В.Н.Верченко: «Работая на китайском направлении, я объездил почти всю Азию»

21.03.17

В.Н.Верченко: «Работая на китайском направлении, я объездил почти всю Азию»

В рамках рубрики «Говорят выпускники» на странице кафедры китайского, вьетнамского, лаосского и тайского языков известные дипломаты рассказывают о том, как они изучали язык Поднебесной в своей alma mater, и о том, какую роль язык сыграл в их жизни. Сегодня гость рубрики — Владислав Николаевич Верченко.

Окончил МГИМО в 1971 году (факультет МО). Работал в Консульском департаменте, генконсулом России в Шэньяне. В отставку ушел с поста заместителя директора Первого департамента Азии в 2008 году.

— Думаю, на выбор китайского языка, прежде всего, повлияла международная обстановка. В МГИМО поступал из армии в1966 году, на экзамены ходил в форме, это был год т.н. рабоче-крестьянского набора. Думаю, что попал в МГИМО именно по этой причине, хотя имел серебро в школьном аттестате. В связи с тем, что до армии я учился в ленинградском пединституте на английском отделении факультета иностранных языков, меня, как я полагаю, вначале определили на западное отделение факультета МО и дали для изучения английский язык.

Я просил при распределении языков греческий, т.к. у меня мать гречанка из приазовских греков. Но меня направили в одну из групп английского языка (комментировать решение деканата не буду). Через несколько месяцев меня и еще нескольких сокурсников пригласили к декану и сказали: «В связи с ухудшением советско-китайских отношений и резкой нехваткой специалистов с китайским языком создается дополнительная группа китайского языка». Накануне опросили преподавателей английского языка на предмет знаний студентами английского, как потом выяснилось, чтобы тем, кто его знает относительно хорошо, было легче втянуться в изучение китайского и потом параллельное осваивать два языка с упором, естественно, на китайский. И моя Маша (так звали преподавательницу) назвала мою фамилию — из добрых побуждений: солдатик знает английский. Это называется: не думал, не гадал он. Я сопротивлялся, ходил к врачам, поскольку у меня было плохое зрение, с большой разницей в диоптриях, думал сыграть на этом. Но сделать ничего не мог. Смирился и стал учить китайский, потерял еще пару диоптрий. И не жалею.

Что необходимо для изучения китайского языка? Хорошая память — важное качество для изучения вообще любых предметов, а языков особенно. Усидчивость — для того, чтобы многократно повторять написание черт иероглифов. Музыкальный слух (слух можно и нужно разрабатывать, с помощью преподавателей в том числе) — для того, чтобы отличать тоны. Умение слушать — для того, чтобы услышать всю фразу, и только потом начинать ее переводить, с учетом структуры китайских фраз. В вопросе содержится зачастую 90 процентов ответа. Меня Господь, увы, обделил, музыкальным слухом, но я слушал китайцев и пытался повторять слова так же, как и они, и это помогало. Как говорят китайцы, у меня шаньдунское произношение, там люди якобы плохо соблюдают тоны. Меня понимали и продолжают понимать, хотя некоторые считают, что это просто невероятно, так как с моим голосом можно только кричать в туалете «занято!».

Сейчас много гаджетов помогает студентам и облегчает и поиск иероглифов, и выяснение их чтения и т.д. Но все же, лучше действовать традиционно, многократно прописывая иероглифы и бубня их произношение вслух. Совет студентам — никогда не бояться, не стесняться якобы плохого произношения, «гань», смело действовать, даже нагло, в хорошем смысле этого слова. Если бояться, так ничего и не получится. Обращайте внимание на вэньянь. Очень часто о культуре иностранца судят по его знанию элементов старого языка: например, «бань пинцзы бу мань». Полные иероглифы обязательны для изучения. Тайвань, Сингапур, другие страны ЮВА, да и в Японии легче будет разбираться. В самом Китае многие вывески написаны полными иероглифами.

Я помню ситуацию, когда в 1970-е годы сопровождал посла в район Сишуанбаньна в провинции Юньнань и он попросил меня перевести вопрос местному работнику и, соответственно, получить и довести до его сведения ответ аборигена. На мой отказ сделать это, спросил: «Чему вас там в институтах учат?». А потом сам с удивлением наблюдал, как наш сопровождающий из Пекина беседовал с местными через переводчика. На Тайване в «путунхуа» разные смыслы одинаково звучащих слов: уровень «шуйпин» для материка и «шуйчжунь» для тайваньца. И многое другое... Все, конечно, не расскажешь.

Нас недостаточно готовили к практической работе. Родительный объекта и родительный субъекта и «роль личности в истории» («гэжэнь цзай лиши шан дэ цзоюн») мы помнили, а вот как купить в магазине зубную щетку, сказать не могли, увы... Мы, к сожалению, плохо говорили на языке, и нас практически этому не учили, а ведь нам потом по жизни приходилось выступать в разной аудитории (и на Тайване слово «космонавт» обозначено совсем другими иероглифами, чем на материке, опять же...). «Гуши», которые нам рассказывали носители китайского языка, помню до сих пор. Например, про мужа, который хотел узнать возраст жены, поэтому сказал ей, что на кухне возится мышь, наверно, ест соль. И ответ новобрачной: «50 лет живу на свете и не знала, что мыши едят соль». Преподаватель хохочет, а мы, советские студенты, недоумеваем, что же в этом смешного. После английского приходим на китайский. Преподаватель спрашивает одного студента: «Как будет по-китайски „может быть“». Он: «Мэй би». Она (преподаватель Анна Дмитриевна?): «Может, так и можно сказать, но лучше говорить „есюй“».

В Китае я проработал в общей сложности около 20 лет, в том числе четыре года на Тайване в качестве главы нашего неофициального представительства. Возглавлял несколько правительственных делегаций на переговорах с Китаем, в т.ч. по вопросам прохождения границы. Работал в Консульском департаменте, генконсулом России в Шэньяне (три провинции Северо-Восточного Китая с населением свыше 100 млн чел.) Работая на китайском направлении, с китайским языком я объездил почти всю Азию: Монголия, обе Кореи, Япония, Гонконг, Сингапур, Бирма (дважды), Бангладеш, Индия, Камбоджа, приходилось бывать даже в Германии (рассказывал немцам о российско-китайской границе). Где бы мне довелось быть с английским, не знаю.

Без китайского языка работать было бы неимоверно сложно, даже если в качестве главы делегации ты говоришь на родном языке, и тебя переводит молодой дипломат. Вообще работать в стране без знания языка неэффективно. Глупо со стороны некоторых кадровиков говорить о необходимости ротации по странам и континентам и необязательности знания языка страны пребывания.

Интервью подготовили преподаватели кафедры
китайского, вьетнамского, лаосского и тайского языков А.А.Войцехович и М.М.Самсонов


Распечатать страницу