Встреча лидеров стран Северо-Восточной Азии в Сеуле: примирительные переговоры

10.11.15
Эксклюзив

Встреча лидеров стран Северо-Восточной Азии в Сеуле: примирительные переговоры

Эксперты МГИМО: Стрельцов Дмитрий Викторович, д.ист.н., профессор

Заведующий кафедрой востоковедения Дмитрий Стрельцов — почему встреча руководителей Китая, Японии и Южной Кореи в Сеуле имела «историческое значение», но говорить о прорыве в отношениях между тремя странами пока рано.

1 ноября в Сеуле состоялась встреча лидеров трех крупнейших стран Северо-Восточной Азии — Китая, Японии и Южной Кореи. Саммит «Большой тройки» был проведен впервые за последние три с половиной года.

Cтороны шли к трехстороннему саммиту постепенно. В предшествующие годы между тремя странами было создано более 50 межправительственных структур в самых разных областях, включая сферы охраны окружающей среды, культуры и борьбы со стихийными бедствиями. Действовавшие в рамках этих структур диалоговые форматы, в том числе около двадцати на уровне глав министерств и ведомств, продолжали функционировать даже в период сложностей в политических отношениях. Уже с осени прошлого года между Японией и Китаем начались неформальные контакты в направлении разморозки политического диалога, а в марте 2015 года была проведена первая после долгого перерыва встреча министров иностранных дел трех стран, открывшая путь к реализации идеи трехстороннего саммита.

К необходимости возобновления диалога с Японией и воссоздания трехстороннего диалогового формата на высшем уровне пришли как в Южной Корее, так и в Китае. Сеул подталкивали к этому преимущественно политические соображения. Нестабильность ситуации на Корейском полуострове потребовала воссоздания шестистороннего формата и консолидации позиции его участников по отношению к Пхеньяну. На позицию Сеула оказало свое влияние и давление со стороны заокеанского союзника: во время визита Пак Кын Хе в Вашингтон в октябре США выразили озабоченность продолжающимися «разборками» между странами «Большой тройки», которые дестабилизировали ситуацию в области безопасности в регионе. Особую тревогу США высказали в адрес Сеула по поводу замороженных политических отношений с Токио, не позволяющих развивать японо-южнокорейское сотрудничество в военной области.

Что касается Китая, то наиболее важными в его мотивации к участию в саммите явились вопросы экономики. На фоне падения темпов роста и трудностей на фондовом рынке перед китайским руководством встала острая необходимость провести структурные реформы. Сотрудничество с Японией, которая фактически держит в своих руках ключи от важнейших для модернизации высоких технологий, является для Китая безальтернативным. И хотя Ли Кэцянь, выступая на пресс-конференции по итогам саммита, не преминул в очередной раз «лягнуть» Японию, отметив, что та должна «хорошо понимать», почему трехсторонних саммитов не было целых три с половиной года, обозреватели сошлись во мнении, что данный пассаж носит скорее ритуальный характер, а в целом можно говорить о примирительном настрое со стороны Пекина.

Итоги прошедшей встречи носят во многом обнадеживающий характер, хотя говорить о качественном прорыве в отношениях между странами пока рано. Во-первых, было решено продолжать диалог на высшем уровне в формате «Большой тройки» и провести саммит в следующем году в Японии. Сам этот факт носит принципиальный характер и является главным аргументом в пользу вывода об успехе саммита, вне зависимости от того, пришли ли стороны к каким-либо практическим договоренностям. Именно в этом контексте следует рассматривать заявление Пак Кын Хе на пресс-конференции, что данная встреча имела «историческое значение».

Во-вторых, прогресс был достигнут в деликатной сфере вопросов исторического прошлого. В опубликованной по итогам встречи декларации говорится о том, что три страны будут стремиться к взаимному сотрудничеству и улучшать отношения, основываясь на духе «открытого видения истории и стремления к продвижению в будущее». Компромиссная формулировка — действовать в интересах будущего, но с оглядкой на прошлое — дает большой простор для интерпретации и позволяет каждому из лидеров трех стран чувствовать себя более уверенно перед нападками со стороны собственной внутренней оппозиции, которая склонна обвинять партию власти в недостаточно последовательном отстаивании национальных интересов.

В-третьих, значимым можно назвать достигнутый консенсус по вопросу о необходимости возобновлении Шестистороннего формата переговоров по корейской ядерной программе, которые были застопорены на целых семь лет. Следует учесть, что по данному вопросу между участниками саммита изначально проявлялись существенные различия. Так, КНР и РК настаивали на немедленном возобновлении данного формата без всяких условий, тогда как Япония, наряду с США, придерживалась той точки зрения, что КНДР должна сперва доказать делами свою готовность сесть за стол переговоров.

Стороны подтвердили свою приверженность достигнутым в рамках Шестисторонних переговоров договоренностям о непризнании и осуждении ядерной программы КНДР. В итоговой декларации саммита говорится о необходимости «содействовать подготовке к проведению значимых шестисторонних переговоров». Имплицитно за указанным положением декларации стоит, по мнению некоторых экспертов, активная позиция Китая, который не оставляет попыток вернуть КНДР за стол переговоров. Достигнутый компромисс здесь заключался в том, что по настоянию японской стороны использовалось понятие «значимых» переговоров, т. е. отметалась идея безоговорочного согласия на возобновление данного формата (другими словами, переговоры не должны вестись ради самого факта их ведения).

Наконец, в-четвертых, стороны договорились приложить максимальные усилия для ускорения переговоров о создании трехсторонней зоны свободной торговли, которые застопорились на фоне заморозки политических отношений с Японией. Данное положение привлекает к себе наибольшее внимание по той причине, что отсутствие преференциальных соглашений между тремя странами, имеющими теснейшие торгово-инвестиционные связи, существенно сдерживает перспективу их экономического роста.

Имеется еще и фактор конкуренции с прочими форматами экономической интеграции в Восточной Азии. В октябре было, наконец, достигнуто соглашение о вступлении в силу Транстихоокеанского партнерства, в котором участвует Япония, но отсутствуют Китай и Южная Корея. В конце декабря ожидается вступление в силу Экономического сообщества АСЕАН, полным ходом идут переговоры о формировании Всеобъемлющего регионального экономического партнерства (ВРЭП), в центре которого будет находиться опять-таки АСЕАН.

На этом фоне регион Северо-Восточной Азии плетется в хвосте азиатской экономической интеграции, и возобновление «трехсторонки» можно оценивать в контексте осознания Сеулом, Пекином и Токио пагубности такого положения для собственных интересов, особенно с учетом того факта, что внутрирегиональная торговля занимает для стран Северо-Восточной Азии все большую долю в их общем торговом балансе. Между тем потенциальные масштабы ЗСТ в случае ее реализации поражают воображение: доля трех стран в мировом ВВП составляла в 2013 году 20,6%, (доля ЕС была тогда 23,6%, США — 22%) и продолжает расти.

Китай и РК уже договорились о формировании двусторонней ЗСТ, которая вступит в силу в конце текущего года. О необходимости «не отставать» от Японии в деле присоединения к ТТП активные дискуссии идут в Корее. Китай же, понимая неприемлемость для себя установленных США жестких стандартов, стремится продвигать альтернативные ТТП региональные модели интеграции — ВРЭП и ЗСТ СВА, условия участия в которых будут существенно более мягкими. К тому же многие в Пекине видят в ТТП прежде всего не экономическую, а геополитическую структуру, созданную США для сдерживания КНР. Это заставляет его занимать наступательную позицию по вопросу о продвижении переговоров о ЗСТ с Сеулом и Токио.

Таким образом, прошедшая в Сеуле встреча наглядно продемонстрировала, что внутриполитические мотивы в действиях сторон, заставлявшие до недавнего времени Китай и РК держать двери для трехстороннего диалога плотно закрытыми, отходят на задний план.

Важен для прошедшей встречи был и контекст, связанный с возобновлением двустороннего политического диалога Китая и Южной Кореи с Японией. На полях саммита премьер Синдзо Абэ встретился со своим китайским коллегой — премьером Государственного совета КНР Ли Кэцянем. Стороны пришли к соглашению о необходимости улучшения и дальнейшего развития двусторонних отношений, основываясь на идее их стратегического значения для обеих сторон. Было принято решение возобновить на регулярной основе консультации на уровне министров иностранных дел, а также создать систему экстренного оповещения на море с тем, чтобы избежать непредвиденной ситуации, например, в результате столкновений боевых кораблей и самолетов двух стран.

На следующий день после саммита, 2 ноября, состоялась долгожданная встреча лидеров Японии и Республики Корея. Главными вопросами, ставшими предметом обмена мнениями на встрече, ожидаемо стали вопросы обеспечения военной безопасности в контексте политики КНДР, а также возможное содействие Японии Южной Корее в деле ее присоединения к ТТП. Затронуты в ходе саммита были и проблемы, сохраняющие в отношениях двух стран большой потенциал конфликтности, например, вопрос о компенсациях «женщинам для утешения», тема судебных исков южнокорейских граждан в адрес японского правительства с требованием компенсации за подневольный труд в годы войны, а также вопрос о привлечении к уголовной ответственности бывшего шеф-корреспондента в Сеуле газеты «Санкэй», который, по мнению южнокорейской стороны, оскорбил в своей авторской колонке президента Пак и в отношении которого южнокорейские прокуроры потребовали 18-месячного тюремного срока. Кроме того, Абэ потребовал от Сеула снятия запрета на импорт японских морепродуктов, введенных после фукусимской аварии. Стороны также обменялись мнениями по вопросу о территориальных притязаниях Китая в Южно-Китайском море.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу