Кейс-стади — учимся решать бизнес-задачи

05.04.10

Кейс-стади — учимся решать бизнес-задачи

Об использовании бизнес-кейсов в учебном процессе и о необходимости увеличения интерактивности обучения мы беседуем с ученым секретарем МГИМО, кандидатом экономических наук, доцентом кафедры менеджмента и маркетинга Алексеем Владимировичем Свищевым.

— Алексей Владимирович, в статьях, посвященных методам активного обучения, можно встретить разнообразные определения понятия «кейс-стади». Как бы Вы его сформулировали?

— Лучше я дам не определение, а общее понимание этого метода. Кейс-стади — это конкретная ситуация, описанная в четких цифрах, данных, персоналиях, временных и географических понятиях, которая сложилась когда-то в какой-то реальной компании, содержащая проблему, которую необходимо решить.

Изначально в методику закладывалась одна простая мысль. Понимание, что менеджмент и маркетинг не имеют четких рамок (за исключением очень общих) привело к тому, что наиболее эффективным способом изучения этих дисциплин было признано общение с коллегами и анализ множества различных ситуаций. Тогда, сталкиваясь с какой-то задачей в реальной жизни, ты можешь обратиться к уже накопленному опыту, который и поможет тебе найти подходящее решение.

Не стоит забывать, что на Западе это большая и прибыльная индустрия, и обращение топ-менеджеров компаний в университеты или бизнес-школы — очень частая практика. Руководители компаний сами приглашают профессоров и оплачивают создание и дальнейшую проработку бизнес-кейсов на основе их реальных ситуаций, чтобы изучение их проблем сторонними специалистами помогло найти оптимальные варианты. Решение серьезных управленческих задач требует проработки множества вариантов, и такое сотрудничество помогает бизнесменам разобраться с проблемами, а преподавателям создать новые кейсы и заработать деньги.

Будучи на стажировке в Испании, я сам был свидетелем ситуации, когда на занятие по методу кейс-стади пришли руководители испанской фирмы и внимательно следили за дискуссией. Как объяснил нам позднее профессор, эти бизнесмены слушали обсуждение кейса, созданного на основе ситуации в их фирме, причем приходили на это занятие регулярно в течение довольно долгого времени и прорабатывали потом наиболее интересные для них идеи. Когда ты видишь такое отношение к этому процессу, то начинаешь понимать его реальную необходимость и полезность для всех сторон.

— Где и как подбирают материал российские преподаватели для разработки новых кейсов?

— К счастью, у нас есть хорошо развитый медиарынок, и профильные СМИ дают достаточно информации о бизнес-среде, а также об отдельных компаниях. Преподаватели изучают эти данные, анализируют, обобщают и используют при составлении кейсов.

— Отличаются ли кейсы, составленные российскими педагогами, от западных аналогов?

— Да, отличий много. Хорошо написанный западный кейс — это маленькое литературное произведение, позволяющее не только получить информацию, но и погрузиться в атмосферу происходящего. Это помогает студентам представить себя в реальной жизненной ситуации, а не просто решать сложную задачу. Отечественные кейсы пока больше походят на подробные условия задач — это тоже имеет практическую пользу, но не погружает в ситуацию.

Еще одно отличие западных кейсов — они имеют открытый финал, который вызывает не только желание обсудить возможные варианты, но и узнать, чем же все закончилось на самом деле. Зарубежные университеты и бизнес-школы не теряют связи с компаниями, поэтому знают о том, какие решения были приняты на самом деле, и к чему это привело. Это лишний раз позволяет учащимся почувствовать, что все происходит по-настоящему.

У западных кейсов есть еще одно большое отличие от отечественных аналогов. Там ситуация не выдумывается, а описывается на основе реальных данных реальной компании. И ты можешь быть уверен, что именно в этом году, именно в этой компании были такие-то показатели, прибыль и т.д. Вернувшись в Москву, я попробовал обратиться к знакомым бизнесменам с просьбой предоставить данные для создания кейсов, но никто не хотел афишировать реальные показатели и названия своих компаний, хотя все понимали важность и значимость поставленной мной задачи.

Я считаю, что, взяв на вооружение эту интересную западную методику, мы должны все-таки придерживаться ее основополагающих принципов, но пока, увы, у нас это трудно.

— На развитие каких навыков учащихся направлено применение кейсов?

— Каждый кейс имеет свою тематическую направленность, поле исследования и проблематику. В любом каталоге кейсы распределены по изучаемым дисциплинам, и каждый преподаватель может найти кейс по своему предмету и нужной тематике. Наша система обучения предполагает проведение лекции, семинара и использование кейса. Получив теоретические знания на лекции и обсудив их на семинаре, студенты получают представление о практическом применении того, что они узнали, благодаря кейсу. У студентов происходит прочная связь между теорией и практикой, что, собственно, и является главной учебной задачей.

Если же говорить о конкретных навыках, которые развиваются благодаря использованию кейсов, то надо отметить аналитические возможности, способности быстро принимать решения, ораторские и коммуникативные навыки. А если в ходе работы над кейсом дать студентам задание письменно изложить свои доводы, то мы будем разрабатывать еще один навык. Так что полный перечень тут дать трудно.

У этой методики есть один большой плюс — я, как преподаватель, могу направить учебный процесс в нужное мне русло, соответственно и развитие навыков будет происходить в зависимости от актуальных учебных задач.

— Необходимо ли какое-то специальное техническое оснащение для успешного использования кейсов в процессе обучения?

— Конечно, хорошо, если занятие проходит в мультимедийной аудитории. Но самое важное даже не это, а наличие большого количества досок, на которых фиксируется каждая высказанная мысль. Это создает ощущение полного вовлечения в процесс и позволяет наглядно видеть все многообразие вариантов.

Иногда бывает полезно снимать все происходящее на видео, чтобы иметь возможность проанализировать ход дискуссии и посмотреть на себя со стороны.

— Требуется ли преподавателям и студентам специальная подготовка для применения этой методики?

— Да, конечно. Было бы неправильно считать, что методика настолько универсальна, что ее может применять любой неподготовленный преподаватель. Во-первых, он должен отлично знать свой предмет и цели использования этой методики. Во-вторых, преподаватель должен уметь отказаться от роли всезнающего гуру и стать простым модератором дискуссии, он должен уметь ее формировать и направлять. Иногда наши преподаватели грешат резкими высказываниями в адрес студентов, сделавших, по их мнению, неправильное предположение. Но слова «Это неправильно!» не могут звучать на обсуждении кейса из уст преподавателя. Здесь важно многообразие и нужна каждая мысль, а не только то, что кажется верным педагогу.

Еще одним важным навыком для преподавателя я считаю актерское мастерство. Людям с академической манерой преподавания трудно проводить обсуждение кейсов. Я помню пример из собственной стажировки, когда после моего предложения уволить ненужного сотрудника профессор сел рядом со мной и сказал: «Представь, что я этот сотрудник. Давай, увольняй меня!» И тут я отчетливо понял, что не могу этого сделать, не готов, не знаю, какие привести аргументы. И в следующий раз, прежде чем высказать какое-то предположение, я стал думать — а могу ли я это сделать и какими средствами. Так что способность преподавателя дать студентам возможность почувствовать, что все происходит «на самом деле», очень важна. Преподаватель обязан быть в контакте со слушателями, интерактивность тут просто необходима.

Что касается подготовки учащихся к работе с кейсом, то и тут у нас с западными коллегами есть серьезные отличия. В зарубежных университетах не принято обсуждать кейсы спонтанно. Обычно преподаватели заранее выдают студентам материал и примерные вопросы, студенты думают над этим самостоятельно, затем обсуждают друг с другом в группах, и только после этого происходит само занятие. Причем эта сознательность проявляется самостоятельно, никто не проверяет и не заставляет их, они просто действительно сильно заинтересованы в хорошем образовании.

У нас на младших курсах такая сознательность невозможна, поэтому наиболее эффективным применение кейсов я считаю на старших курсах, в магистратуре и обязательно — при получении второго образования или MBA. Впрочем, и в западных университетах кейсы чаще всего используются именно при получении второго образования.

— Вы отметили, что отрицательная оценка при работе с кейсами недопустима. А можно ли вообще говорить об оценивании подобного вида работы студентов?

— Нельзя оценивать результат категорично, но логика ответов, глубина аналитической работы, серьезность аргументации, качество презентации, широта подходов может и должна быть оценена. Классическая методика не подразумевала выставления оценок, так как изначально нужны были не отметки, а идеи. Но если мы стараемся использовать это в учебном процессе, то и оценивание результатов выглядит вполне уместно.

У нас есть методика, в соответствии с которой каждый вид выполненной работы заслуживает своего процента в общей оценке. В конце занятия эти проценты суммируются, и мы получаем общий результат.

С помощью кейсов вполне возможно проводить контрольные или экзаменационные работы, просто тогда ответ должен будет даваться в письменной форме, так что никаких ограничений тут нет.

— Как сегодня на занятии происходит работа с кейсами?

— Обычно в течение пары мы обсуждаем теоретические вопросы, затем выдаем студентам 1–2 страницы с текстом кейса (кстати, западные кейсы — это обычно 20–30 стр.!) и даем им возможность обсудить это в небольших группах. Затем дискуссия становится общей, и кейс обсуждается всей группой. В конце занятия обязательно должно прозвучать резюме преподавателя, который подводит итог обсуждения.

— Есть ли еще какие-то методы активного обучения, которые Вам хотелось бы внедрить в учебный процесс?

— В первую очередь мне бы хотелось добавить интерактивности. У нас есть все технические возможности для этого, но пока мы сами не готовы правильно внедрить это в учебный процесс. Интерактив с дистанционным обучением, проведение мастер-классов on-line и видеоконференций — все это мне кажется очень важным, и внедрять это необходимо. Мы должны увеличивать долю практических занятий, но не отказываясь при этом от серьезной теоретической подготовки. Есть еще один важный аспект, которому мы должны уделять больше внимания — мы должны создать такую систему обучения, при которой сам студент будет понимать, как много от него зависит. Тогда возникнет и вовлеченность, и заинтересованность.

Беседовала Елена БАЛАШОВА,
Управление инновационного развития


661
Распечатать страницу