Япония: отход от пацифизма, военное сотрудничество с США, конфликты с КНР и Южной Кореей

08.01.16
Итоги года

Япония: отход от пацифизма, военное сотрудничество с США, конфликты с КНР и Южной Кореей

Эксперты МГИМО: Стрельцов Дмитрий Викторович, д.ист.н., профессор

Заведующий кафедрой востоковедения Дмитрий Стрельцов — об итогах 2015 года для Японии.

В 2015 году Япония продолжила курс на «подведение итогов» Второй мировой войны: принятие двух важнейших документов фактически ознаменовало собой завершение длительного этапа политики в области национальной безопасности, главной отличительной чертой которой было действие налагаемых конституцией пацифистских ограничений.

В сентябре парламент Японии принял пакет законов, в рамках которого страна по-новому начала трактовать право на коллективную самооборону. Принятое законодательство легализует участие японских военнослужащих в боевых действиях не только в ситуациях, когда под угрозой оказывается суверенитет Японии, но и в тех случаях, когда ее союзники подвергаются вооруженному нападению и при этом имеются существенные угрозы японским национальным интересам. Новый закон позволяет японскому правительству отправлять силы самообороны за рубеж для материально-технической и логистической поддержки союзников. Теперь исчезла необходимость в принятии специальных законов о проведении конкретных военных операций, как это случалось в предыдущие годы, когда Япония направляла своих военнослужащих в Ирак и Афганистан.

В апреле 2015 года была принята новая редакция «Основных направлений японо-американского сотрудничества в области национальной обороны», получившая в сентябре одобрение японского парламента. В рамках этого документа между Японией и США было решено учредить постоянно действующий координационный орган, что означает более высокий уровень институционального оформления союзнических отношений, приближающихся теперь к уровню полноценного военного блока вроде НАТО (прежде подобные органы создавались на временной основе). В документе были устранены любые указания на географические рамки двустороннего сотрудничества, которое обрело теперь глобальный характер, и более четко обозначены ситуации, ранее не являвшиеся объектом регулирования (т.н. «серые зоны»). Документ, кроме того, выделил такие сферы оборонного сотрудничества, получившие особое значение в контексте новых вызовов и угроз, как оборонное сотрудничество в сфере космоса и кибербезопасности. Было указано и на необходимость японо-американского сотрудничества в сфере создания военной техники.

Наиболее актуальными направлениями военно-технического сотрудничества двух стран являются разработки противокорабельных ракет для Тихоокеанского флота США. В частности, речь идет о создании новой ракеты XASM-3, которая по своим уникальным характеристикам — высокая скорость и неуязвимость для радаров — окажется незаменимой в условиях Южно-Китайского и Восточно-Китайского морей, где КНР реализует стратегию блокирования заходов иностранных военных судов. Среди прочих успешно развивающихся направлений сотрудничества — создание ракет наземного базирования Patriot Advanced Capability-3 (PAC-3) для системы ПРО, разработка сверхсовременных истребителей F-2 и F-15J и т. д.

Особое внимание обращает на себя тот факт, что в интересах военно-технического сотрудничества в конце апреля 2015 года Япония ослабила ограничения на экспорт вооружений.

В 2015 году прогресс был достигнут в решении болезненной для Японии проблемы передислокации базы Футэмма из густонаселенного района острова Окинава в менее населенную его часть. Несмотря на протесты местного населения, японское правительство в октябре 2015 года дало указание начать строительство новой базы.

Помимо Соединенных Штатов, активно развивалась сотрудничество Японии с прочими странами Азиатско-Тихоокеанского региона, которые Япония считает своими союзниками — с Австралией, Филиппинами, Индией и т. д.

Например, с Канберрой Токио договорился о предоставлении патента на производство дизель-электрических подводных лодок класса «Сорю». Среди японских ноу-хау, используемых при производстве подлодки, следует назвать особую технологию сварки, секретные стелс-технологии, делающие подлодку невидимыми, литий-ионные аккумуляторы, интеграцию боевых систем и проч.

С Индией оборонное сотрудничество стало важной темой политического диалога, который вышел на новый этап своего развития (в декабре состоялся визит премьер-министра Японии в Индию). А в конце сентября на полях Генеральной Ассамблеи ООН была проведена первая трехсторонняя встреча министров иностранных дел Японии, Соединенных Штатов и Индии. Важнейшим направлением стратегического взаимодействия трех стран станет, как ожидается, содействие «дружественным» странам Юго-Восточной Азии в противостоянии новым вызовам, включая, безусловно, активизацию военно-морского флота КНР в Южно-Китайском море, где, к слову сказать, Япония договорилась с США о ведении совместного морского патрулирования. Важно и то, что японская корпорация Shin Maywa Industries практически договорилась о поставках в Индию двенадцати самолетов-амфибий 12 US-2i для высадки десанта и проведения поисково-спасательных операций.

Большой прогресс был достигнут в 2015 году в двусторонних связях Японии с Филиппинами в военной области. В конце января в ходе визита в Токио филиппинского министра обороны В.Газмина (Voltaire Gazmin) обсуждались перспективы сотрудничества двух стран в области обороны. Япония участвует в нескольких крупных проектах модернизации вооруженных сил Филиппин, проводится планирование японо-филиппинского взаимодействия в проведении гуманитарных и поисково-спасательных операций. Уместно вспомнить, что еще в 2013 году после обострения ситуации в Южно-Китайском море Япония приняла решение поставить на Филиппины десять патрульных судов. А в начале июня 2015 года во время визита в Японию президента Филиппин Акино обсуждался новый двусторонний договор, который позволит военно-морским «силам самообороны» Японии использовать (правда, пока на временной основе) филиппинские военные базы для дозаправки и снабжения.

Плодотворно развивалось сотрудничество Японии с Вьетнамом. Хотя последний не относится к числу стратегических союзников Японии, Токио считает его дружественной страной и активно развивает связи в области инфраструктурного строительства (проекты дельты реки Меконг) и ядерной энергетики, налаживает взаимодействие в деле проведения гуманитарных операций. Оценивая непростую ситуацию в Южно-Китайском море, Япония в августе 2015 года передала вьетнамской стороне патрульный катер.

Гораздо более сложными оставались отношения Японии с Китаем и Южной Кореей. Контакты на высшем уровне прекратились еще с мая 2012 года. Связано это было с обострением проблем исторического прошлого в отношениях Японии с Китаем и РК, а именно с тем, что Япония, по мнению Сеула и Пекина, не проявила достаточного желания признать ответственность за преступления, совершенные на материке в годы Второй мировой войны. Особое негодование в этих пострадавших от японской агрессии странах вызвал состоявшийся в декабре 2012 года визит японского премьер-министра в храм Ясукуни.

В Пекине и Сеуле негативно восприняли принятие Японией нового законодательства о коллективной самообороне. Выступая 3 сентября 2015 года по случаю 70-летия окончания Второй мировой войны, председатель КНР Си Цзиньпин напомнил о милитаристском прошлом Японии и указал на то, что Китай должен готовиться к защите от агрессии.

В свою очередь, в Южной Корее наиболее серьезным препятствием на пути к нормализации политического диалога с Японией считают отсутствие прогресса в решении пресловутой проблемы «женщин для утешения», наличие которой Япония отрицает, ссылаясь на положения японо-южнокорейской конвенции 1965 года.

Положение принципиально не изменилось даже после того, как С.Абэ подтвердил в своем выступлении 15 августа приверженность Японии прежним заявлениям своих лидеров, в которых выражалось раскаяние за совершенные ею военные преступления. Данное заявление было воспринято восточноазиатскими странами-партнерами Японии в целом благожелательно. Однако лидеры Китая и Южной Кореи, тем не менее, остались не до конца удовлетворенными, призвав Токио «предпринять откровенные действия» по сложным вопросам истории. Положение усугубилось после того, как Абэ не приехал в Пекин на празднование 70-летия годовщины окончания Второй мировой войны.

Однако встречу на высшем уровне с Китаем и Южной Корее удалось провести в трехстороннем формате — впервые с мая 2012 года. Важным его итогом явилось то, что стороны договорились продолжать диалог на высшем уровне в формате «Большой тройки». Прогресс был достигнут в деликатной сфере вопросов исторического прошлого — в декларации говорится о том, что три страны будут развивать отношения, основываясь на «открытом видении истории и стремлении к продвижению в будущее». Важно и то, что стороны пришли к выводу о необходимости ускорения переговоров о заключении трехсторонней зоны свободной торговли в Северо-Восточной Азии.

Читайте все материалы проекта «Эксперты МГИМО подводят итоги 2015 года».

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу