Тысяча и одна ночь

07.04.11

Тысяча и одна ночь

Эксперты МГИМО: Звягельская Ирина Доновна, д.ист.н., профессор

События в арабском мире грозят самыми непредсказуемыми последствиями

Первая четверть 2011 года изрядно пощекотала нервы всему человечеству.

Сначала мир с тревогой наблюдал за цепной реакцией народных волнений, охвативших арабские страны. Затем настала пора испугаться опасности ядерной цепной реакции, исходившей от поврежденных стихийным бедствием реакторов АЭС «Фукусима-1». Причем сейчас уже абсолютно ясно, что в обоих случаях ситуация еще не скоро войдет в спокойное русло. И на Дальнем Востоке, и в Северной Африке события грозят человечеству непредсказуемыми последствиями.

Я не склонен преувеличивать степень угрозы и нагнетать страсти. Но и недооценивать риски нельзя. И там, и там мы столкнулись с новыми вызовами. Взять, к примеру, арабский мир. Никто — даже самые проницательные эксперты — не может сказать, по какому сценарию там станут развиваться революционные процессы. Есть ли реальная опасность захвата власти исламскими фундаменталистами? Докатится ли протестная волна до Пакистана — страны, обладающей ядерным оружием? Как поведет себя в этой ситуации Иран? Не захотят ли новые режимы пересмотреть предыдущие договоренности по отношению к Израилю, который, в свою очередь, является стратегическим партнером США?

Очевидно одно: мир после всех этих турбулентностей станет другим. И далеко не факт, что менее безопасным. Скорее, наоборот. Потому что любой переходный период почти всегда связан с тем, что копившиеся внутри прежних государственных структур противоречия (национальные, клановые, племенные, религиозные, общественные) выходят наружу и приводят к жестоким столкновениям. Нам, бывшим советским гражданам, это известно не по учебникам.

Экономические потери российских компаний, вынужденных прекратить сотрудничество с Ливией, могут составить более 6 млрд долларов

Пытаясь разобраться в хитросплетениях арабской головоломки, ваш корреспондент обратился к мнению специалистов. Мы сообща искали ответы на волнующие всех вопросы.

Почему они вышли на площади?

Для начала разберемся с теми причинами, которые вызвали массовые протесты, зародившиеся в Северной Африке и затем волной накрывшие Ближний Восток. Что касается «эпицентра», то есть Туниса, а затем Египта, то практически все серьезные наблюдатели отрицают сколь-нибудь существенную роль внешних факторов, например, вмешательство пресловутого ЦРУ. Скорее, наоборот, западные спецслужбы на сей раз логичнее упрекнуть в том, что они явно прозевали угрозу, ничего не сделали для того, чтобы оградить стратегически важный кусок земного шара от скатывания к большой смуте или хотя бы предупредить о ней.

«Этот регион недооценили, считая застойным, — сказал в одном из своих интервью главный научный сотрудник ИМЭМО РАН Георгий Мирский. — Оказалось, что арабы способны на социальный протест. На площади Тахрир не было ни антиизраильских, ни антиамериканских действий и лозунгов. Люди хотели справедливости».

С ним согласен руководитель Центра анализа ближневосточных конфликтов ИСКРАН Александр Шумилин: «Это бунт против прогнивших режимов, против системы, порождавшей коррупцию, фальсифицировавшей выборы, подавлявшей демократические свободы. Людьми, вышедшими на улицы, движет надежда на лучшую жизнь».

«Есть общие причины недовольства, характерные для всего арабского мира, — рассуждает директор Центра „Российско-арабский диалог“ Алексей Подцероб. — Это прежде всего приход нового поколения молодых людей, которые отказываются быть чьими-то подданными, хотят быть свободными гражданами. Безусловно, этим настроениям способствуют открытость современного мира, телевидение, радио, Интернет».

Временный поверенный в делах Сирийской Арабской Республики в РФ Сулейман Абу Дияб, который по понятным причинам лучше наших сограждан должен понимать ситуацию, тоже близок к приведенным выше формулировкам: «Людьми движет стремление обрести достоинство».

Чем провинился Каддафи?

Гораздо шире разброс мнений относительно той ситуации, которая сложилась в Ливии и вокруг этой страны. Многие наши читатели сейчас задаются вопросом: каковы же истинные причины вооруженного вмешательства НАТО и США в возникший конфликт? Только ли забота о правах человека движет западными политиками, пославшими свои самолеты и корабли на помощь так называемым «повстанцам»? Или, как утверждают многие, причина гораздо прозаичнее и лежит она в сфере нефтяных интересов? А может быть, Запад вспомнил былые обиды и решил наконец поквитаться с Каддафи за его поддержку террористов?

«Если говорить конкретно о Ливии, то здесь роль детонатора сыграли и зародившиеся национальная буржуазия, и средний класс, — таково мнение А. Подцероба. — Кроме того, не забудем про фактор Киренаики — этот богатый нефтью регион всегда ощущал свою ущербность, там издавна были сильны сепаратистские настроения. Мятеж начался именно здесь.

Для меня также очевидны подлинные причины натовского вмешательства: это, безусловно, нефть. Да, Каддафи в последнее время пошел на частичное возвращение национализированных в свое время концессий, в том числе и американских. Но от него ждали большего. В частности, хотели, чтобы он провел приватизацию Национальной нефтяной корпорации и затем выставил ее на торги. Она контролирует добычу большей части углеводородов. Но он этого не сделал. Он также заявил, что намерен пересмотреть Соглашение о разделе продукции. Сейчас, согласно этому документу, от 20 до 52 процентов всей добываемой нефти достается иностранным компаниям. Каддафи заявил, что впредь система будет унифицирована, и все окажутся в равных условиях, получат право на 20 процентов. А если вдруг цена на нефть упадет, то Ливия оставляет за собой право ренационализировать нефтяные компании. Это тоже не понравилось Западу.

Что касается французов, то у них имелись собственные основания для обид. Недавно ливийский лидер заставил их компанию „Тоталь“ уплатить крупную неустойку. Затем он пересмотрел свое обещание купить у Франции истребители, отдав предпочтение России».

Сирийский дипломат Сулейман Абу Дияб считает, что идет битва не с Каддафи. «Это сражение за контроль над всей Африкой. Ливия — ключ к континенту. И по своему геостратегическому положению, и по сырьевым ресурсам. Кстати, никто толком не знает, каковы реальные запасы полезных ископаемых в Сахаре. Скорее всего, они равноценны тем, что хранит Сибирь. Соединенные Штаты давно обеспокоены активностью Китая в регионе, они с тревогой наблюдали за тем, как их главный конкурент захватывает на африканском континенте одну позицию за другой. Теперь появился повод вытеснить китайцев».

Ему возражает А. Шумилин: «Вмешательство НАТО и США никак не связано с их желанием установить контроль над нефтяными районами. Запад говорит: „Если даже Каддафи победит повстанцев и останется править Ливией, то мы должны бойкотировать нефтяные поставки оттуда“. Лично я верю в провозглашенные цели этой военной акции. Ведь мало кто не соглашается с тем, что ливийский лидер — жестокий диктатор, изгой арабского мира. Он был замешан в международном терроризме, он пытался вмешиваться во внутренние дела соседних стран. Ливию изгнали из Лиги арабских государств. Семья Каддафи контролирует все доходы от продажи нефти. На его руках кровь многих невинных жертв. Причем — и это очень важный момент — за его спиной никого нет, он — диктатор, повисший в воздухе. Вот почему большинство государств голосовало за резолюцию СБ ООН под номером 1973, фактически позволившую начать военные действия в поддержку повстанцев».

Без фанатизма?

Насколько велика угроза того, что власть в ходе революционных процессов может перейти к исламским фундаменталистам? Не надо объяснять, чего при этом все боятся. Любые фанатики опасны. Воинственные радикалы уже не раз проливали кровь мирных граждан в разных частях света. Если же радикализм повсеместно будет возведен в ранг государственной политики, то человечество реально окажется на пороге третьей мировой войны.

Большинство экспертов склонно очень осторожно рассуждать на эту деликатную тему. Главный научный сотрудник Института востоковедения РАН, профессор МГИМО Ирина Звягельская говорит, что сейчас высоким остается уровень неопределенности. «В настоящее время ни в Египте, ни в Тунисе никакого поворота к радикализму не произошло. Тем не менее такой вариант нельзя исключать в отдаленной перспективе. Рано или поздно сегодняшние бунтари могут спросить новых властителей: вот мы боролись, рисковали, дали вам власть, а где реальные позитивные результаты? Эта вторая волна недовольства, которая будет связана с кризисом ожиданий, способна привести в действие радикальные движения».

С ней соглашается Г. Мирский: «Экстремисты начинают действовать успешно, когда у людей появляются поводы для раздражения, для недовольства». Известный востоковед тоже откровенно признается, что никто не знает сейчас, каким завтра станет облик арабского мира.

Политолог А. Шумилин не исключает того, что волна протестных выступлений прокатится дальше и смоет существующие режимы целого ряда стран. Однако при этом он не видит прямой угрозы захвата власти экстремистами. Хотя вполне возможно, что «Братья-мусульмане» и укрепят свои позиции, например, в том же Египте.

Дипломат и ученый А. Подцероб согласен с тем, что Каддафи, как он сам утверждает, являлся действительным заслоном от наступления религиозных фанатиков. «Фундаменталисты давно окрестили его еретиком. Даже в своих рассказах — а полковник пробавлялся занятиями литературой — он высказывал резко отрицательное отношение к радикалам».

Что день грядущий им готовит?

Как дальше станут развиваться события на севере Африки и на Ближнем Востоке? Отчего американцы вдруг пошли на попятную, отказавшись от прямого участия в военных операциях? Демарш Барака Обамы, безусловно, связан с его желанием вновь побороться за президентское кресло — это отмечают все эксперты. В ближайшие недели он постарается свести к минимуму участие своих вооруженных сил в конфликтах за пределами Штатов. Считается также, что Каддафи уже лишился своих военных козырей и теперь дело за малым, с чем вполне справятся союзники.

Впрочем, есть и другие мнения. Так, бывший посол в Ливии А. Подцероб, который хорошо знаком с лидером Джамахирии, не исключает того, что полковник Каддафи за спиной натовцев смог вступить в тайные переговоры с Вашингтоном и достичь каких-то компромиссов. По его мнению, администрация США, возможно, решила отказаться от плана свержения ливийского лидера и его физического устранения, ограничившись разделом страны на восточную часть (богатая нефтью Киренаика) и западную. Мой собеседник считает, что ливийский руководитель способен выпутываться из самых сложных ситуаций. «Он учится на своих ошибках. Я не удивлюсь, если и сейчас он найдет приемлемый выход».

В пользу этой версии говорит и то, что на днях ливийские власти заявили о своей готовности пойти на политические реформы, согласились на проведение референдума, подтвердили свое согласие прекратить огонь. Правда, при этом сделали оговорку: только Каддафи и никто другой должен остаться у власти в переходный период как гарант единства страны.

Однако не факт, что сохранение такого единства устраивает тех, кто затеял военную операцию. По мнению ряда экспертов, раздел Ливии вполне вероятен. Хотя может быть и другой сценарий: повстанцы с помощью НАТО овладевают столицей страны, Каддафи и верные ему сторонники отходят на юг и дальше начинается долгая гражданская война, в которую втягиваются племена. Как отмечают, племенная рознь всегда была очень характерна для этой страны, и лишь в последние десятилетия полковник мог держать баланс между враждующими племенами.

По мнению главного научного сотрудника Института востоковедения РАН Владимира Исаева, натовцы рассчитывают на действие т.н. «югославского синдрома». Как и 12 лет назад, они будут истощать страну регулярными бомбардировками, используют экономическую блокаду, в надежде на то, что в конце-концов население скажет: мы устали, давай, Каддафи, уходи, раз так хочет «мировое сообщество».

При этом нельзя забывать о том, что на Ливии свет клином не сошелся. Продолжаются кровавые столкновения в Йемене. Большую озабоченность вызывает опасность массовых выступлений в Иордании и Сирии.

***

Подводя итог этому заочному «круглому столу», можно еще добавить, что все эксперты дружно подчеркивают, что перемены затронут буквально все государства Северной Африки и Ближнего Востока, даже те, которые оказались вне действия турбулентных сил. «Никому не удастся отсидеться в стороне, избежать серьезных внутренних реформ, — говорят востоковеды. — Время „закапсулированных“, династических режимов, оторванных от населения, избегавших всякого диалога с народом, уходит в прошлое».

Владимир СНЕГИРЕВ

 

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: «Российская газета»
Распечатать страницу