежно-кредитной политики государств Восточной Азии все более активно стали прибегать к разработке и реализации комплексных программ экономических реформ, направленных на стимулирование внутреннего потребления и инвестиций в долгосрочные, стратегически значимые проекты.

В ряде развивающихся государств Восточной Азии были приняты меры смягчения денежно-кредитных рычагов, направленные на рост денежной массы и стимулирование внутреннего спроса. Народным банком Китая в феврале 2015 года на 0,5 процентных пункта была снижена норма обязательных резервных требований. В начале марта процентные ставки по годовым кредитам и годовым депозитам были снижены еще на 0,25 процентных пункта — до 5,35% и 2,5% соответственно.

В феврале 2015 года Индонезия понизила учетную ставку на 25 процентных пунктов- до 7,5%. В Сингапуре в январе 2015 года также произошло ослабление денежно-кредитных рычагов. В Таиланде в марте 2015 года на 25 процентных пунктов, до уровня 1,75%, была снижена исходная процентная ставка (минимальная ставка, требуемая инвестором при вложении средств в неказначейские ценные бумаги). В Республике Корея после снижения уровня инфляции до 1,3%, при целевом показателе в 2%, был принят ряд мер, направленных на стимулирование потребления, рост цен и снижение дефляционных ожиданий: процентные ставки корректировались в сторону снижения дважды в 2014  оду и один раз в 2015-м, а уровень исходной процентной ставки достиг исторического минимума в 1,75%.

Структурные реформы затрагивают как денежно-кредитную, так и налогово-бюджетную политику. В результате во многих государствах Восточной Азии в последние годы было отмечено значительное сокращение профицитов государственных бюджетов (Республика Корея, Сингапур) или рост их дефицитов (Япония, Китай, Индонезия), а также замедление темпов роста международных резервов (Китай, Республика Корея, Бруней) или их расходование (Малайзия, Филиппины, Таиланд, Сингапур).

В Китае была проведена налоговая реформа. В Республике Корея сформирован дополнительный бюджет для поддержки малого и среднего бизнеса. Правительство также взяло на себя обязательство по предоставлению налоговых каникул компаниям, нацеленным на повышение доходов работников, и заявило о своем намерении взимать более высокие налоги с наличных средств корпораций, хранящихся в качестве резервов. В Таиланде в 2015 году началась реализация мер налогово-бюджетного стимулирования в размере 2,8% ВВП страны, принятых в октябре 2014 года. Средства направляются, главным образом, на улучшение инфраструктуры; часть средств расходуется на поддержку сельскохозяйственных производителей наиболее чувствительных секторов сельского хозяйства.

Однако страны региона в стремлении к резкому расширению внутреннего спроса сталкиваются с некоторыми проблемами.

Во-первых, в ряде стран Восточной Азии в краткосрочной перспективе значительных результатов в расширении потребления добиться не удается, а внутренний спрос не способен симметрично компенсировать падение экспорта. Высокой остается норма сбережений в Сингапуре, Китае и Республике Корея. В результате эти государства стремятся сохранить за собой конкурентные преимущества во внешней торговле посредством воздействия на валютный курс. Денежно-кредитные органы Сингапура принимают меры для снижения темпов удорожания сингапурского доллара по отношению к ведущим мировым резервным валютам. В августе 2015 года была проведена беспрецедентная девальвация китайского юаня в размере 3,5%, т. е. несмотря на провозглашенный курс на стимулирование внутреннего потребления Китай стремится сохранить за собой и ценовые преимущества во внешней торговле.

Во-вторых, резкое наращивание денежной массы и увеличение доходов могут спровоцировать рост спекулятивного давления на рынках недвижимости и ценных бумаг и существенно увеличить риски финансовой нестабильности. В результате государства Восточной Азии стараются балансировать между принятием мер, направленных на стимулирование внутреннего спроса в качестве основного потенциального источника доходов, и стремлением максимально застраховаться от рисков повышения «плохих долгов» в банковской системе, неоправданного бума на рынках недвижимости и чрезмерного роста цен.

Как следствие, за смягчением денежно-кредитной политики наступает ее ужесточение, за снижением процентных ставок следует их краткосрочное повышение. Происходит это, главным образом, в странах, которые пережили относительно меньшее падение уровня инфляции (Малайзия, Индонезия, Филиппины)и обладающих относительно большей склонностью к потреблению (Филиппины).

Тем не менее, меры государственной политики, предпринятые развивающимися государствами Восточной Азии в 2014-м и, в особенности, 2015 году, свидетельствуют о начале масштабного процесса превращения региона в источник глобального спроса. По прогнозам МВФ, по итогам 2015 года и последующие годы именно внутренний спрос будет обеспечивать наибольшую долю прироста ВВП стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в то время как вклад чистого экспорта в прирост ВВП окажется ограниченным.

Читайте все материалы проекта «Эксперты МГИМО подводят итоги 2015 года».

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу