Парад Победы: послесловие. Обсуждаем международную реакцию на празднование Дня Победы

13.05.10

Парад Победы: послесловие. Обсуждаем международную реакцию на празднование Дня Победы

Эксперты МГИМО: *Никитин Андрей Константинович, к.ист.н.

В гостях у Натальи Бурлиновой, автора и ведущей программы «Внешний фактор» радиостанции «Говорит Москва» Андрей Никитин, доцент кафедры истории и политики стран Европы и Америки МГИМО; Александр Дюков, директор Фонда «Историческая память»

Наталья Бурлинова: Прошел праздник, отгремели салюты. Но у нас юбилейный год. Торжества будут продолжаться. По крайней мере, очень отрадно, что на нашем телевидении продолжается показ фильмов, документальных передач о Великой Отечественной войне, это очень хорошо, потому что нельзя помнить о той войне только 9 мая. Этот парад был необычным. В нем принимали участие не только русские, российские солдаты, но и военнослужащие из стран СНГ, а также подразделения Великобритании, Франции и Соединенных Штатов Америки. В преддверии праздника было очень много передач на эту тему, многое анализировали. Но сейчас мы решили сделать эту передачу, потому что уже все очень спокойно, парад состоялся, праздник прошел. Можно проанализировать международную, прежде всего, европейскую реакцию, которую вызвал этот парад победы. А реакция была довольно бурной. В средствах массовой информации обсуждали эту тему, отмечались не только положительные, но и негативные моменты. Обсудим ускользнувшие от глаз широкой публики политические детали этого праздника. Но, прежде всего, мне хотелось бы сказать пару слов о той оценке, которую праздник получил внутри России. Я была поражена тем, как писали о предстоящем 9 мая в некоторых либеральных СМИ. (…) Почему некоторым либеральным деятелям так не нравится, что наш праздник мы отмечаем настолько торжественно, что мы гордимся этим праздником?

Андрей Никитин: Эта точка зрения смыкается с точкой зрения определенных кругов, прежде всего, маргинальных кругов в некоторых западных странах. В целом восприятие праздника в центральных западных средствах массовой информации в США, Великобритании, в Германии объективное, позитивное, понимающее. Есть крайняя точка зрения и на Западе. Мне трудно понять, почему это происходит. Может быть, потеря власти подвигла некоторых наших оппозиционеров на такие высказывания. На Западе русофобская маргинальная точка зрения то набирает силу, то сходит на нет. Но реакция серьезных СМИ объективная.

(…)

Наталья Бурлинова: Выдвигается аргумент, что мы бряцаем оружием, которого у нас на самом деле не так много, все оно старое, что это и есть проявление некой слабости.

Андрей Никитин: Это надо прокомментировать. Но, прежде всего, надо сказать, что, на мой взгляд, празднование стало определенным мостом в будущее. Не случайно в этот раз впервые на нашем параде были военнослужащие стран антигитлеровской коалиции, стран НАТО. Сегодня Россия решает с государствами НАТО общие задачи, мы поддерживаем действия международной коалиции на основе мандата ООН в Афганистане. Но костяк этой коалиции — НАТО. Сегодня мы выполняем не партнерские, а союзнические обязательства, предоставляя военный транзит ряду стран НАТО. Это надо четко понимать. Теперь поговорим о военной составляющей парада. Его нельзя рассматривать в отрыве от комплекса мероприятий, которые говорят о возрождении наших вооруженных сил. Речь идет о дальних вояжах наших кораблей, возобновлении полетов стратегической авиации, усилиях, которые, как ни парадоксально, Россия предпринимала в 90-е годы и предпринимает сейчас для укрепления ядерной составляющей своих стратегических сил. Скепсис, конечно, присутствует в ряде средств массовой информации на Западе. На мой взгляд, в том числе, поэтому присутствие наших союзников на параде очень важно. Надо понимать, что направление в Москву даже одного батальона решается на уровне главы государства, будь то США, Великобритания, Польша, Франция. Это еще и знак признания военных возможностей России.

Наталья Бурлинова: Поговорим о политической составляющей этого праздника. Есть две точки зрения, и одна противоположна другой. С одной стороны, впервые наши союзники приехали и прошли по Красной площади. Таким образом, Россия признает, что это общая победа. Конечно, Советский Союз внес основной вклад в праздник победы, в то, что победа состоялась вообще. Но у нас есть и были союзники, которых мы уважаем и чтим. С другой стороны, есть позиция, что на самом деле политическое представительство Европы 9 мая было очень низким. Не приехал президент Франции Николя Саркози, премьер-министр Великобритании, президент Соединенных Штатов Америки Барак Обама. Безусловно, каждый имел причину, повод, были извинения за отсутствия. Сторонники этой линии говорят, что попытка денационализировать победу не удалась российскому государству, нынешней российской власти.

Андрей Никитин: Я хотел бы сделать одно дополнение. Обратите внимание, что на параде была канцлер Германии Ангела Меркель. Я вас уверяю, что ей непросто далось подобное решение. В то же время, на мой взгляд, это очень важный знак и символ, который нельзя недооценивать. Дело в том, что в ряде исследовательских трудов на Западе, в том числе и в Германии, распространена точка зрения, что нацистский период сменился более мягкой советской оккупацией, которая потом трансформировалась в режим ГДР и т. п. Приехав к нам сегодня, канцлер Германии дала важный знак, что победа над нацизмом бесспорна, немцы за это благодарны и сердце Победы — в Москве!

Наталья Бурлинова: Действительно, Ангела Меркель — очень смелый политический лидер, её присутствие на параде в Москве говорит о многом.

(…)

Андрей Никитин: Да, действительно, заговорили о денационализации Победы. Однако вспомним советское время. Ведь тогда постоянно подчеркивалось, что наши союзники по антигитлеровской коалиции, поднявшись над классовыми предрассудками, пусть с задержкой, но оказали нам серьезную помощь, в том числе, кстати, по линии конвоев. Почему мы должны замалчивать это сейчас?

Наталья Бурлинова: (…) Почему же все-таки президент Обама не приехал в Москву?

Андрей Никитин: С моей точки зрения — ситуация следующая. Мы хорошо помним президентство Дж. Буша-младшего. Тогда наши отношения во многом зашли в тупик. С приходом президента Обамы ситуация стала меняться к лучшему. Однако реальность заключается в том, что изменения в мировой политике не происходят так быстро, как хотелось бы. Может быть, через некоторое время мы придем к какой-то новой формуле того, как праздновать этот День.

(…) С моей точки зрения, это празднование стало началом подведения черты и под периодом «холодной войны». Ведь после 1991 года обе стороны, и мы, и Запад, не сумели найти корректный выход из «холодной войны». Надеюсь, мы являемся свидетелями начала этого процесса.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Радиостанция «Говорит Москва»
Распечатать страницу