Россия не собирается делать случай Южной Осетии и Абхазии моделью для разрешения прочих конфликтов

19.10.09

Россия не собирается делать случай Южной Осетии и Абхазии моделью для разрешения прочих конфликтов

Эксперты МГИМО: Силаев Николай Юрьевич, к.ист.н.

— Как Вы считаете, являются ли вылазки боевиков на Северном Кавказе, которые были замечены ранее, проявлением сепаратизма, или за этим стоят другие цели?

— На Северном Кавказе не существует политических сил, которые выступали бы под лозунгами светского, националистического сепаратизма. Провозглашенный Доку Умаровым «Имарат Кавказ» формально представляет собой сепаратистский проект. Однако его сторонники действуют под лозунгами радикального исламизма. Кроме того, провозгласив создание этой структуры летом 2007 года, Умаров тем самым «закрыл», упразднил Чеченскую республику Ичкерия, которая как раз и представляла собой светский сепаратистский проект. «Последний из могикан» Ичкерии, лондонский эмигрант Ахмед Закаев ведет переговоры с президентом Чечни Рамзаном Кадыровым, и публично одобряет его политику, тем самым снимая с повестки дня идею независимого государства.

За действиями боевиков на Северном Кавказе стоят разные мотивы. В значительной степени боевики рекрутируются из тех, кто имеет основания быть недовольным властями. Эти люди действуют, прежде всего, исходя из желания отомстить, а, во вторую очередь, исходя из идеологических соображений. В известной мере группировки боевиков могут смыкаться с обыкновенными криминальными группировками. Сепаратизма как организованной политической силы в том качестве, как он существует в других странах постсоветского пространства, на Северном Кавказе уже нет.

— Может ли эта дестабилизация перекинуться на соседний Азербайджан?

—  Сейчас я не вижу признаков этого. Проблемы, существующие на Северном Кавказе, имеют специфически российские и специфически северокавказские корни. Ситуация в Азербайджане иная.

— В чем Вы видите основные угрозы возможной дестабилизации на Северном Кавказе?

— Я не жду масштабной дестабилизации на Северном Кавказе. Там стабильно сложное положение, и происходящее сейчас мне кажется не признаком грядущей дестабилизации, а локальным всплеском напряженности.

Что касается факторов, которые поддерживают эту напряженность, то они многократно названы, причем с самых высоких в России трибун. Неэффективное государственное управление, коррупция, произвол силовых структур. Сложность в том, что это не специфические проблемы Северного Кавказа, это проблемы всей России и обстановка на Кавказе начнет качественно улучшаться не раньше, чем мы продемонстрируем способность решать эти проблемы в масштабах всей страны.

— Могут и если да, то как, события августа прошлого года повлиять на карабахское урегулирование?

— В той степени, в какой события августа прошлого года могли повлиять на карабахское урегулирование, они уже повлияли. На всем Южном Кавказе возросло понимание того, сколь опасны попытки силового решения проблем, вызванных этнополитическими конфликтами. Кроме того, август стал одной из косвенных причин активизации турецкой внешней политики на кавказском направлении. Это проявляется, в частности, в попытках нормализовать армяно-турецкие отношения, что может в будущем повлиять и на состояние карабахской проблемы. Думаю, к настоящему моменту «эффект августа» собственно на Кавказе (я не говорю о других регионах мира и других направлениях российской внешней политики) себя исчерпал. К тому же Россия вполне отчетливо продемонстрировала, что не собирается делать случай Южной Осетии и Абхазии моделью для разрешения прочих подобных конфликтов.

— Все чаще говорится о том, карабахский конфликт не является «замороженным». Видите ли Вы возможность возобновления военных действий между Азербайджаном и Арменией в обозримом будущем?

— Обе стороны достаточно трезвы для того, чтобы не совершать непоправимых ошибок. Что же касается третьих игроков, то уместно вспомнить середину августа прошлого года, когда США направили свои военные корабли в Черное море, а Россия провела испытание баллистической ракеты «Тополь-М». Снова выяснять отношения в таком же духе, как в прошлом году, никто из крупных государств не хочет. А при возобновлении боевых действий в каком- либо из конфликтов на постсоветском пространстве, удержаться от такого выяснения отношений бывает сложно. Так что крупные игроки заинтересованы, скорее, в сохранении стабильности.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Osinform.ru
Распечатать страницу