«Захват Ракки будет важным символическим шагом»

05.10.15

«Захват Ракки будет важным символическим шагом»

Эксперты МГИМО: Троицкий Михаил Алексеевич, к.полит.н., доцент

Международная коалиция намерена активизировать борьбу с «Исламским государством» в Сирии. Об этом сообщает The New York Times со ссылкой на источники в Пентагоне и Белом доме. В планах Вашингтона открытие фронта на северо-востоке Сирии для оказания давления на Ракку. Этот город является-де-факто столицей запрещенной в России группировки ИГ. Как указывает The New York Times, операция не согласована с Россией. При этом военное вмешательство будет проводиться в удалении от западных районов Сирии. Именно по ним наносит удары Москва. Политический аналитик, эксперт по международным отношениям Михаил Троицкий обсудил тему с ведущим «Коммерсантъ FM» Алексеем Корнеевым.

— Издание подчеркивает, что захват Ракки не является конечной целью операции. Но тогда цель всего этого, учитывая в том числе дополнительное вооружение для сирийских повстанцев, по которым наносит удары, по данным зарубежных СМИ, и российская авиация.

— Общая цель заключается в борьбе с инфраструктурой «Исламского государства», уничтожении его боевиков. Ну, а частная цель в данном случае заключается в том, чтобы обеспечить той самой суннитской оппозиции и курдам, которым помогают Соединенные Штаты и несколько их партнеров, некоторую зону контроля на севере Сирии и, возможно, в Ираке в условиях, когда Россия консолидирует режим Асада и обеспечивает ему территориальный контроль за теми зонами, на которых расположены, проживают алавитские меньшинства в Сирии. Своих клиентов вооружают и помогают перед лицом того, что другая сторона, в данном случае Россия, делает то же самое.

— Получается, что американские власти вооружают сирийскую оппозицию, против которых в том числе действует российская авиация?

— Россия официально заявляет, что не действует против тех умеренных так называемых сил, которых готовят и вооружают Соединенные Штаты и, скажем, их арабские партнеры. Другое дело, что Москва подчеркивала неэффективность, по ее мнению, этих бойцов — якобы они переходят сразу же на другую сторону, обычно в ряды «Исламского государства» вступают, по мнению Москвы, но там, конечно, не все так просто. Уж курды-то точно на севере Сирии боеспособны, ну и, возможно, суннитская оппозиция тоже реально существует. Вот видите, пишет газета, 3–5 тыс. человек под ее знаменами можно собрать, готовых проводить наземную операцию.

Американцы готовят такую наземную операцию, учитывая, что Россия в наземную войну вступать не собирается, ну, а Асад и алавиты, скорее всего, тоже озабочены защитой своих территорий и слишком далеко они не пойдут, понимая, что потом им не удержать территории, населенные суннитами, с которыми Асад, мягко говоря, сильно поссорился в последние годы.

 Захват Ракки — это вообще окажет влияние на ход военной операции, как вы думаете?

— Ну, это, вероятно, важный символический шаг, коль скоро «Исламское государство» заявляет о том, что Ракка — это его административный центр, так сказать, столица. Но одновременно Ракка вызывает некоторую обеспокоенность, поскольку российская сторона заявляла об успешных авиаударах именно по Ракке, в районе Ракки. И дальше сообщалось, в России во всяком случае, что «Исламское государство» бежит из Ракки, передислоцируется на территорию Ирака.

И в случае с этим районом можно допускать все-таки какое-то пересечение зон наземной операции суннитских повстанцев, курдов и российских авиаударов, и вот здесь действительно может возникнуть, очевидно, какой-то более острый конфликт между Россией, США и другими членами коалиции, которые скажут, что Россия бьет по умеренной оппозиции. Но в целом, конечно, Соединенные Штаты в реальности координируют свои действия с Россией, и делается все, чтобы избежать столкновений, уж во всяком случае российских и американских, скажем, сил ВВС, и, возможно, российских ударов избежать по умеренной так называемой оппозиции.

— Но вместе с тем неприятные инциденты какие-то возникают? Стало известно о том, что Турция вручила ноту послу России в связи с инцидентом с российским самолетом, военным самолетом, который пересек границу Турции со стороны Сирии в районе Яйладагы, это провинция Хатай, так, во всяком случае, сообщает МИД Турции. Что это значит? Это значит, что Турция просто высказывает тем самым косвенно свое недовольство операцией России в Сирии?

— Вполне возможно, что это нарушение воздушного пространства Турции имело место: там всякое бывает, самолеты летают быстро, могут залетать на территорию другой страны, хотя, конечно, это очень опасно, спору нет. И понятно, что участие России в этой операции при наличии в этой зоне ВВС и других наземных сил Турции, США и других стран создает риски непреднамеренного столкновения в воздухе или ударов с воздуха по наземным силам, и это действительно опасно.

Но все-таки надо признать, что такого рода столкновения были бы гораздо опаснее и остаются гораздо опаснее, риск их гораздо выше где-нибудь в Северной Атлантике, в зоне, входящей в ответственность НАТО. Вот там это столкновение действительно может повлечь за собой непредсказуемые последствия.

Здесь же, в Сирии, это, скорее всего, будет трагедией, это будет всплеском напряженности и породит за собой очень жесткие заявления сторон в отношении друг друга, но все-таки стороны понимают, что речь идет об отдаленной третьей стране на Ближнем Востоке, которую, в общем, ни по каким договорам ни Россия, ни США, ни другие государства не взялись защищать, то есть они реально борются с каким-то третьим врагом в этой зоне в лице «Исламского государства», а не демонстрируют свою решимость друг перед другом, как в Северной Атлантике, в Прибалтике и так далее.


Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Коммерсантъ»
Распечатать страницу