ШОС: мегапроект века или путь к распаду?

12.06.11

ШОС: мегапроект века или путь к распаду?

Эксперты МГИМО: Лузянин Сергей Геннадьевич, д.ист.н., профессор

Спустя 10 лет после создания ШОС эксперты продолжают спорить о том, что же реально происходит за кулисами Организации и в каком направлении она будет развиваться

Действительно ли, как утверждают некоторые эксперты, ШОС — это тайное оружие Китая? Или, как говорят другие, участие КНР в ШОС — единственный шанс поднять Центральную Азию из нищеты? И готова ли Организация выйти на глобальный уровень и стать реальным центром мировой геополитики.

С чего все начиналось?

26 апреля 1996 года Россия, Китай и три граничащих с ним центрально-азиатских государства (Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан) подписали соглашение об укреплении доверия в военной области в районе границы. Так началась «Шанхайская пятерка». Никто в мире, включая Центральную Азию, больших планов относительно новой структуры не строил. Инициированный Китаем процесс воспринимался как часть постсоветского «упорядочивания» приграничных дел в регионе, включая борьбу с «тремя силами зла» — терроризмом, сепаратизмом и религиозными экстремизмом.

Уже смущали тогда два момента. Первый, почему именно Китай выступил инициатором, отказавшись от традиционной политики «не вступать, не присоединяться, не создавать» блоки, организации или альянсы. Второй, не попадет ли в итоге вся Центральная Азия под китайское влияние? Правда сам Пекин заявлял о том, что созданная структура не является военно-политическим блоком или альянсом и Китай не собирается использовать ее для «экономического захвата» региона.

15 июня 2001 г., на саммите в Шанхае в Организацию вступил Узбекистан, нарушив таким образом принцип общности границ с КНР. Организация не только численно расширилась до 6, но и превратилась в полноценную региональную структуру. На фоне быстрого экономического развития КНР эксперты сразу заговорили о формировании «китайской зоны влияния» в регионе через ШОС.

Вопросы сегодняшнего дня

Отвечая на вопрос о нынешней роли ШОС, можно сказать, что Организация уже является участником большой геополитики. ШОС — один из мировых центров влияния и часть «неамериканского мира». Организация «внутри» себя создала три уровня:

1) институт постоянных членов (РФ, КНР, Казахстан, Таджикистан, Кыргызстан и Узбекистан)

2) группу стран — наблюдателей (Индия, Пакистан, Иран и Монголия)

3) группу стран — партнеров по диалогу (Белоруссия, Шри-Ланка). Происходит стремительный рост экономического влияния Китая — им вложено свыше 14 млрд долларов инвестиций в экономику центрально-азиатских стран ШОС, даны льготные кредиты, построены дороги, туннели, мосты, школы, больницы.

Россия и Казахстан также пытаются внести свою долю в общий «котел», но их усилия не идут в сравнение с китайскими. Особенность китайской тактики — развитие двусторонних коммерческих связей, хотя формально объявляется, что это сотрудничество в рамках ШОС. Реальное коллективное экономическое взаимодействие по-прежнему остается ахиллесовой пятой проекта.

— Леонид Моисеев: «Самая злободневная задача ШОС — это борьба с афганским наркотрафиком»

В рамках ШОС укрепляется военно-политический компонент. Серия грандиозных совместных учений за последние 10 лет произвели впечатление, особенно когда российские и китайские воздушные, морские и сухопутные армады на полуострове Шаньдун (КНР) «боролись» с террористами. Сценарии и места проведения учений постоянно меняются, практически все страны Организации вовлечены в военное сотрудничество. На Западе стали писать, что за спиной у НАТО и США Россия и Китай создали «какого-то антиамериканского монстра», что это «скрытый военный альянс, направленный против НАТО и Европы».

Официальные заявления секретариата ШОС о том, что деятельность Организации «не направлена против третьих стран и не носит военно-политического характера», только подливали масла в огонь. В Вашингтоне и Брюсселе стали понимать, что они проглядели момент рождения новой, на то время пока не очень для них понятной организации.

Сегодня США и ЕС по-разному оценивают ШОС. Вашингтон, после получения информации о том, что Дели и Исламабад официально оформили и подали заявки на вступление в группу постоянных членов ШОС, тут же срочной почтой доставил и свою заявку на вступление в группу стран «партнеров по диалогу». Аналогичные желания имеют Сеул и Токио. Брюссель же, наоборот, продолжает усиливать неприятие Организации, критикуя ШОС по гуманитарным и политическим вопросам.

Пределы расширения ШОС. Взорвет ли вступление Индии и Пакистана ШОС изнутри?

Один из ключевых вопросов Организации — пределы ее расширения. Из четырех стран — наблюдателей три (Индия, Пакистан и Иран) — имеют четко выраженное желание вступить в ШОС. Если выстроить их в очередь по силе этого желания, то на первом месте будет Иран, на втором — Пакистан, на третьем — Индия. Монголия — единственный наблюдатель, который официально не стоит в очереди на вступление. Однако уставные документы ШОС и реалии международного права автоматически вычеркивают Иран из «списка желающих». Страна, которая находится под санкциями Совета Безопасности ООН, не может быть постоянным членом Организации. Остается сложная пара «Индия-Пакистан», которая в ближайшие 5 — 7 лет будет биться за право вхождения в «шестерку». Часть экспертов считает, что если это произойдет, ШОС закончит свое существование, т. к. индийско-пакистанский конфликт рано или поздно взорвет Организацию изнутри.

— ШОС прирастёт новыми странами

Весомым аргументом для ограничения расширения ШОС являются и сложные индийско-китайские погранично-территориальные отношения, а также ядерный статус Дели и Исламабада, полученный ими в обход международного права.

С другой стороны, вряд ли можно механически переносить на всю зону ШОС индийско-пакистанский кашмирский конфликт. Как говорится, «мухи — отдельно котлеты — отдельно». Если первой в ШОС вступит Индия (а такой вариант сегодня является наиболее реальным), а затем и Пакистан, можно говорить, что Россия и Китай невоенными средствами создали мощный политический противовес США и НАТО.

США после Югославии, Ирака и «ливийской демократической революции» чувствуют себя «хозяевами планеты». Кто следующим окажется под ударом — точно не скажет никто. Поэтому выход ШОС на геополитический уровень сдерживания — может изменить расклад сил.

Вполне логичным и естественным выглядело бы присоединение к ШОС Монголии. Географически это естественная часть пространства ШОС. В случае ее интеграции был бы ликвидирован разрыв между Центральной Азией, Россией и Северо-Восточной Азией в лице Китая. Возникло бы единое евразийское пространство ШОС от Каспия до Курил и Хайнаня.

Грозит ли ШОС китайская экспансия?

Отдельные наблюдатели связывают развитие ШОС напрямую с ростом влияния Китая. Данная связь очевидна. Все в мире понимают, что неиспользованные ресурсы Организации, это ресурсы, прежде всего, КНР. Существует ли китайская угроза для региона и Организации? В 2004 г. китайское руководство предложило остальным странам ШОС рассмотреть концепцию создания зоны свободной торговли ШОС. Тогда посчитали, что идея преждевременна. Создание такой зоны уничтожет слабые экономики стран региона, превратив их в сырьевые придатки и рынки сбыта для китайской экономики. Такая же ситуация остается и сегодня.

В ШОС существует важный для малых стран ограничитель потенциальной китайской, российской и иной экспансии — право вето и обязательный консенсус всех постоянных членов. Возможно, что это несколько раздражает китайских и российских представителей, но дает гарантии для соблюдения интересов всех стран-участниц.

Отдельные эксперты считают, что если бы ШОС не было бы в регионе и КНР действовала полностью самостоятельно, то тогда китайское экономическое влияние было бы неизмеримо большим. Если бы не было ШОС, то вариантов выживания легкой и перерабатывающей промышленности центральноазиатских стран было очень мало.

Очевидно, что на взаимодействии РФ и КНР держится вся конструкция ШОС. Страны — лидеры пока с пониманием относятся к ряду сложных вопросов. Китай, например, понимая, что Россия отстает от него в экономическом освоении Центральной Азии, продолжает признавать за ней неофициальное лидерство в регионе.

Как долго это будет продолжаться? Вопрос риторический, который зависит уже не от Москвы и Пекина, а, скорее, от настроений Астаны, Ташкента, Бишкека и Душанбе в определении их реальных приоритетов. Как не больно для России, но похоже, что центральноазиатские симпатии — на стороне Китая.

Другой деликатный момент — наличие двух региональных проектов, в которых Россия играет ключевую роль, а Китай в них не участвует — ЕврАзЭС и ОДКБ. Формально представители трех организаций говорят о необходимости взаимодействия. РФ, Казахстан и Белоруссия начали создание Таможенного союза, к которому КНР относится сдержанно. На самом деле между проектами ШОС, ЕврАзЭС и ОДКБ есть определенное дублирование. Китайские представители на это не раз указывали. Некоторые эксперты считают, что для Китая идеальной моделью была бы интеграция трех проектов в «Большой ШОС», что неизбежно привело бы к изменению статуса Организации, её превращению в военно-политический блок, упразднению СНГ и замене его на «китайское Содружество». Понятно, что это только радикальные гипотезы.

Энергетические нестыковки

Китай, начав в середине 1990-х годов с нулевых позиций свою энергетическую политику, постепенно разрушил нефтегазовую монополию России, существовавшую с советских времен. Объективно Россия и Китай в коммерческой части — конкуренты друг другу. Сегодня мы наблюдаем этап «мягкой конкуренции» России и Китая на углеводородных рынках Центральной Азии. ШОС — средство сохранить этот уровень и не допустить перехода в «жесткую конкуренцию». Последнее означало бы, что технологические вопросы переросли бы в политическое противостояние, а этого допустить нельзя. В Москве и Пекине это прекрасно понимают.

Афганистан — капкан для ШОС?

Ситуация в Афганистане постоянно порождает рост угроз региональной безопасности. В отношении этой страны существует два диаметральных подхода:

1) используя созданную контактную группу «ШОС — Афганистан» активно интегрироваться с НАТО в невоенной части и развивать «комплексную стратегию экономического вовлечения Афганистана в мирную жизнь»

2) дистанцироваться от афганского кризиса и всех действий коалиции, сосредоточившись на борьбе с наркотрафиком и терроризмом на границах стран ШОС (Таджикистан, Узбекистан).

Учитывая неопределенность ситуации в связи с предполагаемым выводом после 2014 г. войск западной коалиции, а также возможность очередной западной мистификации по поводу этого вывода, ШОС в любом случае должна дать определенный ответ. Если ответ будет неверным — афганский вызов станет катастрофой. Принятие антинаркотической доктрины на юбилейном саммите ШОС в Астане 15 июня, видимо, начало этого ответа.

Некоторые итоги

Организация за 10 лет прошла фазы детства и юношества, наступила взрослая жизнь, которая задает «взрослые вопросы». Увидим ли мы в будущем ШОС как мощную «девятку», состоящую из России, Китая, Индии, Пакистана, Казахстана, Узбекистана, Монголии, Таджикистана и Кыргызстана, или будет иной состав? Станет ли ШОС фактором модернизации, развития и безопасности в регионе и мире в целом? А может быть, мы увидим распад ШОС? Следующие 10 лет дадут ответ.

Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике
«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.

Источник: РГРК «Голос России»
Распечатать страницу