С.И. Савченков отпраздновал юбилей! Поздравляем!

19.10.11

С.И. Савченков отпраздновал юбилей! Поздравляем!

С.И. Савченков отпраздновал юбилей! Поздравляем!

Сергей Иванович Савченков, доцент кафедры японского, корейского, индонезийского и монгольского языков, отпраздновал в октябре свое восьмидесятилетие. Он рассказал нам о самых интересных моментах своей карьеры переводчика высшей категории, контактера, радиожурналиста, преподавателя и даже разведчика. Об удивительном везении и терпком привкусе большой политики читайте далее.

— Сергей Иванович, скажите, как вышло, что вы посвятили свою жизнь изучению иностранных языков?

— Благодаря моему деду, Виктору Александровичу Мазырину. Он был архитектором, много путешествовал и увлекался Востоком — это увлечение перенял и я. Однажды он с другом Арсением Морозовым совершил поездку по пиренейскому полуострову, где изучал синтез европейского и мавританского стиля. Ему хотелось построить особняк, который смог бы удивить всю Москву. Так он стал автором особняка Арсения Морозова в Москве на Воздвиженке, 16. Я деда никогда не видел, он умер от пневмонии в 1919 году. Но у меня была его фотография, точнее пропуск с его фотографией на Всемирную выставку в Антверпене, в Бельгии в 1894 году, где он строил российский павильон. На обратной стороне я увидел надписи: слева на французском, а справа — я никак не мог понять, что за язык? Уже позже я понял, что это был фламандский. Мне тогда было лет восемь, и это меня очень заинтересовало. С той поры я всегда тяготел к изучению языков. Кстати, знаете, содержание этих надписей было очень забавным: «Вы несете ответственность в случае передачи пропуска другим лицам». Это ведь больше, чем сто лет назад! Действительно, есть вещи в нашей жизни, которые не меняются.

— Но почему вы решили изучать именно индонезийский язык?

— Когда я заканчивал школу, я размышлял, поступать в МГИМО или в Институт востоковедения? Окончательно меня убедила одна женщина, которая преподавала французский в какой-то военной академии. Она спросила меня: «Что ты будешь изучать в МГИМО»? Я ответил: «Английский язык, естественно! Я хочу им в совершенстве овладеть. И, конечно, юриспруденцию, международное право»… Она сказала: «Этого мало. Сейчас наступает век Востока». А тогда был 1949 год, Мао Дзэдун, первого октября возникла Китайская народная республика. И я захотел стать китаистом или, как более загадочно звучит, синологом. Тогда еще в МГИМО не было восточного факультета, и я подал заявление в Институт востоковедения. Сдал экзамены на 25 баллов из 25 возможных. Вдруг меня вызывают на мандатную комиссию и говорят: «А что если вам пойти на индонезийское отделение, которое только что организуется, впервые у нас?». Я ответил, что все же хочу стать китаистом. «Вы понимаете, почему мы вам предлагаем? Потому что там нужно будет учить два западных языка и один восточный. Мы отобрали тех, кто лучше всех сдал экзамены по английскому. Вы будете изучать, помимо английского, голладский и индонезийский». Тогда это была редкость, уникальная возможность, и я не мог ее упустить.

— Расскажите, пожалуйста, как развивалась ваша карьера после окончания института?

— Еще в 1953 году, будучи студентом, я стал стажером Московского радио в отделе вещания на Индонезию. Из радиокомитета пришел товарищ в наши кадры и сказал: «Мы понимаем, у вас еще никто не выпустился в институте, но не могли бы вы рекомендовать стажера, чтобы впоследствии он остался у нас работать?» Эта структура вывески не имела — по старым временам она считалась закрытая, режимная… Она называлась «Иновещание» и была под крышей Государственного комитета по радиовещанию и телевидению при Совете министров СССР. Там я попал в индонезийский коллектив, и, не хочу скрывать, меня это увлекло.

Думаю, ко мне высокое начальство относилось с благожелательностью, которую я, может быть, и не заслуживал по своему возрасту и по всему. Прошло совсем немного времени, как я был стажером, меня вызывают и говорят: «В Джакарте открывается наше посольство (это в 1954 году), а перед этим состоится огромная торгово-промышленная выставка Советского Союза. Мы хотим послать тебя туда как переводчика». Я поехал, уже успев получить красный диплом.

— Что ожидало вас в Индонезии?

— Надо сказать, в моей биографии были моменты, когда я оказывался где-то в чрезвычайных ситуациях, на переднем крае, просто в результате стечения обстоятельств. Можно сказать, мне немного везло. Представьте себе, я оказался вместе с послом Дмитрием Александровичем Жуковым во дворце президента Сукарно в Джакарте на церемонии вручения верительных грамот. И мне удалось побеседовать там с самим президентом Индонезии! А мне 21 год! Он подозвал меня и спросил, где я изучал язык. После со мной поговорил и Жуков, спросил, какие планы дальше, где я работаю. «Если будет нужно, вас найдут». Потом я вернулся в Москву и продолжил работу на радио.

— Чем вам приходилось заниматься?

— На радио я проработал с 1953 по 1995 год. Используя свои знания, я сделал десятки интервью на языке. Я, если можно так выразиться, проявлял профессиональную дерзость, ведь среди моих интервьюируемых были: министры иностранных дел, последним был Кусумаатматджа, посол Индонезии в Москве Адам Малик, колоритнейшая фигура, министр обороны и национальной безопасности Индонезии генерал Насутион. Ну, Насутиона я интервьюировал очень много раз, и нужно сказать, он всегда знал, чего от него ожидают, каких слов, — очень умный человек.

— Вам нравилась ваша работа?

— В этой работе, журналистской, переводческой, дикторской, было несколько моментов, когда судьба выносила меня на контакты высшего уровня, годы апогея. Лет десять по совместительству с радио я проработал в Управлении внешних сношений министерства обороны в качестве переводчика. Если вы переводите переговоры на высшем уровне, скажем, Хрущеву, Брежневу, вы так или иначе чувствуете колоссальное удовлетворение от того, что вы приобщены к этому, на какой бы скромной должности вы ни были. Вы чувствуете терпкий привкус того, как делается большая политика. И самое захватывающее — не парадная сторона, а внутренняя, где идут прямые разговоры без какой-либо обертки. Особенно интересно работать контактером, человеком, который поддерживает отношения с послом или с каким-либо другим государственным политическим деятелем как бы на неофициальной основе. Вы с ним ходите по ресторанам, посещаете какие-то интересные места, бываете у него в резиденции и даже принимаете высокого гостя у себя дома. Я был контактером генерала Насутиона и трех индонезийских послов: Сурьйоно Дарусмана, Хусина и Джайядининграта.

— Какие годы вашей работы вы могли бы назвать самыми интересными? Может быть, у вас в работе были какие-то необычные ситуации?

Самыми интересными я назвал бы годы с 1961 по 1966. Я сопровождал различные делегации, в основном военные, сопровождал послов и министров. Например, в 1963 году прилетел генерал Насутион, ему нужно было передать послание от президента Индонезии лично премьеру Хрущеву. В тот его приезд случилась одна забавная история. Встреча проводилась в Киеве на высшем уровне, в бывшем дворце вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Были переговоры за круглым столом, обед. После обеда решили прокатиться, показать генералу киевское метро. На одной из станций вдруг входит в вагон пожилой мужчина, явно украинец, выглядит как на картине Репина «Запорожцы пишут ответ турецкому султану»: усы, народное одеяние. Он якобы с какого-то сельскохозяйственного участка, с лопатой… Вдруг смотрит в нашу сторону удивленно и говорит: «Да это ж генерал Насутиён! Кого я бачу!», — и подходит. Тот медленно снимает перчатку, пожимает руку: «Да, это я. А как вы меня узнали?». «Да только что по телевизору я бачил, как вы прибыли!». Ну, на этом разговор, естественно, заканчивается. Я думаю, что это был «спецэффект», и мне очень понравилось, как начальник киевского военного округа это дело обыграл, он сказал: «Видите, господин генерал, киевляне уже узнают вас на улицах. У меня впечатление, что они уже успели вас полюбить». Несколько лукаво, не правда ли?

После, в 1965 году генерала Насутиона приглашают на 20-летие победы. Интересно, что его поместили во время парада на трибуне Мавзолея, — ему оказываются чрезвычайные почести. Показывали различную технику: гигантские ракеты, танки. Потом, после прохождения парада, Насутион в беседе с Малиновским отмечает: «Смотря парад, я исходил слюной от зависти». Многие говорили, что это просто шутка, но я уверен, что это был намек: «Мало даете».

У меня была еще одна очень интересная поездка в Индонезию, можно сказать, в качестве журналиста-разведчика. Осенью 1966 в международном отделе ЦК КПСС решили: Индонезия залита кровью, нужно получить материалы, впечатления, от людей, которые не связаны брендом посольства и у которых там есть личные знакомства. Родилась идея послать туда группу людей от имени Союза журналистов СССР. Меня рекомендовало мое начальство. Нас набралось четверо и мы поехали как бы по приглашению Союза журналистов Индонезии. Поездка была исключительно интересной, были встречи со многими старыми знакомыми, например, с Адамом Маликом, тогда уже Министром иностранных дел. Все беседы мы протоколировали и передавали в МИД.

Еще зимой 1966 я был в Голландии в качестве помощника директора торгово-промышленной выставки со знанием языка. Имел наглость переводить переговоры, вначале было трудновато, но потом получалось.

— У вас когда-нибудь были случаи сложного перевода?

— Да, случалось, конечно. Например, в беседах с Хрущевым генерал Насутион называл его «отец Хрущев». У них так принято, это мусульманская традиция — уважительно обращаться к людям старшим по возрасту. Я перевел сперва «господин Хрущев», а Насутион (видимо, он чуть-чуть знал русские слова), сказал мне: «В дальнейшем надо переводить „отец“». Когда я объяснил ему, что это по-русски звучит немного странно, он настоял: «Не важно».

— Вы что-нибудь пишите, публикуетесь?

— Мне подчас не хватает времени, чтобы что-то писать, но в этом году я выпустил сборник индонезийского короткого рассказа-очерка с комментариями и упражнениями.

— Расскажите, пожалуйста, подробнее о вашей преподавательской деятельности.

— Давайте порассуждаем, что значит владение языком? Особенно, если вы работаете с теми людьми, для которых он является родным? В полном смысле слова, это оружие. Этим оружием вы бескровным путем добиваетесь контакта. Вы начинаете понимать этих людей и обладать способностями аналитика. Если кропотливо трудиться, изучить все традиции поведения, не давать себе спуску, можно построить в какой-то степени близкие отношения, тем более, если вы овладеваете одним из языков Востока.

Вы можете прекрасно говорить по-английски, ваши собеседники тоже могут говорить на нем, но такое общение — беседа людей через стеклянную перегородку. Она лишена душевного контакта, которого никогда не будет, если вы говорите через третий язык. Впрочем, английский в любом случае нужно знать в совершенстве. Представьте себе, что вы на большом приеме и знаете, например, один японский, — вы сможете общаться только с японцами. А там представлены десятки стран, десятки интереснейших дипломатов. Вы будете отрезаны.

В МГИМО я преподаю 56 лет, в том числе по совместительству с работой на радио, — приношу сюда ребятам то, что знаю сам, и то, что видел в Индонезии. В плане преподавания у меня есть своя концепция: мы готовим людей, прежде всего, для МИД, и они должны научиться не только переводить. Они должны уметь обращаться с прессой, уметь аннотировать текущую периодику, публикации, видеть не только то, что написано, но и то, что идет за строкой. Меня этому научила вся практика работы с иностранцами. Помимо этого, конечно, надо знакомить студентов с историей, традициями, политической обстановкой. При преподавании такого языка как индонезийский, особенно важно держать руку на пульсе его развития, поскольку этот язык находится в процессе постоянного обогащения, как в области словарного богатства, так и в процессе упорядочения синтаксиса и нормативной грамматики. Индонезийский язык развивается, причем семимильными шагами. На сегодняшний день он, безусловно, является одним из богатейших языков Востока.

Руководство университета, коллеги, студенты и выпускники поздравляют Сергея Ивановича Савченкова с юбилеем! 

Юлия ТРИШАНКОВА,
Управление интернет-политики


785
Распечатать страницу

Фотогалереи