«Я живу, когда снимаю кино»

22.11.11

«Я живу, когда снимаю кино»

«Я живу, когда снимаю кино»

«Я живу, когда снимаю кино» — эта фраза, пожалуй, как нельзя лучше характеризует триумфатора недавнего Каннского кинофестиваля Андрея Звягинцева, чей новый фильм «Елена» стал победителем программы «Особый взгляд». Это далеко не единственная награда русского режиссера: еще были многочисленные призы Венецианского кинофестиваля и Ника за «Возвращение», а также номинация фильма «Изгнание» в Каннах. Так что легко представить, какой интерес вызвал визит столь интересного гостя не только у студентов, но и у преподавателей МГИМО.

Поприветствовав всех, Звягинцев сказал, что готов ответить на любые вопросы. На один из первых — «Вы когда-нибудь снимали кино ради денег?» — он признался — «Знаете, я могу сказать, что я еще пока не делал ничего, во что бы не верил».

Почувствовав дружеский настрой гостя, его искренность и открытость, поначалу стеснявшиеся «зрители» начали буквально сыпать вопросами, большинство из которых, конечно, были посвящены последнему, вышедшему в 2011 году, фильму Звягинцева «Елена». Что в этом фильме означает та деталь, что несет в себе этот символ, как понимать то-то и то-то… Режиссер начал с того, что он не сторонник символов. Его фильмы полны аллюзий и, возможно, намеков, но никак не символов. Символ — это что-то неподвижное и однозначное. «Как женский и мужской силуэты на дверях уборных. Если бы символы не были такими, то в женской уборной собрались бы все» — подытожил гость.

На вопрос о том, что же означает упавшая лошадь, которую видит Елена по пути к своей семье, Звягинцев ответил очень просто: «Лошадь — это просто лошадь, а белая она потому, что на сером асфальте белый цвет лучше виден». Вот и весь подтекст. Вообще следует отметить, что в интерпретации своих фильмов зрителями Звягинцев ни в коем случае не вмешивается. Он позволяет каждому домыслить что-то свое, ведь «фильм рождается в голове смотрящего». Рассказывая про «Елену», режиссер заметил, что «в фильме нет ни одного подлога», ничего сверхъестественного: завязка, развязка, 2 противоположные позиции… Точки зрения автора в этом кино нет, все предельно объективно. Момент субъективности присутствует лишь в эпизоде с лошадью («которая просто лошадь»). Ее мы видим глазами Елены. И благодаря этому чувствуем внутреннее содрогание героини.

Далее Андрей Петрович, рассказал, как родилась идея фильма. Дело в том, что он оказался в числе четырех режиссеров, которым английский продюсер Оливер Данги предложил снять свою версию фильма про апокалипсис. В «Елене» эта тема сузилась до частного случая одной пары. Когда продюсер (человек непременно умный, тактичный и образованный, как охарактеризовал его Звягинцев) увидел сценарий, то предложил сделать разъяснение, почему Елена поступила именно так, что ей двигало. Может, у нее детская травма какая. Такой вариант Звягинцевым даже не рассматривался, — «это была бы подмена реальности, фальсификация настоящего». В этом фильме нет начала, нет конца — просто отрывок из истории, которая могла бы произойти в реальности. И даже в финале автор не оставляет никакой надежды на то, что преступление будет наказано и справедливость восторжествует. На протяжении всего фильма зритель ждет, что-то произойдет, и, таким образом, он «смотрит фильм на вдохе» и находится в таком состоянии вплоть до последних кадров. «А если ввести флэшбэк, то это будет означать, что мы дадим зрителю возможность выдохнуть». Фильм на вдохе означает домысливание; разомкнутая, широкая ситуация дает возможность что-то досказать. «Находит тот, кто ищет», а тотальная ясность убивает возможность сотворчества зрителя.

Так в чем же суть фильма? Один из его смыслов — человека определяют его поступки, а не намерения. Именно необратимые поступки и создают человека. Вроде бы аксиома, но когда смотришь фильм, открываешь эту идею заново. Она лучше всего отражается в эпизоде в церкви, когда намерения Елены абсолютно искренни, а надежды чисты. Однако ж убийство — поступок, который изменить нельзя.

Звягинцев также открыл собравшимся небольшую тайну: он рассказал о трех еще не воплощенных замыслах, давно пылящихся у него на столе в ожидании экранизации. Все эти фильмы исторические: первый повествует о IV веке до н.э., второй — о Киевской Руси 1015 года, где показан хаос, в который было брошено общество, третий — о Великой отечественной войне в период с 1942 по 1943 год.

Отвлекшись от темы кино, кто-то из студентов спросил: «А что у вас написано на футболке? Вы можете перевести?». На это Звягинцев ответил, что ему стыдно признать это, «особенно в МГИМО, где люди знают по 2–3 иностранных языка», но он не говорит по-английски. Однако, что написано на футболке, знает: «Театр — моя жена, кино — моя любовница».

Затем посыпались вопросы о любимом фильме и книге гостя, на что он, не раздумывая, ответил: «Любимый фильм — „Приключение“ Антониони». По словам режиссера, эта картина изменила его жизнь, мировоззрение и отношение к кинематографу. Одно из любимых произведений — «Маленький принц», который стал для режиссера настольной книгой во время службы в армии.

Очень заинтересовало публику и отношение Звягинцева к разделению героев на положительных и отрицательных. Режиссер выразил свое мнение так: «Фильмы с положительными героями — атавизмы. Человек может превзойти себя, а может упасть. Нет позитивных и негативных героев. Есть люди».

Завершающим стал вопрос «а Вы посещаете театры?». На что Звягинцев ответил: «Да, и сейчас я как раз опаздываю на спектакль». Оказалось, что полтора часа, отведенные на встречу незаметно превратились в два с половиной. Как мы помним, театр — «жена» Звягинцева, а жены не любят, когда мужья сильно задерживаются.

Екатерина ПОСТНИКОВА,
Яна СТРЕМУЖЕВСКАЯ,
студентки 1 курса факультета МЖ


Распечатать страницу

Фотогалереи

Фотограф: Николай ШАМАЕВ 26