Беларусь. Опции для России

20.12.10
Эксклюзив

Беларусь. Опции для России

Эксперты МГИМО: Мальгин Артем Владимирович, к.полит.н.

В очередной раз российское внешнеполитическое сообщество столкнулось с собственной самонадеянностью и разбитыми иллюзиями, связанными с якобы наличествующим у нас пониманием того, что творится в ближайшем ареале России. Пониманием, которое, как мыслится многими, у нас есть только потому, что два десятка лет назад мы жили еще в одной стране. Два десятка — это очень много даже для двух народов говорящих на одном языке, даже связанных тесным союзом. Знания нужно актуализировать.

Сейчас главное не оказаться в плену пугающих (нас) стереотипов, не стать их заложником при принятии решений.

Во-первых, нужно понимать, что события в Минске, это не дубль «помаранчовой революции». Те же европейские наблюдатели до начала массовых выступлений успели отметить позитивные моменты прошедших выборов, а в польских интернет-блогах индифферентно или даже с чувством удовлетворения многие прокомментировали нежелание белорусов идти в «унийный колхоз» (т.е. в ЕС).

Во-вторых, власть Лукашенко при всей ее внешней монолитности (для российских телезрителей и американских конгрессменов) во всех прошлых его каденциях позволяла существовать если не оппозиции, то вполне себе плюралистическим общественным настроениям. По мере накопления усталости от многолетнего лидера, усталости вполне объективной, да еще и усилившейся в последние два года экономическим кризисом, эта плюралистичность настроений с кухонь, товарищеских посиделок, переходила во все более открытое поле. Настроения некоего общего неудовлетворения ситуацией и несут на себе столь пугающие многих бело-красно-белые «прапоры» (флаги).

Кстати, политическим наполнением этого символа, как ни парадоксально, занималась отчасти в последние годы и власть во главе с Лукашенко. В отличие от украинских коллег, здесь не строили идентичность на отрицании, в смысле «это не Россия». У белорусов все более нарастало консенсусное понимание, что их страна эта некая «другая Россия», те, кто склонен к историческим реминисценциям могли проводить параллели с русскоязычным Великим княжеством Литовским. Такие политико-психологические построения не создают опять же в отличие от украинских экстремумов дискомфорта в восприятии соседей и кризиса собственной идентичности, в т.ч. языковой.

Российское якобы понимание ситуации в Белоруссии привело к тому, что вчера вечером мы (да, собственно, и белорусы) оказались в ситуации выбора между двумя сложными и равноценно далекими от идеала опциями. Правда, слово «опция» здесь весьма условно. Опция предусматривает возможность сознательного предпочтения.

Выбирает же сейчас сценарий дальнейшего развития ситуации не совсем ясно кто, но точно не Москва.

Итак, первая опция. Власть сохраняет выигравший (о количестве голосов можно и нужно спорить) А.Лукашенко. Москве в этой ситуации придется выходить из всех тупиков и тупичков российско-белорусских отношений, в которые они загонялись высокопоставленными эмоциями и корпоративными интересами отдельных секторов бизнеса. «Придется» здесь не является преувеличением, если вспомнить, что на кону Союзное государство. Оно дает России однозначный геополитический выигрыш в виде «выдвинутости» в Европу. Военный — в виде-де-факто существующего Белорусского военного округа. Политико-экономический — в виде важнейшей части пророссийского интеграционного ядра постсоветского пространства. Просто заморозить наши отношения на ближайшие пять лет, не понеся невосполнимых потерь, не удастся. «Солнце» для Минска всегда может встать на Западе.

Вторая опция состоит в том, что России придется иметь дело с той властью в Минске, которая будет активно размягчаться белорусской оппозицией. Спору нет, в последние месяцы узкие круги экспертного сообщества выучили некоторые фамилии ее лидеров. Другое дело, что эти лидеры пока столь слабы, что даже на митингах и в экзит-полах позиционируются в виде «коллективного я». Трудность же для Москвы будет состоять в том случае, если под давлением оппозиции власть себя признает несколько неправой, договорится с оппонентами о компромиссе, а в результате сформируется вполне нормальное, конкурентное общественно-политическое пространство. Вот здесь и начнутся проблемы из разряда «информационного сопровождения внешнеполитической деятельности».

Это случится потому, что мы пока медиа-борьбу ведем чуть хуже, чем наши европейские или американские коллеги. Ну, а вторая и главная причина состоит в том, что Беларусь слишком близка нам. Она живет и во внешне- и во внутри-российском информационном потоке. В силу белорусской компактности специфика этого феномена даже больше чем на Украине. В ситуации «демократизируемого» уклада Лукашенко сугубо кулуарная подача аргументов в пользу Союза, того или иного способа управления трансграничными бизнес-процессами, сценария отношений с ЕС и прочего вряд ли сработает. России придется спешно учиться взаимодействовать со всеми сегментами общества и политической элиты Белоруссии. Это ни в коем случае не значит, что мы должны забыть об А.Лукашенко. Нет. Он президент, но ситуация в его стране изменилась.

Подождем немного и посмотрим, с какой опцией нам придется согласиться.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: Портал МГИМО
Коммерческое использование данной информации запрещено.
При перепечатке ссылка на Портал МГИМО обязательна.
Распечатать страницу