О популяризации науки в России и за рубежом

09.02.15

О популяризации науки в России и за рубежом

В прошлом году Российский гуманитарный научный фонд поддержал несколько новых заявок от МГИМО, в числе которых исследовательская работа «Социально-психологические проблемы популяризации науки в России и за рубежом (сравнительный анализ)». Мы задали несколько вопросов научному руководителю проекта — доценту кафедры философии, к.полит.н. С.Медведевой.

— Светлана Михайловна, каковы, на ваш взгляд, основные задачи популяризации науки в современном мире?

— Популяризация науки (ПН) столь же стара, как и сама наука. Думается, она возникла вместе с первым научным открытием. Вместе с тем, конечно же, каждая эпоха рождает свою проблематику и свою специфику. Нынешний этап связан с действием двух разнонаправленных тенденций. С одной стороны, наука оказывает беспрецедентно большое влияние на жизнь современного общества и человека. Современный обыватель не всегда осознает: телефоны, интернет, пища, которую мы едим, одежда, которую носим, дома, в которых живем, транспорт, на котором ездим, — все это результат научно-технического прогресса. Наука уже давно существует не в лабораториях, университетах или научных центрах. Она присутствует в каждом доме, в каждом нашем действии.

С этой точки зрения, мне очень близки формулировки задач и сути ПН, которые сейчас приняты во многих научных работах по этому вопросу за рубежом. Они заключаются в том, что современный гражданин должен обладать определенным минимумом научных знаний, иначе он не сможет осуществлять свои гражданские права и обязанности, быть полноценным гражданином. Он просто не будет понимать контекст, в котором все происходит. И в этом смысле стена между наукой и обществом рухнула.

Вместе с тем, возникла новая стена — стена непонимания. Для примера, еще в XIX в. научный и повседневный языки не были столь различны. Сейчас язык научных статей изобилует таким количеством терминов, математических формул и т.п., что обыватель не всегда может просто взять и прочесть их. Существует проблема фрагментации научного знания в самом научном сообществе. Разумеется, расхождения между физиками и лириками существуют давно. Но сейчас знание фрагментируется внутри отдельных дисциплин. Математики не понимают математиков, биологи биологов и т.п. С этой точки зрения характерно, что сейчас среди теоретиков ПН (или, как сейчас принято говорить на Западе, «научной коммуникации» (НК)), она необходима не только между научными кругами и общественностью, но и внутри самого научного сообщества, между разными дисциплинами, между теоретиками и практиками. Другими словами возникает новая стена не менее мощная.

В каком-то смысле популяризация науки стремится к обратной интеграции науки внутри нее самой, и науки, и общества. К разрушению этой стены, точнее стен, потому что их много. В том числе, в рамках нашего проекта мы рассматриваем пять этапов движения научных идей: 1) генерация идей автором, 2) продвижение ее внутри научного сообщества, 3) продвижение идеи за пределы научного сообщества в деловые и политические круги, их практическая реализация, 4) собственно научно-популярный этап, обращенный к массовому сознанию и 5) этап художественного творчества, когда научная идея преобразуется в миф в художественных произведениях. На каждом этапе есть свои особенности преобразования идей, способы коммуникации, и, к сожалению, стены непонимания. Их необходимо разрушать.

Я не уверена, что все проблемы можно решить путем ПН. Многие проблемы находятся внутри самой современной науки. В том числе проблема фрагментации, специализации знания очень серьезна. И дальше она будет только усиливаться. Но в данном случае представляется, что действовать все-таки лучше, чем пускать все на самотек. Возможно, меры по популяризации науки хотя бы подвинут эти стены, хоть немного сблизят науку и общество.

— Какие формы и способы популяризации научных знаний, на ваш взгляд, наиболее эффективны в наше время?

— Научная коммуникация слишком разнообразна для того, чтобы говорить о каких-то универсальных методах. Как отмечалось, мы выделяем пять этапов продвижения идей, а на каждом этапе есть свои способы и нюансы. Это могут быть научные конференции или публикации в научных изданиях для продвижения идей в научном сообществе, специализированные учебники для подготовки специалистов в вузах, которые используются и здесь, в МГИМО. Есть школьные учебники, которые написаны более популярно с точки зрения «науки специалистов». Но это тоже средство популяризации научных знаний. Разумеется, есть научно-популярные издания или документальное кино для популяризации науки в массовом сознании. Универсальных средств нет. И все они уместны в своей области.

Думаю, следует упомянуть об относительно новых средствах ПН, которые разрабатываются сейчас на Западе и нацелены на развитие диалога между научными кругами и общественностью. Следует указать, что движение в этом направлении связано с определенным сдвигом в области теории. Если раньше в моделях ПН или НК общественность представлялась в виде некоего пустого сосуда — невежественного, пассивного и т.п., куда ученые заливают знания, то теперь принято говорить, что различные группы вне науки имеют свои интересы, мировоззрение, практическое знание. Это знание надо уважать и принимать во внимание. Поэтому в процессе коммуникации стороны должны отказаться от попыток директивного влияния друг на друга (в том числе и ученые) и стремиться установить диалог, понять друг друга.

Соответственно, разрабатываются приемы НК — организация специальных комиссий, комитетов, в которых примут участие представители науки, деловых кругов и общественности для обсуждения актуальных научных проблем. Следует заведомо оговорить, что речь идет об обсуждении не фундаментальных, а именно практически значимых для общества или его части научных проблем, например, в области экологии. Предполагается, что решения этих комиссий будут носить обязательный характер для участников процесса, т.е., надо понимать, что нам предлагают не очередное ток-шоу. Это создание существенно новых структур, которые будут влиять на развитие науки. Сейчас еще рано говорить о том, как скажутся эти нововведения на мире науки. Но если они приживутся, научный мир существенно изменится. Сейчас очень интересно за этим наблюдать.

— Предпринимаются ли какие-то шаги для популяризации науки в современной России со стороны госструктур?

— Конечно, предпринимаются. Одной из самых значимых инициатив в этой области можно считать, пожалуй, создание в 2005 году при поддержке Федерального агентства по науке и инновациям и Министерства образования и науки России электронного портала «Науки и технологии России». Это очень солидный и масштабный проект.

Однако, насколько он достаточен? К сожалению, сейчас общим местом российского дискурса о науке является тот факт, что российская наука недофинансируется. В этих условиях что уж говорить о ее популярной версии…

— Вопрос о необходимости системной популяризации науки в России стал обсуждаться не так давно. А что можно сказать о зарубежном опыте? Как давно идет работа в этом направлении и насколько она успешна?

— Проблема взаимоотношения науки и общества не является исключительным признаком современности, поскольку попытки популяризировать научные знания столь же стары, как и наука, и философия. В частности, зарубежные исследователи Дж.Грегори и С.Миллер усматривают элементы научной популяризации в «Истории» Геродота и поэме Тита Лукреция Кара «О природе вещей». Поэтому в настоящее время имеет смысл говорить о новом витке теоретических размышлений и практических действий, направленных на интеграцию науки и общества, который берет начало на Западе и постепенно приходит и осознается в России. Всегда сложно датировать начало какого-то исторического процесса, однако условно его можно отнести к середине 1980-х годов на Западе, когда был запущен ряд инициатив. В США такой инициативой стало широкомасштабное движение «Научной грамотности», начало которого можно условно датировать запуском Американской ассоциацией продвижения науки в 1985 году проекта «Наука для всех американцев». В то же время в Великобритании стартовал во многом сходный проект «Общественное понимание науки». В рамках указанных проектов проводится множество исследовательских и практических, образовательных мероприятий и программ, выявляются новые формы и способы коммуникации между наукой и обществом. Россия, учитывая бурные события того времени, просто «проскочила» мимо этого процесса.

— Насколько широко можно использовать зарубежный опыт популяризации науки в нашей стране? Может быть, с учетом российских культурных особенностей и научных традиций стоит выработать свои подходы? Стоит ли учитывать опыт советского времени? Если да, то что именно?

— Я думаю, следует учитывать любой опыт, но критично и с умом, понимая, что невозможен его механический перенос из одной культуры в другую, из прошлого в настоящее.

Сейчас проводятся интересные исследования влияния культуры на развитие научных практик в разных странах мира. Такие исследования ведутся и в МГИМО, в том числе моим коллегой В.Конновым, который занимается сравнительным анализом исследовательских культур. Таким образом, можно сказать, что коль скоро национальные традиции влияют на развитие науки в разных странах, они сказываются и на становлении практик ее взаимодействия с обществом. Это необходимо учитывать при разработке и проведении любых мероприятий.

Что касается советского опыта, то можно вспомнить, что в СССР популяризация науки проводилось на очень солидном уровне. Достаточно обратить внимание, что главные редакторы многих советских научно-популярных журналов имели статус академиков. Это была солидная работа. Здесь следует учесть также, что большевики, поскольку они проповедовали индустриализацию и модернизацию России, изначально были настроены на поддержку науки и научно-технического прогресса. Это отразилось, например, в первых решениях после Октябрьской революции, направленных на использование кинематографа как средства просвещения масс.

Разумеется, наука в СССР имела свою специфику. И пропагандировали ее исходя из этого своеобразия. Но в рамках существовавшей системы популяризация науки была поставлена очень солидно. Что мы можем заимствовать из этого опыта? Например, в СССР снималось много фильмов о русских ученых: о Ломоносове, Павлове, Софье Ковалевской и многих других. Это область, где создается некий миф о науке, представление о достоинстве и героизме ученого, беззаветно служащего науке и своей Родине. Во всяком случае, так это представлялось в фильмах. Но мне кажется, обществу необходимы подобные легенды. Поэтому хорошо бы возобновить эту традицию. Самое время.

Управление инновационного развития


Распечатать страницу